Беременна от наемника (ЛП)

— Да, верно. Мою работу не так-то просто описать при первом знакомстве. Я хочу, чтобы ты мне доверяла, но это секрет, который тебе придется хранить, иначе мы оба будем в опасности.
Я хмурюсь, чувствуя холодный комок страха в желудке.
— Ты меня пугаешь.
— Нет простого способа это сказать, — начинает он, его взгляд предельно серьезен. — Я вырос в самом паршивом районе города после развода родителей. Влипал в неприятности, сбежал из дома, жил на улице, состоял в бандах. Каким-то чудом не сел в тюрьму. Один раз в меня стреляли, я выжил. Тогда мне помог человек, который привел меня в свой зал тренироваться, чтобы я сосредоточился на чем-то, кроме уличных разборок.
  
— Погоди, куда тебя ранили? — спрашиваю я, совершенно ошарашенная.
— В бедро. Ноет время от времени, как напоминание о прошлом. Хочешь взглянуть? — его порочная ухмылка возвращается.
— Давай оставим это на потом, — быстро вставляю я. — Просто рассказывай дальше.
Сердце бьется чаще, разум предательски реагирует на Дэкстона. Каждый раз, когда я смотрю на него, я задерживаю взгляд дольше, чем положено, особенно когда он улыбается.
— Ну, я тогда и не догадывался, что тот парень заправляет огромным бизнесом: он тренировал и растил наемников, которые потом работали на него.
Его слова бьют как обухом по голове, мне становится трудно дышать.
— Не шути так. Ты хочешь сказать, что это твоя работа? Ты ходишь и… убиваешь людей?
Я отодвигаюсь по дивану, увеличивая дистанцию между нами. Тепло камина будто испаряется, когда холодная реальность его признания доходит до сознания.
В памяти всплывает маскарад, треск рации в его ухе, его прыжок с балкона… А потом новости о том, что в поместье нашли труп.
— О боже! — ахаю я. — Это ты убил того человека в особняке? Об этом все новости трубят!
Часть меня в ужасе, потому что, во-первых, неужели я в это верю, а во-вторых — я только что сбежала от безумного бывшего-сталкера к гребаному наемнику. У меня явно сбиты все настройки в выборе мужчин.
Дэкстон изучает меня — не похоже, чтобы он собирался сделать меня своей следующей жертвой… я надеюсь.
— Всё не так однозначно, Амелия. Это сложный мир, и да, я совершал вещи, которыми не горжусь. Но это больше не я. Я оставил ту жизнь в прошлом, я в отставке и хочу завести семью.
Её глаза округляются от шока, но она молчит, поэтому я продолжаю.
— Та ночь была моим последним заказом. — Его голос ровный, но в нем слышится что-то похожее на сожаление. — Человек, которого я устранил, был настоящим куском дерьма. Торговец людьми. Мой наниматель брал заказы только на тех, кто был подонком из подонков.
Я моргаю, пытаясь совместить этот образ с человеком, который спас меня на вечеринке и открыл двери своего дома сегодня. Мозг лихорадочно пытается во всем разобраться.
— Почему ты вообще в это ввязался? — спрашиваю я, любопытство борется с опасением.
В этот момент раздается звонок в дверь, и я вздрагиваю так сильно, что пугаю саму себя. Боже, я натянута как струна.
— Дай мне минутку.
Он вскакивает, идет к двери, о чем-то переговаривается и забирает несколько набитых бумажных пакетов. До меня долетает умопомрачительный запах еды, и в животе снова урчит.
— Еду привезли, — объявляет он, возвращаясь ко мне.
Расставив пакеты на кофейном столике, он достает белые коробочки с китайской едой. Их штук шесть: жареное мясо, лапша, спринг-роллы и тосты с креветками.
— Угощайся, — говорит он, ожидая моего выбора.
Я выбираю что-то похожее на говядину по-монгольски с рисом. С палочками в руках я откидываюсь на спинку дивана и принимаюсь за еду, пока Дэкстон ест ролл и выбирает плоскую лапшу.
— Так ты говорил о том, почему оказался в этой… сфере.
Я поджимаю под себя ноги, наблюдая за ним.
Он вздыхает, помешивая палочками в своей коробочке.
— Выживание. Выбор… или его отсутствие. Это было другое время, я был другим. Мне пришлось драться, чтобы выбраться из той жизни, в которой я родился. Человек, который меня тренировал, дал мне цель, путь к спасению. Это принесло много бонусов, но и цена была высока.
Я сижу, впитывая его слова. Это слишком много информации для одного вечера. Часть меня хочет бежать прочь от этого сложного мира, на который он намекает, но другая часть — та, которую тянет к нему, которая чувствует себя в безопасности в его присутствии, несмотря ни на что, — хочет понять его. Увидеть того человека, в которого я влюбилась без памяти на той вечеринке.
— Значит, ты больше… этим не занимаешься? — спрашиваю я, мне нужно услышать это от него самого.
— Нет, Амелия. Та часть моей жизни окончена. Я пытаюсь начать заново, и ты… ты часть того нового начала, которого я хочу, — говорит он, глядя мне прямо в глаза. В его взгляде я вижу уязвимость, которой не замечала раньше.
Я разрываюсь между страхом и очарованием: опасность его прошлого сталкивается с той связью, которую я чувствую. Сердце бьется чаще не только от страха, но и от неоспоримого влечения, которое трудно игнорировать.
Пытаясь осознать всё, что Дэкстон только что раскрыл, я не могу не спросить:
— Так почему ты пропал так надолго? Тебя искали копы?
Он поглощает лапшу и, прожевав, отвечает:
— Деловой партнер того ублюдка видел на вечеринке, как я убрал его друга, и заказал меня… так что мне пришлось выждать время, пока я не добрался и до него.
Ощущение, будто он рассказывает сюжет фильма.
— Я-я не знаю, что чувствовать, — признаюсь я едва слышным шепотом.
— Это были очень плохие люди, Амелия. Давай на этом и остановимся. Но я рассказываю тебе это, чтобы ты видела — я ничего от тебя не скрываю, — заверяет он.
Я продолжаю есть, используя момент, чтобы всё переварить и унять дрожь в животе.
— Это просто… слишком много всего. Может, поэтому я и чувствовала себя так спокойно рядом с тобой… будто знала, что ты не так прост.
Он снова улыбается, но эта улыбка кажется слишком мягкой, слишком ангельской для наемника.
— Расскажи лучше о себе. Как ты попала в тот бар?
— Ну, это целая история, — начинаю я, ковыряя остатки еды. — Когда я впервые пришла в бар, я была в отчаянии. У меня не было опыта работы барменом или чего-то подобного, но Роджер что-то во мне разглядел, наверное. Нанял меня на месте.
Я замолкаю на миг, погружаясь в воспоминания.
— Я потеряла родителей и переехала к тете. Трудные были времена, понимаешь. Пыталась встать на ноги, понять, где моё место.
Я негромко смеюсь, заметив, что две коробочки с едой уже пусты благодаря мне.
— Видимо, я правда проголодалась, — говорю я, пытаясь разрядить обстановку, но мозг всё еще кипит от откровений о прошлом Дэкстона.
Он слушает меня, не сводя взгляда. Когда я заканчиваю, повисает тишина.
— Мне жаль твоих родителей, Амелия. Жизнь иногда выбрасывает нас на глубину, верно? Но, похоже, ты неплохо справляешься, несмотря на течение.
Я смеюсь:
— А мне кажется, что наоборот.
Он откидывается на спинку дивана, прищурившись.
— Впечатляет то, как ты со всем этим справляешься.
— Спасибо. Мне раньше никто такого не говорил.
Я начинаю собирать остатки трапезы.
— Я бесконечно благодарна тебе за всё, но сегодня было слишком много событий… я сейчас просто вырублюсь.
— Твоя комната первая наверху лестницы. Располагайся как дома.
Я встаю, не зная, стоит ли его обнимать — боюсь, что если окажусь слишком близко, не смогу удержаться от поцелуя. Поэтому я быстро иду наверх, и, оказавшись в комнате, наконец чувствую, что снова могу дышать.
«Я в доме наемного убийцы!» — эта мысль прошибает меня, пока я зеваю. Сил больше нет. Я нахожу ванную комнату и иду в душ. Чистая, в старой длинной футболке, которую захватила с собой, я выключаю свет и забираюсь в кровать. Постель такая свежая и хрустящая, что я буквально таю в матрасе.
  
Лежа в темноте, я прокручиваю события дня. Я в доме Дэкстона, человека, чья жизнь куда сложнее и опаснее, чем я могла вообразить. Может ли всё стать еще страннее? Сон начинает смаривать меня, и я понимаю: несмотря ни на что, здесь я чувствую себя в безопасности.