Тагир. Девочка бандита (СИ)

С ноги вышибаю дверь в ванну.
И уже собираюсь набросится на девчонку, как мне открывается совершенно неожиданная картина.
  
Глава 22
 
22
Тагир
Фея лежит на дне кабинки, головой оперевшись о стеклянную стенку. Душ все еще в ее руках, но вода из него брызжет во все стороны.
– Черт тебя дери! – выпаливаю, бросаясь к душевой не раздумывая.
  
Конечно, первая мысль – играет хорошо. Отличная идея претвориться спящей и избежать секса. Но стоит мне только прикоснуться к девчонке, понимаю – она реально без сознания.
Первым делом прощупываю пульс.
Живая.
Дальше пытаюсь вытащить из ее сжатых пальцев лейку. Та успевает облить не только меня практически с головы до ног, но и все вокруг.
Выключаю воду и подхватываю фею на руки. Тащу ее мокрое обнаженное тело в спальню.
Я, конечно, предполагал, что девочка она слабая, но не думал, что настолько!
А это я ее еще не трахал.
А трахаюсь я жестко.
Приоткрываю ее веки, чтобы проверить зрачки. Еще раз щупаю пульс. Очень, сука, слабый.
Не вижу смысла сейчас приводить ее в чувства. Раскрываю окно нараспашку, но это несильно помогает.
Затем обтираю хрупкое тело девчонки полотенцем. Перекладываю ее на сухую половину кровати. Сверху накидываю простыню.
Охренеть я заботливый!
Даже на кухню бегу и набираю полный стакан воды.
Когда возвращаюсь, фея уже взволнованно вертит головой по сторонам. Завидев меня, спешит подняться. Вскочить. Закрыться. Во взгляде читается паника.
– Успокоилась, – жестко прекращаю ее действия одним словом.
Сжимается так сильно, что я от недовольства стискиваю челюсти.
– Не буду тебя сегодня трогать, – обещаю ей. – Еще припадочных мне не хватало.
– Я не специально… – тихонечко отвечает фея.
Хочу подойти к ней ближе и в красках описать, как сильно хочу выдрать ее узкие дырочки! Но, боюсь, этот рассказ светит мне новой отключкой.
– Пей, – протягиваю девчонке стакан воды.
Она неуверенно берет его дрожащей рукой, которую от тяжести воды начинает трясти еще сильнее. Несколько капель рассыпается прямо на постель.
– Сука! – ругаюсь.
Делаю резкий шаг ближе и сам подношу стакан к ее губам. Пересохшим, но все равно таким, сука, притягательным!
Вспоминаю, как неумело, но горячо эта девчонка сосала мой член, и в него тут же простреливает возбуждение. Еще пару таких вот мыслей, и я не сдержусь – зажму это маленькое тело между своих ног и оприходую узкий рот, пока не кончу.
Девчонка пьет воду маленькими глотками. Точно нарочно меня дразнит. Заставляет еще сильнее возбуждаться.
Но я пока держу себя в руках. Я конечно тот еще зверюга, но трахать полумертвое тело – это слишком даже для меня.
Фея отпивает совсем немного воды и пытается оттолкнуть стакан.
– Ты почти ничего не выпила, – замечаю уместно.
– Не хочется, – слабым голосом отзывается она.
– Пей, я сказал! Пока в глотку тебе эту воду сам не залил!
Тянется к стакану, заставляет себя отпить еще немного.
– Не могу больше… прости… – огромные влажные глаза глядят на меня с надеждой.
Забираю воду.
– Ты теперь от меня избавишься? – уточняет робко.
Смешная.
– С чего бы?
На бледном лице появляется румянец. Вижу, как порывается что-то сказать, но не решается.
– Ну?! – поторапливаю ее.
– Просто… ты ведь хочешь, что бы ты… – краснеет еще сильнее.
– Чтобы что? – вскидываю бровь. Уже понял, о чем базар, но хочется услышать. – Ну же!
– Чтобы я занялась с тобой сексом… – на последнем слове девчонка едва не задыхается.
Приближаюсь к ней и тянусь ладонью к ее пылающему лицу. Пальцами пробегаюсь по щеке. Задерживает дыхание.
Охуеть просто! Как у нее это получается? Быть такой непрочной и такой горячей одновременно!
Да у меня член сейчас разорвется от желания засадить ей!
– Нет, фея. Я не хочу заниматься с тобой сексом.
На секунду в глазах девчонки вспыхивает облегчение. Но рано она расслабилась. Я ведь не договорил:
– Я хочу тебя трахать. А это разные вещи.
Снова замирает.
Будто порывается что-то еще сказать, но не рискует.
Зато говорю я:
– А теперь скажи мне, фея, когда ты в последний раз ела?
Отстраняюсь. Если продолжу сидеть так близко – не удержусь, порву уже эту целку.
Задумывается.
Слишком долго рожает.
– Я задал простой вопрос, Есения.
– Я… я не помню… Наверное в клубе…
– Блядство! – ругаюсь. – Ты охренела совсем? Это было вчера. И далеко не вечером! Ты сдохнуть что ли решила?
– Я… – принимается плакать.
Терпеть не могу нытье.
Поэтому выхожу из спальни.
Мне еще не хватало только сопли за ней подтирать.
А еще я, пиздец, какой злой! При забитом продуктами холодильнике эта дура сидела голодная!
На всякий случай вызываю своего врача. Пока жду, закидываю в воду курицу. Несколько картофелин и морковь.
В холодильнике было несколько ресторанных блюд, которые я мог быстро разогреть, но я не хочу, чтобы состояние феи усугубилось. Сомневаюсь, что после голодухи ей можно будет это все хавать.
Пока бульон варится, как раз приезжает врач. Объясняю ему более подробно, и мы поднимаемся на второй этаж.
Девчонка в страхе жмется к изголовью. Она больше не рыдает, но глаза до сих пор красные и припухшие.
– Тагир, пожалуйста… – просит она, и во взгляде читается мольба.
Не понимаю, чего ей от меня надо.
Только сейчас доходит, что фея совсем голая под простынкой. А ее нужно осмотреть.
– Отвернись! – командую лепиле.
До него не сразу доходит, потому приходится рявкнуть:
– Отвернись, сказал!
А потом подать фее одну из своих свежих футболок. И она быстро натягивает ее на себя.
– Ну, все ясно, – заключает доктор, осмотрев девчонку со всех сторон. – Обморок может быть как от голода, так и от стресса. Бледная она, конечно. Надо бы последить. Анализы сдать. Но пока ничего угрожающего жизни не вижу. Возможно, на новость так отреагировала. Ты же рассказал ей?
Вот же сука!
– Выйдем?! – предлагаю доктору. – Поговорим наедине.
  
Глава 23
 
23
Есения
Когда мужчины уходят, я, наконец, могу выдохнуть.
Обмякаю на кровати и молча луплюсь в потолок.
Голова до сих пор как-то плохо соображает. Вроде и слышу разговоры, но они все будто мимо меня проходят.
Тот, другой, мужик, что представился врачом, сильно меня напугал. Когда поняла, что Тагир вошел в спальню не один, сразу подумала, что он решил отдать меня. Потому что от меня ему одни проблемы. Недотрога, да еще и припадочная. Кому такое понравится?
Но даже когда догадалась, что незнакомец доктор, мне не стало особенно легче. Но я поняла для себя одну вещь – нужно серьезно поговорить с Тагиром. Мне просто жизненно необходимо понимать, что ждет дальше.
Конечно, там вряд ли будет что-то хорошее, но, по крайней мере, я смогу настроиться на то или иное событие.
Но пока мне не хочется даже шевелиться. Я лежу пластом на кровати и не понимаю пока, смогу ли подняться. После обморока до сих пор чувствую себя скверно.
Была дурочкой, что не ела. Но мне и мысль такая не приходила в голову. Да и кусок в горло не полез бы.
Мне вообще много не надо. Я давно не ем сладкое и стараюсь питаться здоровой пищей, чтобы держать себя в форме. Только после смерти отца все изменилось.
Пока жила в подсобке в клубе Регины, моя жизнь крутанулась на сто восемьдесят градусов. И пища, которую могла теперь себе позволить, тоже стала другой.
Я впервые попробовала лапшу быстрого приготовления и даже картошку, приготовленную из завариваемого кипятком порошка.
Хотя Регина часто подкармливала меня едой из ресторана, работающего при клубе. Но это было в основном в обед.
  
Эта женщина вообще была добра ко мне. Пока не сдала Тагиру.