Хочу ребенка от Деда Мороза (СИ)
— М-да уж…
— К родителям надо! — решительно произносит Марфуша. — Поеду к родителям!
— Может, тебе такси вызвать к ним или отвезти самому? — предлагаю ей. Не оставлять же девушку в беде. Сам себе этого не прощу. — Мне не сложно сейчас крюк сделать по дороге.
— Крюк до Владивостока? — со смешком уточняет она. — Долго ехать, Дедушка Мороз. Да и денег у меня нет. Разве что сережки, — снимает она их, демонстрируя мне. — Как думаете, в ломбарде за них дадут хотя бы тысяч сорок? — спрашивает, визуально сама оценивания, и понимает, что не дадут ей столько. — Или… можно понаглеть? У вас одолжить денег? Мне чисто одежду купить и билет! А как только приеду, все до копейки вам отдам! — обещает она, очаровывая своим взглядом. — У моего папы во Владивостоке бизнес! Я вам все верну! Он вернет! Честное слово!
— Эх, внученька, — тяну я, ухмыльнувшись, — исполню твое желание! Куплю тебе все, что нужно после бегства от козлов, — хмыкаю и достаю телефон.
Звоню своей помощнице.
— Катюша, зайчик мой, — обращаюсь к помощнице, как только она поднимает трубку, — знаю, что дал тебе выходной, но побудь часок помощницей Деда Мороза. Найди мне билет до Владивостока ближайший. Желательно на самолет.
— Пару минут, шеф, — произносит она и отключается.
Опускаю руку вниз и бросаю взгляд на Марфушу, чувствуя, что так просто я этой барышне помочь не смогу. Если уж у нее телефона нет, то, боюсь, и другого необходимого тоже не найдется.
— Сейчас моя помощница все найдет, — заговариваю и так аккуратненько, чтобы еще одну истерику не услышать, интересуюсь: — Паспорт-то у тебя есть, внученька? Как билет взять?
— Ой… — округляет она глаза и испуганно оборачивается ко мне. — Паспорта нет… Кирилл его порвал, когда я сказала, что к родителям поеду! Скажу все папе, и он… он его крабам скормит.
Ну, я бы тоже паспорт порвал, если бы мне крабом угрожали.
— Ага…
— Но в телефоне есть скан! — восклицает брюнетка и тут же понимает. — Только… Только Кирилл его разбил… — вспоминает она с ужасом и вновь возвращается к радости. — Но! Но мои фотографии автоматически загружаются в облако! Если скан подойдет и вы на минуту дадите свой телефон, то я смогу достать эту фотографию! Подойдет, да⁈
— Уточним, когда Катя наберет меня, — успокаиваю, но уже заранее знаю ответ. Скан документа в аэропорту и на вокзалах не принимают. — Тебе еще холодно? — уточняю, заметив, что она все так же обнимает себя за плечи.
— Немного! — признается.
— Чай будешь?
— У вас и чай есть? Вы что, настоящий Дедушка Мороз? Волшебник?
— Почти, — хмыкаю, улыбнувшись. — В моем филиале дома есть все что нужно. Так что, будешь чай?
— Да, — кивает она. — Если можно, — добавляет. — И если это вас не затруднит.
— Сиди здесь! Я быстро! — обещаю ей и вылезаю из машины.
Представляя реакцию рабочих, возвращаюсь во двор родительского дома. Не обращаю внимание на смешки и захожу в особняк.
Переобуваюсь и прохожу глубже, тут же встретившись с мамой, которая спускается по лестнице со второго этажа.
— Глеб, я из окна увидела, что ты возвращаешься, — произносит она, подойдя и крепко обняв, словно бы я не был тридцать минут назад дома, и она уже безумно соскучилась. — Что-то забыл?
— Мам, сделаешь чаю своего фирменного? — прошу ее, зная, как хорошо ее сбор вытягивает из человека простуду. Марфуше сейчас именно он и нужен. Чувствую, заболеет она обязательно, а чай хоть немного, но поможет. — Горячего? В термос? — заканчиваю с натянутой улыбкой.
— Зачем тебе? — недоумевает она, но к кухне направляется, а я следом. — Ты замерз? А все потому, что обычно без шарфа и шапки ходишь! Носки свои тонкие носишь!
— Нужно, мам, — лишь отвечаю, понимая, что, если сейчас ей про девчонку расскажу, скажет тащить ее к ней и… ну и попутно меня на ней поженит. — Сделаешь же?
— Тебе только чай или что-то к чаю тоже? — уточняет она, шурша своими баночками в шкафу. — Голодный, наверное.
Интересно, мама хоть иногда считает, сколько я ем? Я перед ней две тарелки борща съел, вернулся через полчаса — и уже голодный, что ли?
У меня черная дыра вместо желудка?
Но оно и понятно, почему отец так раздобрел, сойдясь с мамой. Раньше худой был, а сейчас уже животик появился и щеки. И никогда от добавки не отказывается.
Хотя ей попробуй откажи. Половником стукнуть может. Исключительно чтобы призвать аппетит. И ведь правда аппетит появляется после такого.
— Если сделаешь несколько бутербродов с собой — буду не против, — говорю, чем радую ее.
Пока мама делает свой чай, который умеет только она, а после занимается бутербродами, я отвечаю на звонок помощницы.
— Да, Катюш, — тяну в трубку, — чем порадуешь меня?
— Глеб Жанович, нет билетов на самолет до Владивостока, — радует она меня своими ответами. — Только на четвертое число есть один. В бизнес-класс. Брать?
— А на сегодня вообще ничего нет? — довольно улыбаясь, уточняю я.
— Вообще ничего нет, Глеб Жанович.
— А на поезд? — продолжаю я, и каждый ответ мне нравится все больше и больше. И я даже не могу объяснить почему.
Как бы надо помочь девчонке выбраться из всей этой беды, но с другой стороны… Зачем ей куда-то ехать в канун Нового года? Могла бы со мной остаться…
Встряхиваю головой, словно бы смахивая мысли.
О чем я думаю? О серьезных отношениях с первой встречной?
Это все мама и ее желание насчет подарка! Стал думать обо всем серьезно!
Маменькин сыночек, тьфу ты!
— На поезд есть на второе число, — отвечает Катя, словно бы изучая в этот момент сайты. — Смотрела и автобус, Глеб Жанович. Ничего нет! Совсем ничего! Канун Нового года. Все раскуплено! Может, вам частный джет арендовать, если что-то важное, Глеб Жанович? — предлагает она участливо.
— Не надо джет, — отвечаю ей, стараясь выгнать из своей головы мысли о том, чтобы приютить Марфушу и жениться на ней. — Спасибо, Катюш! С наступающим!
— Я еще могу что-то сделать для вас, Глеб Жанович?
— Нет, отдыхай, Катюша! — бросаю и отключаюсь.
Оборачиваюсь к матери, намереваясь высказать ей все, что думаю о загаданном ей подарке. Это же надо было такое только сказать — и уже через несколько минут получить желаемое.
Может, я не все знаю о своей матери, и она ведьма?
— Глеб, что-то случилось? — мама обеспокоенно подходит ко мне и смотрит там взглядом, что приписывать ее в ведьмы явно ошибка. Ангелочек какой-то. — Ты уезжаешь куда-то? Я про поезд слышала. Билет?
— Не уезжаю я никуда, мама, — успокаиваю ее панику. — Я на Новый год с вами! Не переживай! — целую ее в макушку. — Чай и бутерброды готовы?
— Да, бутерброды с мясом и овощами, — отходит и демонстрирует мне контейнер. — Как ты любишь!
— Спасибо! — вновь целую ее в макушку и покидаю родительский дом.
Бреду по двору, решая, что делать. Нужно как-то помочь девчонке. И в идеале еще нужно выбросить ненужные мысли из своей головы.
У Марфуши паспорта нет. Это много чего усложняет. Ни билет купить, ни квартиру снять, ни в отель заехать.
Нужно вещей ей купить, гостиницу на свое имя пока снять, а после пойти и заявить, что паспорт потеряла. Пусть восстанавливают. Только кто этим займется в канун Нового года? Работники уже мысленно оливье едят, а не о какой-то несчастной наивной девице думают и о ее проблемах.
Или же… к уроду нужно вернуться и все забрать. Только вот одну я ее не пущу.
С ней пойду!
— Где эта дура⁈ — доносится рык. Оборачиваюсь в сторону мужского голоса. — Глеб, ты не видел здесь девушку? Такую красивую, темноволосую, — спрашивает меня Ульянов.
— Кирилл? Ты потерял кого-то? — интересуюсь, сделав шаг к нему.
Бросаю быстрый взгляд в сторону своей машины. Там все тихо и спокойно.
— Да, девушка сбежала, — раздраженно бросает сосед. — Поссорились с ней немного, и она ушла куда-то. А ты чего такой наряженный? — указывает на мой наряд.
Чтобы тебя, дурака, заморозить!
Сам вон в куртке, в шапке и даже перчатках вышел ее искать, а Марфушу на улицу голой выгнал.