Владимир, Сын Волка 5 (СИ)

— А пакистанская армия? — спросил Клинтон.
— Она тоже прошла модернизацию и оснащена современным вооружением, но, преимущественно, производства КНР, — ответил Тенет. — Исходя из имеющихся данных, афганская армия не имеет возможности осуществлять наступательные действия против Пакистана, но её оборонительные качества нами уже проверены — полный провал операции «Циклон» и операции «Парфия» демонстрируют высокую боеспособность армии афганских коммунистов.
  
— Они никогда не воевали против настоящей армии, — сказал президент США. — Президент Мухаммед Азиз уверяет меня, что сокрушит афганцев и отбросит их от линии Дюранда на сотню километров.
Не так давно, всего полторы недели назад, в Пакистане состоялся очередной государственный переворот.
Из-за международной изоляции, тяжёлых санкций, экономического кризиса и вызванного им падения уровня жизни, политическая ситуация стала крайне нестабильной, поэтому никто не удивился, что пакистанские силовики решились на переворот.
Рафик Тарар, демократически избранный президент, вступивший в должность 1 января этого года, провёл в этой должности всего пять дней, а затем был арестован оперативниками ISI.
Теперь в Пакистане новый президент — генерал Мухаммед Азиз, организовавший переворот при активном участии ISI, ныне возглавляемой генерал-лейтенантом Файзуллой Хашеми.
— Крайне сомнительно, что у него получится существенно продвинуться по территории Афганистана, господин президент, — высказал своё мнение директор Тенет. — Афганская армия очень сильна в обороне, и она всё это время готовилась к войне против Пакистана и Ирана.
— А нам и не нужно, чтобы Пакистан провёл успешную войну, — усмехнувшись, сказал Билл Клинтон. — Нам нужно, чтобы комми отвлеклись и потратили свои отнюдь не бесконечные ресурсы на своего афганского союзника. Поэтому передайте своему коллеге, что Соединённые Штаты равнодушны в отношении военной операции Пакистана…
* СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом правительства СССР, 19 января 1998 года*
«Ввязался, на свою голову…» — мысленно посетовал Жириновский, напряжённо вчитываясь в очередной отчёт.
Программу «Ордер», предусматривающую создание эшелонированной системы ПВО, Верховный Совет СССР принял в первом чтении, а ответственным за её исполнение избрал Жириновского, как «проверенного и опытного товарища».
Деньги выделили — на реализацию программы утвердили расходование 12,3 миллиардов рублей в год, в течение следующих 7 лет.
«Медленно производят радары, мерзавцы…» — подумал Владимир, а затем скопировал абзац и перенёс его в свой электронный дневник. — «Зато с орудийными системами всё отлично».
Орудийную установку решено сделать на базе так и не пошедшей в серию АУ-220, которую основательно доработали, оснастили обойменным заряжанием, а также автоматическими вертикальными и горизонтальными приводами. Назвали её АУ-220М и пустили под этим именем в серию.
В качестве мобильной платформы для установки был избран новейший КАМАЗ-5350, грузовик повышенной проходимости, с колёсной формулой 8×8 — его оснастили выносными домкратами, которые позволят вести огонь длинными очередями, без риска опрокидывания машины.
Рассматривался вариант переделки танков Т-72 под орудийные платформы, чтобы гарантировать отсутствие раскачки, но КАМАЗ-5350 обойдётся бюджету гораздо дешевле, поэтому выбор был очевиден.
В составе зенитной батареи предполагаются четыре зенитные установки и один грузовик с АФАР-РЛС «Рифей-1С», который и обеспечит целеуказание всем орудиям.
Расчёты показали, что для полного перекрытия неба над Москвой от крылатых ракет и дронов-камикадзе требуются 22 батареи, то есть, нужны 22 радара, каждый из которых стоит 8,5 миллионов рублей. То есть, 187 миллионов рублей нужны только для того, чтобы обеспечить батареи радарами, и это только Москва.
А ведь нужны ещё и производство орудий, боеприпасов, платформ, НИОКР, инфраструктура для всего этого, личный состав, организация цифровой сети управления и так далее — Жириновский сумел ужать это в 86,1 миллиард рублей и это ещё скромно.
Одновременно с программой «Ордер», началась программа «Ордер-2», которая будет стоить, суммарно, ещё примерно 680 миллиардов рублей, потому что предполагает насыщение советской системы ПВО зенитно-ракетными системами С-300 и С-400.
В «Ордер-2» также включено массовое производство ЗРК «Панцирь-С1» и 9К331 «Тор-М1», которые усилят систему ПВО и помогут снизить эффективность вражеской авиации.
Всё это займёт годы — завершить обе программы предполагается к 2010-му году.
Но «Ордер-2» — это забота не Жириновского, а совсем других людей, поэтому он переживает только за «Ордер», который уже начал реализовываться.
«Слава богу, что ВМФ — это другая епархия и мне не поручили ещё и корабли модернизировать», — подумал Владимир с облегчением.
Военно-морской флот СССР тоже нуждается в новых радарах и защите от крылатых ракет — для него в Туле и разрабатывают снаряды калибра 30 миллиметров, с программируемыми взрывателями, а ответственные НИИ и НПО разработали АФАР-РЛС «Рифей-1М».
«ВМФ что НАТО, что наш, в случае глобального конфликта, неизбежно накроет крышкой», — подумал Жириновский. — «Вопрос будет только в том, у кого останется больше кораблей».
Аналитики сходятся во мнении, что военные флоты НАТО и СССР, если всё начнётся всерьёз, будут либо уничтожены в первые две недели после начала конфликта, либо будут вынуждены скрываться в защищённых портах, проявляя минимальную активность.
Этот вывод очень грустен, так как это ведь десятки миллиардов долларов и рублей, которые обречены либо уйти на дно, до которого не достают солнечные лучи, либо простоять под защитой наземной ПВО, в портах, до самого конца войны, каким бы он ни был.
Закончив изучать отчёт, Владимир закрыл документ и уже собрался брать со стола испаритель, но тут зазвонил мобильник.
— Да, слушаю, Романыч, — ответил он на вызов. — На перекур?
— Здоров, Вольфыч, — приветствовал его Геннадий. — Нет, к сожалению. У нас тут плохая ситуация. Приходи в Генштаб — тоже приобщишься…
— Скоро буду, — сказал Жириновский и завершил вызов.
Генштаб ВС СССР располагается на одном из трёх этажей Министерства обороны, ровно посередине, то есть, на восьмом этаже.
Прибыв на нужный этаж, Жириновский заметил, что служащие перемещаются между кабинетами быстрым шагом, почти бегом, что бывает только в экстренных ситуациях.
— Владимир Вольфович! — окликнул его Захар, ассистент президента СССР. — Мы здесь!
Жириновский вошёл зал заседаний Генштаба и увидел, что здесь присутствуют президент Орлов, министр обороны Варенников, начальник генштаба Ахромеев, а также председатель КГБ Гаськов.
— Проходи, Вольфыч, — сказал напряжённый Орлов. — Садись и слушай — может, посоветуешь что-то адекватное.
— Считаете, что моё предложение неадекватно, товарищ президент? — нахмурившись, спросил генерал Варенников.
— Мы не будем вводить войска в Афганистан, чтобы запугать Пакистан, — твёрдо произнёс президент СССР. — Да, я считаю, что ваше предложение неадекватно, потому что ведёт лишь к усугублению конфликта.
— А что происходит-то? — поинтересовался Жириновский.
— Два часа назад пакистанская армия произвела массированный артиллерийский обстрел, в ответ, по заявлению президента Азиза, на провокацию со стороны афганской армии, — объяснил Гаськов. — Афганская армия ответила эквивалентно, а затем начался встречный бой в Хайберском проходе, потому что обе стороны начали одновременное наступление.
  
— А почему мне никто не сказал⁈ — возмущённо спросил Жириновский.
— Не хочу оскорбить тебя, но это не имеет никакого отношения к твоей нынешней должности, — ответил Орлов. — Но я позвал тебя, чтобы ты оценил ситуацию и дал рекомендации, как член Совета обороны.
Действительно, эта часть деятельности не имеет к нему почти никакого отношения, потому что он, по большому счёту, занимается только инновациями и, последнее время, одним оборонным проектом.