Дом шепота (ЛП)

Рука Чесму встретилась с моей рукой, когда я взяла камень побольше, который висел на одном из ожерелий. Он был тяжелым, с резным рисунком, похожим на клейма, выжженные у меня на груди. Я подняла голову, чтобы поймать его взгляд. Он притянул меня ближе, обхватив другой рукой за талию.
— Эти ожерелья привезены с моей родины. Их подарили мне в детстве, перед тем как меня украли. — Разговоры о его прошлом, казалось, преследовали его, отбрасывая мрачную тень на его лицо, когда он переживал эти воспоминания.
  
Ты ведь не из этого мира, не так ли?
— Как так получается, что ты можешь отклонять мою магию? — Вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я смогла остановить себя. Чесму усмехнулся.
— Секрет за секрет. И помни, — он притянул меня ближе, крепче обнял за талию, — ты все еще у меня в долгу.
Вот Чесму, которого я знаю.
Мои руки лежали на его груди, пока я продолжала водить кончиками пальцев по чернильным отметинам на его коже, думая о том, какими секретами я могла бы поделиться с ним.
— Я… — Мои нервы затрепетали, когда я выдавила правду. — Я отняла много жизней, — мои руки перестали двигаться, — убила многих, потому что она приказала мне это. Чтобы защитить её. — Чесму приподнял мой подбородок. — И хуже всего то, — я подавила тихий вскрик, — что в глубине души я боюсь, что теряю контроль. Боюсь, мне это нравится. — Мои глаза изучали его лицо, пока он переваривал то, что я только что сказала.
Скажи что-нибудь.
Чесму мгновение посмотрел на мою руку прежде чем, наконец, заговорить, сняв окружавшее нас нервное напряжение.
— Хаос не нуждается в контроле. Он должен двигаться свободно, иначе задохнется, разрушив все, что его окружает. — Я моргнула от того, насколько он был спокоен. — Это, — он поднял свои ожерелья, — не только из моего дома. Они священны. Перед тем, как меня украли, моя мать услышала о странных существах, уничтожающих соседние племена. Эти существа пришли ночью, охотясь на наш народ, пожирая всех и вся на своем пути, оставляя искалеченные племена беспомощными перед Иными, которые загоняли выживших, как скот на продажу. — Он провел большим пальцем по бусинкам. — Она дала мне это незадолго до того, как похожие события произошли с нашим племенем. Сказала, что эти бусы были благословлены самой матерью-природой, защищавшей своих детей от зла, противоестественных вещей в мире. — Лицо Чесму посуровело. — После того, как Иные сожгли мой дом дотла и убили наших воинов, они напали на оставшихся женщин, оставив их на съедение этим тварям, и украли детей.
— Так ты нашел мадам Чепи? — Чесму приподнял бровь, его глаза были прикованы к ожерелью из бисера, которое он держал в руке.
— Меня нашла Чепи. Ее тоже забрали из дома, предположительно, при тех же обстоятельствах. На самом деле я мало что знаю о ее прошлом, но я точно знаю, что что-то жестоко напало на нее до того, как мы встретились.
— Что ты имеешь в виду? — Его слова вызвали у меня такое любопытство.
— В ту ночь, когда я встретил Чепи, оставшихся детей из моего племени погрузили на корабль, ожидавший отплытия. Без нашего ведома те же самые существа, которые населяли нашу землю, наткнулись на Иных. Только когда одно из этих существ пробралось на корабль, мы поняли, насколько плохи были дела на самом деле. Оно нападало на всех, пожирая их. Чепи вырвалась из своих пут и убегала, когда одно из этих существ напало на нее. — Чесму вздрогнул от этого воспоминания. — Наши взгляды встретились, и я понял, что должен помочь ей. Что я и сделал. Рядом с нами был горящий фонарь. Я пнул его ногой, поджигая существо. Оно завизжало, издавая самые неестественные крики, которые я когда-либо слышал. Лицо существа встретилось с моим, и, все еще горя, оно поползло ко мне. Я был связан, не в силах вырваться, когда он разинул пасть и поднял голову. Я закрыл глаза, готовясь умереть, когда он снова закричал и безжизненно упал рядом со мной. Чепи проткнула грудь монстра осколком корабля, убив его. Она спасла меня.
Услышав его историю о том, как он рисковал своей жизнью, чтобы спасти ее, мне стало больно.
— Я думал, что умру на том корабле, но я не умер — из-за Чепи. Она подбежала ко мне, истекая кровью из своих ран, и помогла мне подняться на ноги. Вместе мы спаслись от тварей на борту корабля и прятались, пока не стало безопасно. Я не знаю как, но в конце концов нам удалось проникнуть на борт другого корабля и уплыть. В течение следующих нескольких месяцев мы исцелились, и я поклялся защищать ее до самой смерти. Я отдал ей свою жизнь в обмен на свою собственную. С того дня я никогда не отходил от нее. Когда мы, наконец, прибыли к нашему новому месту назначения, мы обнаружили этот мир. Он был таким чужим, непривычным по сравнению с тем, что мы знали. Вместе мы научились приспосабливаться — выживать.
Чесму вздохнул, роняя ожерелье из бисера.
— Я помню первого ведьмака, с которым столкнулся здесь, в этом мире. Он пытался изнасиловать Чепи в переулке недалеко отсюда. Я протиснулся между ними, чтобы защитить ее. Мужчина рассмеялся, посылая в меня силу своей власти. Представь его лицо, когда она полностью рассеялась, оставив меня невредимым. — Он ухмыльнулся. — Вам, ведьмакам, нравится думать, что вы непобедимы. — Он подмигнул мне. — Именно тогда слова моей матери обрели смысл. Эти бусы защитили меня от темной магии. Магии, которая была неестественна для моего мира.
— Чесму, если ты все это время был рядом с мадам Чепи, то где же ты был все эти годы? Почему я никогда не видела тебя и не знала о твоем существовании? — Я пыталась осмыслить все, что он открыл мне.
Чесму вздохнул.
— Я пробыл здесь дольше, чем ты думаешь. С годами Чепи стала еще больше бояться Иных. Ее доверие пошатнулось, и теперь оно падает исключительно на меня. Она хранила меня как свою глубочайшую тайну, раскрывая мое существование только тогда, когда больше всего хотела моей защиты. Были времена, когда наши пути пересекались, просто ты была слишком сосредоточена, чтобы осознать это. — Он погладил меня по щеке рукой. — Но я заметил тебя. Когда она вывела меня из тени и попросила привести тебя к ней, я испытал то, чего никогда раньше не испытывал. Я хотел сказать ей «нет», освободить тебя из этого места. Ты не заслуживаешь быть запертой здесь, порабощенной ее воле. Ты должна быть свободна.
Мое сердце бешено заколотилось, когда я закрыла глаза и прислонилась к его руке.
— Ты тоже заслуживаешь свободы.
— Когда я обещал защищать ее, я дал священную клятву, которая приковала мою душу к ее. Пока она не умрет, я не могу быть свободным. — Я вздрогнула, услышав, каким ужасным бременем была для него мадам Чепи.
— Нарушь свое обещание, освободись и убегай. Далеко. — Я посмотрела на него, солнце светило в окно позади него, отбрасывая теплые лучи света на его кожу.
— Я уже потерял все в своей жизни. Что у меня осталось без моего слова? — Другая его рука повторила первую, когда он держал мое лицо, глядя мне в глаза. Его лицо было всего в нескольких дюймах от моего. Все, чего я хотела в тот момент, — это его.
— У тебя есть я.
Я прижалась к нему, наши губы соприкоснулись. Страсть разлилась по моему телу, вытекая изо рта, когда я вдыхала его, целовала его, мой язык танцевал с его языком. Чесму оттолкнулся от стены, оторвавшись от моего рта, когда он расшнуровал мой корсет и отбросил его в сторону. Я сорвала с себя блузку, сбрасывая ее с рук, когда он улыбнулся, любуясь моей обнаженной грудью. Он обнял меня за талию и притянул к себе, целуя в шею. Моя голова откинулась назад, из меня вырвались тихие стоны, когда он продолжил. Слабое воспоминание о нас вместе растворилось в моем мозгу, возбуждая меня еще больше. Я хотела этого. Я хотела его.
  
— Она не хочет, чтобы мы были вместе. — Чесму говорил это в перерывах между поцелуями, дыша горячим дыханием мне в шею. — Она хочет, чтобы я держался от тебя подальше, — его губы вернулись к моим, — но ты — это все, что существует в моих мыслях. Я хочу только тебя.