Легенда о Жабе и Розе (СИ)
Розалин, которая три месяца назад помахала ему рукой на улице Монте-Реале, и с тех пор он её не видел, и более того – не сумел ничего о ней узнать.
2.
Розалин ни разу ещё не доводилось побывать в Лимее.
Наверное, все франкийские школьники и студенты оказываются здесь на экскурсии ещё в положенное школьное или студенческое время, а она, как иностранка, таких возможностей от жизни не получала. Конечно, у неё было своё, но теперь-то она живёт совсем среди другого!
Правда, Конрад, которого она сопровождала, как личный помощник, тоже в Лимее ни разу не был и ровно по тем же причинам. И хоть он отчаянно пытался держать марку, глазами-то по сторонам стрелял. Потому что, ну, это не яхта с золотыми унитазами, это реальная история и реальное напоминание о том, кто такие Роганы, и почему некоторые выскочки никогда не будут им ровней.
Луи де Роган говорил Конраду какие-то вежливые слова о готовности сотрудничать и о взаимном интересе, но обещал ближе познакомиться с предоставленными ему документами уже после праздничной недели, которая вот как раз заканчивалась. А пока – вот, возьмите, будем рады видеть вас на праздничных мероприятиях, можно взять с собой даму. А раз жены у Конрада нет, то собирайся, Розалин, будешь сопровождать.
Розалин в принципе была уверена в хищнических намерениях Конрада относительно его высочества, точнее – относительно «Четырёх стихий», но с ней он всегда молчал и не подозревал, что именно она может слышать из его совещаний с некоторыми доверенными людьми. В целом ей приходилось сталкиваться с промышленным шпионажем, и просто между людьми, то есть между корпорациями, и всё то же самое с применением магии – запросто. Люди всегда люди, даже если маги. Конрад магом не был, но обладал звериной хитростью и столь же звериным чутьём.
- Не вздумай отходить от меня ни на шаг, - сказал он Розалин перед тем, как позвонить помощнику его высочества, чтобы тот открыл им портал в Лимей.
Та только кивнула – потому что уходить от Конрада ещё рано, а вызывать его гнев совершенно не нужно, это весьма неприятно, проходили, знаем. Молча кивнула – мол, поняла – да и всё.
Шаг – и они в большом холле. Розалин с любопытством завертела головой – она не персона, ей можно полюбопытствовать, не теряя ничего в собственных глазах. Что ж, мощно. Древние стены, современные технологии и магия. И безупречные сотрудники, да ещё и в алых пиджаках с геральдическими символами, живая история, все дела.
Их тут же взяли в оборот, предложили пройти и привести себя в идеальный порядок – по отдельности, конечно, Конрад дёрнулся, но пережил. После зеркала и умело поправившей причёску дамы в униформе Розалин ощущала себя бессовестно прекрасной – потому что алое платье выгодно обрисовывает объективно хорошую фигуру, глаза сияют, алый камень на шее сверкает не хуже глаз, помада такая же алая, как платье. И алый алому рознь – здешние сотрудники смотрелись органичной частью древних стен и никак не совпадали с гостями в алых платьях. Уметь надо, видимо.
И вот они входят в немалый зал – под руку с Конрадом, распорядитель объявляет о них, и его высочество выходит навстречу. С супругой, да.
Розалин слышала и читала, что некоторое время назад его высочество удивил всех, женившись на особе из его топ-менеджеров. И сейчас он держал под руку даму лет сорока, то есть, старше Розалин лет на десять, рыжую, отлично сложенную и отлично одетую. Рыжая принцесса дружелюбно улыбалась. Принц тоже улыбался и приглашал проходить и наслаждаться вечером.
Вообще, будь на то воля Розалин, она бы попросилась посмотреть какие-нибудь исторические покои – есть же здесь такие? И вышла на балкон, там кто-то стоит, и оттуда отличный вид на озеро и парк. Ещё, говорят, здесь лучший в стране розарий, даже лучше, чем в столичном ботсаду, университете и магической академии, вместе взятых. Розы она любила, и не только потому, что одно из её имён связано с розами, просто ей нравилось. Будь её работа попроще, давно завела бы на окнах горшки с комнатными розами и возилась с ними. Но увы, её подолгу не бывает дома. Поэтому – ни котов, ни роз.
А об Эдди есть, кому позаботиться.
А потом она ощутила в воздухе что-то странное, глянула в сторону источника возмущения… и увидела младшего принца. Того самого, да, с которым три месяца назад распрощались в Монте-Реале. И что говорить, она бы с радостью увиделась с ним ещё разок. Только вот… слишком многое между ними стоит. И всегда будет стоять, наверное.
Пока же он вошёл как раз с балкона, и с ним был ещё один красавец, правда, она догадалась, что это наследник Саважей, очень уж характерная внешность. С господином герцогом она не была знакома – чины не те, и в Академии здешней не училась, с командующим Легионом – тем более, а наследник, поговаривали, весьма доступен для знакомств. Впрочем… если пришла с Конрадом, то смотри на него и молчи.
Однако, младший принц поглядывал на неё очень определённо. И даже подмигнул – мол, привет. Но она делала вид, что не знакома с ним, потому что… потому что.
Тогда, летом, Конард не поверил, что она пропала с радаров на двое суток потому, что попала в приключение. Тем более, что ответа на его вопрос она не привезла. Разговор был крайне неприятным, но уходить было нельзя, и она стерпела. Ничего, если она что-то понимает, то уйти можно будет уже скоро. Вот тогда…
Нет, не тогда. Ничего такого. Она не из тех, кто может спокойно подойти к принцу и напомнить о знакомстве. Все дети его высочества, кроме младшего, семейные, и у всех какие-то приметные спутники жизни. Старшая дочь – герцогиня Вьевилль, и не говорите, что это сейчас ничего не значит. Вторая дочь замужем за отличным целителем. Сын-политик женат на даме из научной среды. А младший принц-плейбой не женат, правда, с ним и не связывают никого.
Но Розалин всё равно не станет сейчас смотреть в ту сторону, потому что проще будет жить.
Ровно до того момента, пока не встречается с Жилем де Роганом в танце.
3.
- Ах, какая, - выдыхает Жанно и смотрит ровнёхонько в ту же самую сторону. – Интересно, кто такая, и почему я вижу её впервые, - добавляет задумчиво.
Чего?
- Ты, кошак драный, - не сдерживается Жиль, - лучше по тому ветру голову не заворачивай!
А то еле лапами своими переломанными шевелит, а туда же!
- О как, - Жанно просекает фишку в полвзгляда. – Ты знаешь её?
- Ну как, - сопит Жиль, - пересекались однажды.
- И хочется ещё, понимаю, - усмехается Жанно. – Ладно, если что – свисти, помогу.
- Чем это ты поможешь? – хмурится Жиль.
- Да мало ли. Просто этот простецовый шкаф возле неё как-то не располагает к охоте, как бы девушке не досталось, очень уж он нехорошо на неё смотрит.
Жилю и самому не нравился этот, как сказал Жанно, простецовый шкаф, тем более, что он хоть и не расслышал, что там объявлял отцовский распорядитель, но шкафа узнал, потому что видел фотки и кое-что читал, там, куда те фотки были приложены. И очень уж нехорошо этот шкаф крутился вокруг отца и некоторых его сотрудников. Жиль пока не уверился, что там – промышленный шпионаж или что-то посерьёзнее, первое-то отец сам просекал на «раз», сам с таким и разбирался. А вот если у него дурные намерения в отношении самого принца Рогана или кого-то из ближних, то нужно разбираться Жилю. Но зачем-то же отец это чучело сюда сегодня позвал?
И что делает возле него Розалин?
Ладно, Жиль здесь хозяин и знает некоторые особенности этого дома – он даже стену погладил, говорят же, что дома и стены помогают, вот, пускай начинают, пора уже. И непременно что-нибудь придумает.
Придумывать начал уже прямо во время танцев. Начинали с вальса, потому что именно вальс может танцевать его высочество отец, не роняя никаких своих составляющих, ни реальных, ни виртуальных. И госпожа Марина ему в том отличная пара. Саваж не танцевал – пока не мог, Жиль не придумал, кого бы пригласить, и потому тоже не танцевал. А поглядывал украдкой в сторону Розалин.