Хроники Армагеддона (ЛП)

Наверно я еще долго не решусь на купание в любом водоеме. С помощью канатного шкива я подогнал трап к берегу. Решил перетащить тело твари через улицу, пока Джон прикрывал меня с ружьем в руках. Пока тащил, мертвяка заметила Лаура и заплакала. За это я еще больше возненавидел этот гнилой кусок мяса. Труп оставил после себя черный влажный след на раскаленном от солнца тротуаре.
  
27 марта
19.51
Снаружи воет ветер. Со временем стоны тварей, похоже, стали громче. Пара дюжин «патрулировала» берег. Я с трудом сдерживал себя, чтобы не пойти и не расправиться с ними. Сегодня ночью я опять буду спать с 9-мм патронами в ушах, потому что шум невыносимый. Даже во тьме сумерек на тротуаре отчетливо виднелись следы волочения убитого мной вчера трупа.
Мы решили, что пора уходить. Установили срок в одну неделю. За это время мы должны были собрать больше припасов и подумать о подходящей дислокации. Я пришел к мысли, что если не будешь двигаться, ты умрешь. Даже не умрешь, а будешь таким же, как эти твари, что еще хуже.
  
Атлантида
 
28 марта
13.00
Мы сидим в лодке. Сегодня часа в два ночи, стеклянный стакан, который Лаура оставила накануне на прилавке с приманкой, упал на пол без видимой причины. Я тут же вскочил с кровати, и почувствовал себя будто пьяным, потому что с трудом держался на ногах. Я шел разбитому стакану, будто поднимался на холм. Включил свет и позвал Джона с Уильямом. Они тоже чувствовали себе дезориентированными, и тут я понял, что случилось.
По закону Мерфи это давно должно было произойти. Мы тонули. Ночью был шторм, и нас немного качало. Похоже, недостаток техобслуживания, осмотров, и гнев природы, наконец, сделали свое дело. Мы разбудили остальных, и я предложил Джону и Уильяму собирать вещи. Я понятия не имел, сколько у нас есть времени, пока вся пристань не уйдет под воду. Дисбаланс веса и плавучести, в конечном счете, сломал бы каркасную опору, и все строение затонуло бы.
Делать все бесшумно нет времени. Я надел ПНВ и тут же стал готовить «Маму» к отплытию. Производимый мною шум, в сочетании со скрипом перенапряженных бревен пристани привлек толпу мертвецов. Сквозь зерно оптики я насчитал штук двадцать тварей. Они были ужасны. Я чувствовал сердцем, что если где и есть ад, то они пришли именно оттуда, я словно ощущал на себе их горячее адское дыхание.
Хотя они вряд ли видят в темноте, многие смотрели в мою сторону, привлеченные шумом, подняв головы, как сбитый с толку пес смотрит на хозяина. Большинство из них было в средней стадии разложения, через очки я не видел их глаз, только черные круги, что лишь усиливало исходящий от них ужас.
Джен, Тара, Джон, Уильям и я выстроились в живую цепь и передавали припасы из рук в руки в лодку. Прошло всего полчаса, и один угол пристани погрузился уже почти на два фута в воду, от чего противоположный угол приподнялся примерно на фут. Это значит, что строение перенапряжено.
Я надел Аннабелле намордник, перенес ее и Лауру в лодку и посадил там. Стон тварей прямо сводил с ума. Я шепнул Лауре, чтобы она не боялась и крепко держала Аннабеллу, чтобы та не выскочила из лодки. Я протянул ей медвежонка и чмокнул в щеку.
Мы загрузили лодку по максимуму. Я помог Джен и Таре забраться в нее, а Уильяму сказал остаться, пока мы с Джоном сходим и проверим, что ничего ценного не забыли. Удовлетворенные результатом, мы загрузились в лодку и запустили мотор. Если бы не Лаура, я бы не задумываясь, прикончил пару тварей, не только для того, чтобы поднять себе настроение.
Когда мы отплыли от пристани, я мысленно вернулся к тем местам, в которых нам раньше приходилось искать убежище. Похоже, с каждым разом они становятся все менее комфортными. Сейчас мы находимся примерно в миле от техасского побережья. Заглушив мотор, дрейфуем, чтобы экономить топливо.
21.44
Решили плыть на северо-восток вдоль техасского побережья к Галвестону. Двигатель что-то барахлит. Прилив продолжается. Когда мне, наконец, удалось завести двигатель, он сдох через пять минут. Никакой надежды уже нет. По моим прикидкам мы прошли миль 75 вдоль побережья. Топлива осталось всего ничего. Тем не менее, для лодки это не проблема. Похоже, проблемы с двигателем, а это значит, что мы либо пойдем на веслах со скоростью узел в час, либо нам придется идти пешком.
Лучше уже не будет.
29 марта
06.05
Пройдя на веслах четыре часа, мы добрались до места, где можно, наконец, бросить якорь. Поспав всего два часа, мы решили дальше идти пешком. Тара пожаловалась, что не может без туалета, и что после того небольшого инцидента с подводной тварью, ей не очень то хочется свешивать задницу с борта. Я ее понимаю. Мы не можем оставаться на этой маленькой лодке бесконечно. Мы подошли на веслах к берегу так близко, что я видел песчаное дно. Я выпрыгнул из лодки, оказавшись по лодыжки в соленой воде, и подтащил ее к берегу. Уильям прикрывал меня дробовиком смотрителя маяка. Мы выгрузили на берег столько вещей, сколько могли нести. Мы где-то рядом с Фрипортом, хотя не уверен.
Что-то было опасное и глупое в идее путешествия по техасскому материку с маленькой девочкой. Хотя это и не мой ребенок, я чувствовал за нее большую ответственность. Когда мы сидели на берегу, я сказал мужчинам, что нам нужно двигаться в оборонительном порядке. Женщины (включая Аннабеллу) в середине, мужчины по краям. Сейчас мы уходим и вынуждены оставить здесь несколько банок с овощами и немного питьевой воды. Весь груз нам не унести. Когда мы отошли подальше от берега, я обернулся на «Багама маму» и мысленно с ней попрощался, как с той машиной, которая была у меня в школьные годы.
13.41
Прошагав пять часов на северо-запад в глубь материка, мы сделали короткий перерыв на ланч. Я чувствую здесь себя таким уязвимым по сравнению с безопасной пристанью. При достаточном количестве твари могли легко нас осилить. За последние несколько часов мы пересекли множество двухполосных шоссе и несколько четырехполосных. Мы находились на пересеченной местности, большинство которой занимали пастбища. Думаю, мы где-то рядом с Суини, штат Техас, хотя я не уверен, и не рискну попросить помощи у местного населения. Повсюду в огромном количестве росли кактусы. Я никогда бы не обратил на это внимание, так как никогда и ни за что не отправился бы пешком через незнакомые фермерские земли.
Сегодня, примерно в 10.30 утра мы пересекли одно шоссе. Там метрах в ста от нас столкнулось шесть автомобилей, одним из которых была пожарная машина с торчащей вверх лестницей. Я решил сходить и проверить, нет ли там чего ценного. Глядя на обломки, я подумал, что именно из-за этих аварий ни за что не рискну ехать по шоссе. Не хочу застрять в такой пробке в окружении тварей.
Подойдя к месту аварии, я вдруг понял, что здесь произошло. Я подал остальным знак не двигаться. Враг был близко. Тварь, висящая на ремне безопасности, на верху выдвижной пожарной лестницы, заметила мое присутствие. Трудно сказать, сколько она там висела, как дикий зверь, попавший в ловушку. Этот государственный служащий, обратившийся в нежить, при жизни, должно быть, был хорошим человеком. Под высохшей кровью еще просматривался ярко желтый костюм пожарного. На левом рукаве у него был американский флаг с вышитой датой «9–11–01».
Я хотел прикончить эту тварь одним метким выстрелом, но знаю, что здесь другое.
  
У нас нет преимущества в виде безопасной лодки. Оставлю его там висеть. Я обошел место аварии с другой стороны. Похоже, этого пожарного атаковали, и он нашел спасение на высоте сорока футов, на верхнем конце лестницы. Там была небольшая корзина, в которой вполне мог разместиться один человек. Вероятно, пожарный обратился уже там, сорвался вниз и был обречен висеть на ремне безопасности, пока не сгниет совсем. На земле под лестницей были фекалии, что свидетельствовало о том, что он держал там оборону ни один день. Вопрос только, оборону от кого? Кроме его несчастного трупа, по близости не было видно следов нежити. Кровавые отпечатки рук у основания белой выдвижной лестницы, плюс такие же на кузове самой пожарной машины, говорили обратное.