Моя Академия 7 (СИ)

— Тебе, Костя, конечно, виднее. Все. Можно работать, — говорит брат директора. — Лучше уже не сделаю.
Маг отходит к своему креслу и спокойно садится — сделать он больше ничего не может. Стоять рядом нет никакого смысла. Пока не могу сформировать точного отношения к Юрию Олеговичу, но его адекватность без сомнений радует. В остальном поведение имперского мага слишком противоречиво. Не понимаю их отношений с директором, но напряженность чувствуется всю дорогу.
  
Пилюлькин подсвечивает нужные области. Без промедления уничтожаю росчерками неприятную грибницу паразитов — от мелких очагов к более крупным. Этому бойцу, в общем-то, тоже везёт.
— Жить будет, — выдыхает Пилюлькин, когда последние споры прогорают внутри тела. — Всё, надеюсь, остальные пойдут проще. — Целитель намекает Юрию, что его помощь, скорее всего, больше не пригодится.
Прекрасно понимаю, почему Константин Иванович так не хочет обращаться лишний раз за помощью к имперскому магу. Их взаимоотношения тут ни при чем. Просто подобное вольное обращение со временем, пусть даже в пределах условного тела и и только магических проявлений, всё равно очень опасный инструмент. Прибегать к нему при каждом удобном случае точно не стоит.
Меня больше интересует другой вопрос — можно ли такому научиться? Похоже, у каждой семьи есть свой, может быть, временно спящий талант. У семьи директора, например, талант обращения со временем. И то, что Юрий Олегович нам сейчас продемонстрировал, мне кажется, далеко не единственная грань их умений. Так же как и у меня, кстати.
Теперь понятно, почему Пилюлькин и директор не сильно удивляются моей особенности. Похоже, определенные особенности магического таланта есть у многих студентов, если не у всех. Просто у некоторых они проявляются ярче, чем у других.
Получается, что преподы знают и понимают про возможное развитие моего таланта несколько больше, чем говорят. Очевидно, что пытаются его использовать и периодически исследуют — следовательно, он необычен. Но больше всего делается упор на то, чтобы развить способность или найти возможность лучшего взаимодействия. Это без сомнений добавляет пару плюсов в копилку Академии.
Наверняка у преподов есть свой интерес. Выпустить новых имперских магов, например. Почему бы и нет? Личные отношения с закрытыми группами людей, как эта, всё же дорогого стоят. Думаю, что брат директора не единственный из действующих магов, с которыми Академия может найти общий язык. Да и радушие Юрия Олеговича больше напускное и очень поверхностное, как мне кажется. Просто обыкновенная маска. Как и любая хорошая маска, имеет под собой основания и действительные переживания, но всё же скрывает истинное лицо. В общем, доверия он пока не вызывает. Хотя помощь оказывает приличную — оба мага батальона без его вмешательства, не имели ни единого шанса.
Раздумываю об этом, пока мы в автоматическом режиме работаем с остальными бойцами. Здесь ускорение начинает действовать четче, и Пилюлькин подстраивает под ритм действия эликсира ритм работы с людьми. Похоже, этот алхимический набор немного отличается от предыдущего. В предыдущем результат проявлялся практически сразу, здесь же всё происходит значительно мягче. Ускорение действует незаметно — я бы и сам так сразу не определил его действие, если бы не отслеживал реакции окружающих.
Ускорение примерно в половину приходит плавно и практически незаметно и держится почти до конца. Более того, на пике оно вполне себе достигает тех же величин, что и при первом наборе эликсиров. Только держится недолго — буквально минут десять-пятнадцать.
— Не устал? — спрашивает меня целитель, пока сменяются магические коконы.
— Нормально, — отвечаю и стараюсь не отвлекаться.
Целитель чётко отслеживает, как работает ускорение. За десять-пятнадцать минут мы мало того, что пропускаем через работу ещё трёх очень сложных бойцов, но и успеваем сделать много дополнительных действий.
— Про сложные случаи я поторопился, — вздыхает Пилюлькин, но пользуется только помощью директора.
Замедления времени нам хватает. Работа идет туго, но справляемся.
Получается, что целитель, за то время, пока я спал, успел создать целую план-программу работы с двадцатью привезёнными бойцами. Причём программа явно создавалась на основе динамики развития выпитого мной эликсира. Единственное, что выбивается из плана — двое магов, за которых очень просил Веник. Но, судя по всему, это не слишком затронуло план целителя, так как он согласился работать почти не задумываясь.
Ещё я понимаю, что на практике я и впрямь обучаюсь быстрее, чем на теоретических занятиях. Мне проще делать дело и одновременно впитывать, наблюдать, запоминать, чем зубрить скучные лекции. Тут, во время работы, от меня многое зависит — это тоже неплохой стимул. Права на ошибку практически нет.
А Пилюлькин, похоже, исподволь, не фиксируя моё внимание на глифах, использует магические структуры таким образом, что некоторые из них к концу нашей работы я, скорее всего, смог бы повторить и сам. Более того, замечаю, что некоторые из них, более сложные, целитель будто специально подсвечивает.
Скорее всего, подсвеченные конструкты видны и обычным зрением, не только моим. Про то, что вижу, особо никому не говорю.
— А ведь мальчик-то умный, — за спиной раздается голос Юрия Олеговича. — Он ведь точно понял, что это ещё и урок, просто длинный.
Пилюлькин бросает быстрый взгляд на меня, а потом недовольно смотрит на брата директора.
— Юр, вот ты это сейчас с какой целью озвучил? — холодно спрашивает целитель.
Директор ненадолго улыбается и тут же снова становится серьёзным.
— Не знаю, Костя, — как ни в чем не бывало отвечает Юрий. — А вдруг вы этого сами не заметили? Решил подсказать.
— Давай ты будешь заниматься своим делом, а мы будем заниматься своим, — немного раздражается целитель.
Эмоции Пилюлькина, скорее, наигранные. В принципе, ему на слова брата директора начхать. Результаты, которые он хотел увидеть по работе с бойцами, а заодно и со мной, можно оценить наглядно. А это сейчас самое главное.
— Ты человек серьёзный, — продолжает целитель, не прерывая работу. — Летаешь в этих своих эмпиреях. Там и летай. Мы люди маленькие, у нас своя работа. Запретить тебе присутствовать в кабинете я не могу. Но и постоянно использовать свои преимущества у тебя не получится. Ты хранишь Империю, мы — учим будущих магов, возможно — твою смену. Давай каждый будет заниматься тем, что у него лучше получается, или у тебя есть вопросы к Академии?
— Да, я и не буду, Костя, чего ты разошелся? — усмехается имперский маг — для него разговор тоже не более, чем фикция. — Спокойно, ты прав — я влез не на свою территорию. Замолкаю. Но вы вроде закончили, — кивает на последний, улетающий в соседнее помещение, кокон. — Ну, что, господа, отпустим студента? А сами сядем как уважаемые люди, поговорим по поводу всего, что у вас тут в последний месяц происходит.
— Забавно, — тут же отзывается Генрих Олегович. — Ты, похоже, очень поверхностно знаком с ситуацией.
— В каком смысле? — холодно спрашивает имперский маг. — Мне предварительно предоставили подробную сводку.
Сейчас по тону чётко понятно, что с обоими преподами Академии говорит именно имперский маг, а не брат директора.
— В каком смысле? Хе-хе, — усмехается Генрих Олегович. — И кто предоставил, кстати, тоже важно…
— Продолжай. Что ты хочешь этим сказать? — серьезно спрашивает имперский маг, не отвечая на вопросы брата.
Директор перебрасывается взглядами с целителем, и тот ему еле заметно кивает.
  
— Да ничего я не хочу сказать, — улыбается Генрих Олегович. — Мне просто искренне любопытно, те, кто тебя направили, знают, что твой брат директор Академии, а половина местных преподавателей — твои знакомые? — директор продолжает тянуть нервы из имперского мага. — Некоторую часть информации ты бы просто так не получил. Может быть, направишь запрос на уточнение? А мы пока подождём. Можем, например, в столовую сходить. Посмотришь, какой у нас там борщ.