Шепот одержимости (ЛП)

— Пистолет, Слейтер, — говорю я, мой голос едва громче шепота. — Почему у тебя в шкафу спрятан пистолет?
Взгляд Слейтера становится жестче, когда он встречается со мной глазами, в их глубине бурлят тысячи невысказанных эмоций. На мгновение между нами повисает тишина, затем он вскакивает на ноги, хватает меня за руку и тащит вдоль высоких стопок книг.
— Говори потише! — шипит он.
  
И хоть библиотека кампуса работает круглосуточно, на улице ещё только шесть утра — вокруг ни души, кто мог бы нас подслушать.
Хватка Слейтера на моей руке крепкая, почти до синяков, когда он тянет меня в более уединенный угол библиотеки. Его глаза пылают смесью гнева и чего-то еще, чего-то более темного, что я не могу до конца расшифровать. Я пытаюсь отстраниться, но его хватка усиливается, удерживая меня на месте.
— Кора, ты должна доверять мне, — рычит он сквозь стиснутые зубы, его голос низкий и настойчивый. — Я не могу объяснить все прямо сейчас, но ты должна поверить, что я никогда бы не подверг тебя опасности.
От его слов у меня по спине пробегает дрожь, интенсивность его взгляда пронзает меня насквозь. В его глазах огромный спектр эмоций, которые он изо всех сил пытается сдержать. И несмотря на страх, закрадывающийся в мое сердце, часть меня все еще жаждет доверять ему, верить, что за его действиями есть причина.
— Почему ты не хочешь сказать мне правду, Слейтер? — требую я, мой голос дрожит от смеси вызова и отчаяния. — Ради бога, я нашла пистолет в твоем шкафу! Как я могу доверять тебе, если ты хранишь от меня такие секреты?
Челюсть Слейтера сжимается, когда он отпускает мою руку, делая шаг назад, как будто физически дистанцируясь от ситуации. Его руки сжимаются в кулаки по бокам, выражение лица затравленное, но решительное.
— Я не хотел, чтобы ты его обнаружила, — тихо признается он, в его голосе слышится сожаление. — Но есть вещи... то, чего ты не понимаешь. Я сделаю все возможное, чтобы защитить тебя, Кора. Даже если для этого придется хранить секреты.
Тяжесть его слов тяжело повисает в воздухе, между нами, правдивость его заявления камнем ложится у меня в животе. Несмотря на страх и неуверенность, клубящиеся внутри меня, в его глазах мелькает понимание, которое трогает мое сердце. Я хочу верить ему, верить, что он учитывает наши интересы, но вид этого пистолета все еще живет в глубине моего сознания, как суровое напоминание о тенях, скрывающихся под поверхностью наших отношений.
— Мне нужно больше, чем просто пустые обещания, Слейтер, — говорю я, в моем голосе слышится смесь разочарования и тоски. — Мне нужно знать, что я могу доверять тебе, полностью и безоговорочно. Что ты не собираешься просто бросить меня и снова исчезнуть.
— Ты можешь доверять мне, Кора. Я защищу тебя.
— Разве? — Спрашиваю я, ненавидя, что мой голос срывается от эмоций, а на глазах выступают слезы. — Ты просто защищаешь меня, потому что считаешь обузой? Все, что ты сказал, ложь, я просто твоя сводная сестра, Слейтер?
— Мне очень жаль, Кора. Я никогда не хотел, чтобы ты так себя чувствовала, — говорит Слейтер, его голос смягчается, когда он протягивает руку, чтобы коснуться моей руки, его глаза умоляют о понимании. — Я знаю, что у меня не очень хорошо получалось выражать свои мысли, но, пожалуйста, не сомневайся, как много ты для меня значишь.
Слезы угрожают хлынуть из моих глаз, когда я смотрю в его серьезный взгляд, тепло его прикосновения успокаивает смятение, бушующее внутри меня. Несмотря на тени сомнений, затаившиеся в моем сердце, в нем вновь загорается искорка надежды, когда я вижу уязвимость в его глазах, грубую и незащищенную.
Губы Слейтера прижимаются к моим в вихре эмоций и желания. Он сжимает в кулаке мои волосы, притягивая меня ближе, чтобы углубить поцелуй, и все сомнения и страхи, которые затуманивали мой разум, кажется, исчезают. Его поцелуй яростный, страстный, буря противоречивых эмоций, от которых у меня перехватывает дыхание и хочется большего. В этот момент в его шкафу нет пистолета, между нами нет секретов, только грубая интенсивность нашей связи, горящая ярко, как лесной пожар, распространяющийся по мне с пугающей скоростью.
Я таю от его прикосновений, протягиваю руки вверх, чтобы запутаться в его рубашке. Тяжесть его тела, прижатого к моему, посылает дрожь предвкушения по моему позвоночнику.
Руки Слейтера блуждают по моему телу с отчаянной потребностью, разжигая во мне отчаянный голод. Наш поцелуй становятся глубже, жарче, словно пытаясь передать все невысказанные слова и эмоции, которые прошли, между нами.
Он просовывает руку под мою толстовку — его толстовку — и ласкает обнаженную кожу на моем животе. Бабочки порхают в моем животе, и я стону, прижимаясь своими бедрами к его, молча умоляя о большем.
Слейтер замирает.
Он отстраняется и, не в силах встретиться со мной взглядом, бормочет:
— Я не могу этого сделать. Прости, Кора. Я... не могу.
— Что?
— Я... не могу этого сделать. Я хочу тебя, правда. Но я не могу этого сделать.
Гнев окатывает меня, как холодный душ. Все эти чувства похоти, счастья, надежды на то, что с нами все может быть в порядке, заглушаются его словами.
— Ты должен перестать отстраняться от меня, Слейтер, — умоляю я, прежде чем выпрямить спину и скрестить руки на груди, чтобы оттолкнуть его. — Либо будь моим парнем во всех отношениях, либо продолжай относиться ко мне как к младшей сестре… Нет, не как младшая сестра, а как к бывшей сводной сестре. Потому что это то, кто я есть.
Слейтер смотрит на меня со смесью шока и смирения, его грудь поднимается и опускается от невысказанного веса моего ультиматума. Я вижу внутреннюю борьбу, разыгрывающуюся в его глазах, битву между его желанием ко мне и секретами, которые он хранит близко к сердцу. На мгновение напряжение между нами потрескивает, как электричество, воздух тяжелеет от невысказанных слов.
— Что ты говоришь, Кора? — Голос Слейтера похож на сердитый шепот, его глаза впились в мои. — Я не могу просто отключить свои чувства, как рубильник и я не могу... Я не могу игнорировать опасность, которая существует снаружи.
Я делаю глубокий вдох, расправляю плечи и встречаю его взгляд.
— Тогда мы закончили, Слейтер. Если ты не можешь относиться ко мне как к настоящей девушке, тогда отпусти меня.
Его глаза расширяются от удивления, на долю секунды вспыхивает паника, прежде чем гнев и разочарование берут верх.
Он подходит ближе, прижимая меня к стеллажам, обхватив руками по обе стороны от моей головы, и мой пульс учащается, даже когда я нервно сглатываю.
Я взволнована. Мне нравится эта темная и опасная сторона Слейтера.
Он грубо хватает меня и проглатывает мои протесты, когда впивается своими губами в мои так сильно, что остается синяк. Я всхлипнула, не в силах сдержать свое возбуждение от интенсивности его поцелуя.
Губы Слейтера скользнули вниз по моей шее, оставляя след горячих, влажных поцелуев, его зубы задели мою чувствительную кожу. Мое сердце колотится, дыхание сбивается, когда он прижимается ко мне всем телом, его эрекция твердая, как скала, и очевидная.
— Как ты можешь сомневаться в том, как сильно я хочу тебя, Кора? — рычит он между горячими и настойчивыми поцелуями.
Его руки грубые и настойчивые, когда он обводит изгиб моей талии, притягивая меня ближе. Я чувствую, как его сердце бьется рядом с моим собственным, как будто дикий и неприрученный зверь бьется под поверхностью.
Я смотрю на него снизу вверх, теряясь в его глазах, пока он ищет ответ на моем лице. Я хочу сказать, что верю ему, что я доверяю ему, но правда в том, что я все еще так напугана.
  
Вместо ответа я хватаю его за лицо, мои пальцы погружаются в жесткую щетину на его подбородке. Я снова притянула его губы к своим, глубже и страстнее, чем раньше. Он нужен мне, мне нужна наша связь, нужно забыть об опасности, секретах и лжи хотя бы на мгновение.
Я тоже хочу, чтобы он забыл.