Притворишься моей (СИ)

Тогда бы мне было вдвойне сложнее пережить предательство.
Поэтому да, я благодарна.
Натягиваю фальшивую улыбку. И достаю из сумочки ключи. А потом подхожу к нему.
— Знаешь, я отдам тебе ее просто так. Мне от тебя ничего не нужно. Заработаю сама, а ты… все потеряешь, — медленно, но с чувством собственного достоинства произношу. — Удачи.
Кидаю ключи. И он даже не ловит их. Ну ладно, че. Разворачиваюсь и иду обратно к чемодану. Но потом, напоследок, оборачиваюсь:
  
— Можешь взять ее во дворе дома Леры.
«Если сможешь ее завести», — но об этом не говорю. Пусть будет «приятный» сюрприз, какой он мне сам преподнес.
Открываю дверь, выхожу и с грохотом закрываю ее.
Да, так лучше. Пусть вся эта грязь останется в прошлом! У меня обязательно все будет хорошо.
Вызываю такси и еду обратно к Лере. Оставляю там вещи, а потом еду на работу. Там мне тоже надо разобраться.
Уже на пороге слышу голоса.
— Я не буду это делать! — узнаю Настю, девочку с автомойки. Очень хорошую и трудолюбивую. Она ненамного младше меня, и мы сразу нашли общий язык.
— Будешь! И не только это… — рык. — Теперь я твой босс!
Быстро выхожу из-за угла и вижу Арсения, который склоняется к девочке, которую прижимает к стене. Что тут происходит?!
— Кхм, привет, Арс, — говорю я, решая обозначить свое присутствие.
Парень отрывает взгляд от девочки и смотрит на меня.
— Привет, Маша, — кивает он.
Да, мы знаем друг друга. Пересекались на разных мероприятиях. Я знаю, что у него своя сеть автомастерских. И, похоже, он решил теперь заняться автомойками.
— Можно тебя на пару минут, поговорить? — прошу я и смотрю на Настю.
Парень отрывает руку от стены, давая проход девочке, а потом кидает ей:
— Потом поговорим.
Она ничего не отвечает и быстро уходит. Очень непонятно, но интересно, что происходит. Арс подходит ко мне.
— Что хотела? — спрашивает он. — Ты же знаешь, что Коля мне продал автомойку?
— Да, знаю, — выдыхаю я. — Об этом и хотела поговорить. Я была как зам управляющего. Подбирала персонал, составляла расписание…
— Хочешь продолжить заниматься этим? — спрашивает он, перебивая меня. — Я не против. Мне нужен проверенный человек тут. Хотя планирую поменять концепцию и оборудование. Может, заменить несколько человек…
И судя по его тону, он явно о Насте.
— Нет, я не хочу, — отвечаю я.
Потому что, еще когда ехала, приняла решение, что все. Эта страница для меня закрыта. Если останусь, буду грызть себя, вспоминая все моменты. А я точно этого не хочу. Потому что еле держусь, чтобы не расплакаться и не жалеть себя.
— Я просто хочу попросить сильно не жестить с персоналом. Люди тут хорошие. Я их сама отбирала и знаю историю каждого. Прошу, если что, сохранить коллектив как есть, — говорю я искренне. Мне и правда ценны люди, которые тут работают.
Парень смотрит внимательно на меня. Потом усмехается.
— Неожиданная просьба, — наконец-то произносит он. — Но ничего обещать не могу. Если некоторые не будут меня слушаться и станут позволять себе лишнее… я вправе сделать с ними все, что я хочу…
И он задумчиво смотрит куда-то вдаль. Явно думая о ком-то конкретном…
— Конечно, это твое право. Но простая просьба, я буду благодарна, если ты прислушаешься, — все же говорю. — Я заберу документы и вещи, которые у меня тут остались. Если ты не против.
— Нет, забирай, — кидает он мне и уходит.
Ну и хорошо. Поднимаюсь на второй этаж. У нас тут вроде как комната отдыха для персонала и моя маленькая комнатка справа. Захожу. Такое смешанное чувство. Вроде бы и грустно, но одновременно я понимаю, что так и должно быть. Потому что это как пройденный этап. И возвращаться после случившегося не хочется…
Собираюсь. Беру только самое необходимое и дорогое для себя. И постепенно комната пустеет. Потом выхожу и натыкаюсь на Настю. Девушка, вся покрасневшая, заходит в комнату отдыха.
— Насть, все хорошо? — спрашиваю я, потому что правда беспокоюсь о ней.
— А… да, да, — она только сейчас замечает меня. — А ты… ты уходишь? Он уволил тебя?
Она сразу же начинает злиться, словно уже сейчас готова пойти к Арсу и дать ему за это по башке.
— Нет, нет, я сама, — сразу же уверяю ее я. — Ты же знаешь, Николай продал все…
— Да, неожиданный, — вздыхает, — сюрприз…
Ага, хотя смысл этих слов для нас точно разный. Мы еще немного говорим, а потом она помогает мне спустить вещи и мы прощаемся.
По кому я точно буду скучать, так это по коллективу. Мы сроднились, и я надеюсь, Арс прислушается к моим словам.
Еду обратно в квартиру Леры и понимаю, что не могу сдержаться. Слёзы всё равно выступают из глаз. Не поток, не истерика — просто предательские капли. Потому что все же это моя жизнь и сейчас она разрушена.
Стараюсь моргать чаще, чтобы скрыть это все. А потом плюю.
Пусть. Я же не робот.
Главное — я сделала правильно. Я ушла. Я не унижалась, не цеплялась за Колю. Я не дала ему увидеть, как мне больно. И не осталась там, где меня, оказывается, не ценят.
А боль… боль от предательства я переживу.
Квартира Леры встречает меня запахом еды. Подруга уже дома, в спортивных штанах, с хвостом на голове. Вот она — женщина, которая не сломалась из-за мужа-козла, а продолжает жить. Воспитывать сына.
— Ну? — спрашивает она, едва я переступаю порог. — Все забрала?
— Забрала, — киваю я и швыряю сумку на пол. — И ключи от машины отдала. Пусть подавится.
— Умница, — коротко говорит она. — Снимай куртку. Сейчас будем обедать.
— И искать жильё, — добавляю я.
Вкусно обедаем. А потом садимся на диван. Лера открывает ноутбук, я — телефон. Начинаем листать объявления. И чем больше мы ищем, тем сильнее хочется материться.
— Да они охренели, — выдыхает Лера. — Однушка на окраине за такие деньги? Это что, с золотыми батареями?
— Перед праздниками, — мрачно говорю я, — все цены взвинтили. Нацелены на туристов.
— Это не цены взвинтили, — бурчит она, — это совесть умерла.
Я смотрю на экран. Комнаты в коммуналках, квартирки-студии размером со шкаф, где кровать стоит в метре от раковины, — и всё это за суммы, за которые раньше можно было снять нормальную двушку.
— А вот это… — Лера тычет пальцем в экран. — Смотри. Нормально вроде. Район неплохой, цена не космос. Владелец пишет: «Срочно». Может, договоримся.
— Давай, — киваю я. — Завтра с утра схожу.
Мы ещё час сидим, выписываем адреса, номера, отмечаем, где «без животных», где «без детей», где «без мужчин».Последнее Леру особенно веселит.
— А если я мужика в шкафу всегда буду прятать? — улыбается она.
— Угу, но нет. Больше никаких мужиков! — решительно произношу я. — Точно не в ближайшее время!
Да и вообще…
Ночью я ворочаюсь. То Николай мерещится, то Алихан…
Засыпаю только под утро.
И просыпаюсь от звонка.
Номер незнакомый. Беру.
— Алло? — хрипло произношу.
— Мария Александровна? Доброе утро. Вас беспокоит страховая компания, — звучит вежливый, но ледяной женский голос. — Уточняю информацию по зарегистрированному ДТП. Вы понимаете, что ваша страховка не покрывает ущерб в полном объёме?
Я моргаю. Резко вскакиваю, окончательно просыпаясь.
— В… в смысле? — голос садится. — О чём вы?
— По вашему полису лимит выплаты — до трёхсот тысяч, — объясняет женщина. — Однако предварительная оценка ущерба по второй машине значительно выше. В связи с чем возникает вопрос: как вы планируете компенсировать разницу?
Я резко сажусь на кровати. Чувствую, как перехватывает дыхание.
— Подождите… — выдыхаю я. — Но… там… владелец машины… он сказал, что всё решено.
  
— Я не располагаю информацией о владельце другой машины, — сухо отвечает она. — Я говорю о фактах. ДТП оформлено. Ущерб зафиксирован. Ваша ответственность подтверждается. Вам потребуется оплатить разницу.