Возмездие (СИ)
Вагоны прибыли из-за границы, из соседней южной республики, мгновенно ставшей независимой, где у владельцев электростанции в собственности были гигантские разрезы дешевого бурого угля. Они и энергетикой занялись, чтобы было куда продавать свой малорентабельный уголь. Ну, а наши южные соседи, несмотря на независимость и приверженность демократическим идеалам, никогда не забывали, освященные веками, обычаи предков, среди которых бакшиш занимал одно из самых почетных мест. Ну, надо хорошим людям вывезти опасный груз в соседнюю страну, спрятав его под слоем угля, так почему не помочь хорошим людям, если они к тебе со всем уважением? Тем более, что люди за ценой не стоят, а опасный груз покидает родную республику, а не въезжает в нее, что позволяет таможеннику чувствовать себя немножечко патриотом.
Обвешанные взрывающимся и стреляющим, как мулы, на подгибающихся ногах, мы, разбившись на тройки, двинулись, каждая группа к своему объекту.
Надо отдать должное «майору Иванову» и его коллегам. Подготовительные мероприятия были проведены на твердую пятерку. Видимо нашли бывших работников станции, подробно опросили о уязвимых точках, маршрутах подхода и месте расположения наиболее значимых объектов. Во всяком случае, парни не тыкались, как слепые котята среди циклопических сооружений энергетического гиганта.
Перед моей тройкой вообще стояла простейшая задача — зачистить здание управления станцией и удерживать его до последней возможности.
Огромная видеокамера, висящая над входом в здание управления ТЭЦ и, в теории перекрывавшая все внешние подходы к зданию, застыла в нелепом положении, глядя на угол, пустой по ночному времени, автостоянки. Вероятно, у оптического «глаза» замерз привод, ну и охрану тоже можно понять. Кому охота возиться на таком морозе с капризной электроникой, когда через несколько дней на улице потеплеет и все вновь заработает.
Пустую, по ночному времени, автостоянку мы обошли по большому кругу — наши следы сразу бросились бы в глаза внимательному наблюдателю — на большой заснеженной площадке не было видно ни одного следа от машины, и это было очень плохо. Я планировал оставить здесь несколько сюрпризов нашим неминуемым «гостям», н тут любые приготовления будут сразу заметны. Ладно, я подумаю об этом позже, в конце концов, придется найти широкий снеговой скребок и лично почистить площадку.
Есть вероятность, что сейчас стоянка пустует и днем. Нынешние владельцы станции, вынырнувшие десяток лет назад из ниоткуда и быстро нагнувшие всех прочих акционеров, сделали очень много для модернизации местного оборудования, часть которого не менялась с момента введения станции в эксплуатацию. И не надо думать, что они руководствовались благими целями — ребята просто оптимизировали затраты. Меняя неубиваемые, еще советские реле и переключатели, которые, бывало, «залипали», но после чистки и смазки, готовы были вновь работать годами, на азиатскую электронику, владельцы просто сокращали персонал электростанции, «оптимизировав» его, в итоге, в десятки раз. Говорят, что перебравшиеся в Лондон владельцы энергокомпании сейчас могут отключить ТЭЦ из своего особняка. Наверное, сегодня у нас будет возможности проверить эту теорию.
Территория Славянской республики, нуждающаяся в наведении конституционного порядка. Здание управления ТЭЦ.
На территорию станции мы проникли через бетонный забор, не имевший ни колючей проволоки по верху, ни острых осколков стекла, ни систем наблюдения, и, к уютно светящей электрическими лампами, проходной конторы ТЭЦ подошли с «тыла».
Деревянная, наверное, помнящая еще Сталина, остекленная дверь была закрыта на какой-то железный прут, вставленный между ручек. В глубине помещения, за деревянной стойкой, расположенной возле хромированного турникета, кто-то, облаченный в черную форму службы безопасности, спал, положив голову на стол, положив вместо подушки вязаную шапку.
Я вынул из чехла нож и принялся отковыривать деревянные штапики двери, удерживающие лист стекла.
«Синий второй» аккуратно принял, выпавшее из паза, стекло (если что, сегодня я «Синий Первый»), и поставил его к стене, а я потянул за металлический прут, максимально осторожно вынимая его из дверных ручек.
Спящий за столом охранник успел вскочить, когда мы вошли в помещение проходной, но проснуться не смог. Два выстрела из пистолета отправили его на отчет к «небесному Отцу», та же судьба постигла и спящих на лежанке в соседнем помещении двух его коллег, с которых мы сняли потертые пистолеты Макарова и немного патронов к ним. Приятным сюрпризом оказалось наличие в помещении охраны на проходной оружейки, в которой мы обнаружили десяток автоматов и пару цинков с патронами — сколько бы мы не притащили на себе боеприпасов, дополнительные две тысячи патронов будут нам существенной поддержкой, потому что патронов много не бывает.
Я прибил на место штапики и вставил стекло, вновь заперев дверь на металлический прут, доложил «Золотому первому», что есть вероятность, что на территории объекта, судя по количеству автоматов в оружейке, в каком-то теплом месте, спят еще несколько вооруженных пистолетами охранников, дождался от остальных членов своей тройки доклад, что здание управления осмотрено, ничего подозрительного не обнаружено, и они занимают позиции на верхнем этаже здания, беря под наблюдение дорогу к ТЭЦ и внутреннюю территорию.
— «Золотой один» — всем. Помещение диспетчерской взято под контроль, персонал готов к сотрудничеству. Приступаем к отключению станции. –спустя десять минут прохрипела рация и отключилась
Я накинул на себя черную куртку одного из покойных охранников, взял широкий металлический скребок и пошел чистить территорию автостоянки от выпавшего снега.
Территория Славянской республики, нуждающаяся в наведении конституционного порядка. Здание управления ТЭЦ.
Шум огромных машин и агрегатов электростанции начал изменяться примерно через час. Я не знаю, с какой части гигантской инженерии начал свою диверсию Золотой Первый, тем более, что наша информация явно была устаревшей и многое зависело от степени сотрудничества, захваченных в диспетчерской иностранных, европейских и американских специалистов, которые работали на станции вахтовым методом, но я верил, что все получится. В конце концов, мы могли тупо взорвать два ленточных погрузчика цеха топливоподачи и все произошло бы самым естественным образом. Но, хотелось причинить объекту минимальный ущерб, так мы все верили, что Красная армия к нам пробьётся и все не напрасно.
Наши товарищи, действовавшие- злодействовавшие на соседней станции, до которой было всего около двух километров, справились со своей задачей первыми. Освещение огромных серых корпусов, строившихся в три очереди, на протяжении сорока лет, внезапно потухло, погасли даже красные фонарики на высоких, красно-белых трубах.
— Золотой Один, здесь Синий один. Доклад. На объекте два погасло освещение полностью. Доклад закончил. — я спрятал рацию в карман куртки, отставил в сторону скребок и расстегнул большую сумку, где у меня хранились разные интересные штуки для наших будущих гостей, до визита которых осталось совсем немного. С остановкой энергооборудования даже одной станции вся система отопления Нового города летела в тартарары, и причина была в сокращении операционных издержек новыми владельцами энергосистемы, ну теми, которые в Лондоне, сейчас, наверное, готовятся ко сну.
В отличие от новых хозяев, сгинувшему Союзу было наплевать на издержки. Страна, объявившая себя военным лагерем в кольце врагов, на полном серьезе готовилась к глобальным неприятностям, закладывая в любую систему двойное и тройное дублирование.
Пятьдесят лет назад замерзший в дороге уголь (Привет шахтерам Кузбасса) разгружали из полувагонов с помощью лома, отбойного молотка и такой-то матери, а сейчас их отогревают, без участия человека, но стоит прекратить подачу энергии на установку…А людей, чтобы долбить ломом и разгружать вручную обледеневший уголёк уже и нет…