Интим предлагать! (СИ)

Реальная «Настя» никогда бы не позволила себе так откровенно пялиться на мужчину, но подменная «Аня» может легко!
— Что? Никак? — вздыхает Руслан, кивая на телефон у моего уха.
— Пока нет, — с наигранной досадой убираю трубку.
— Кхм… — Руслан устало растирает ладонями лицо и проходит в торговый зал.
От нечего делать подходит к одной из витрин. И с растущим интересом начинает ее осматривать.
  
А я в этот момент чувствую, как от жаркой неловкости выступает испарина на коже, потому что эта витрина со всякими женскими органами. Всякими, потому что изобилие цветов, форм и натуралистичности просто поражает воображение.
— И как, Ань? Покупают? — спрашивает Руслан, задумчиво почесывая короткую щетину на подбородке.
— Эм, ну да… — лепечу я, понятия не имея.
— А что пользуется наибольшей популярностью?
— Да все понемногу, — бормочу и, не в силах сдержаться, возмущенно кошусь на одну из силиконовых, очень натуральных промежностей. Вот же… Вокруг одни конкурентки! — А вам… кхм… тебе зачем такая информация? — перевожу подозрительный взгляд на Руслана.
И звездочки в его воображаемом нимбе начинают тут же тревожно мигать, грозясь снова осыпаться в любой момент.
Даже с куклой мне морально смириться было легче. У нее хоть голова есть! Так… человечнее, что ли.
Вопрос «а не извращенец ли он?» снова встает ребром.
— Да просто любопытно, — небрежно пожимает плечами Руслан и отходит от витрины, а я облегченно выдыхаю.
Мой идеалити…
— Ань, как думаешь, сколько нам еще тут торчать? — спрашивает тем временем Руслан, крутанув запястьем, чтобы посмотреть на наручные часы. — Мало того, что я уже везде, где мог, опоздал, так еще и есть хочется зверски, — признается, продолжая расхаживать по торговому залу и рассматривая витрины. — Я с утра не ел. Собирался в клубе с мужиками перехватить… а оно вон как… — сетует он. Тормозит у открытого прилавка с разными колбами, коробочками и пакетиками. — А это что? Шоколадный батончик?
  
Глава 10
 
Я подхожу к прилавку и смотрю на впечатляющий выбор всякого рода сладостей: здесь и драже, и конфетки, и шоколадные батончики… Беру первый попавшийся. С виду самый обычный: протеиновый или злаковый. На обертке изображен кокос, а все надписи на китайском.
— Да, батончик, — отвечаю уверенно. — С кокосом.
— С чем? — взмывают брови Руслана.
— Кокосовый, — поясняю и снова краснею.
— С кокосом я еще не пробовал. Оригинально, — усмехается он. — Ну давай попробуем. Пробей два.
Я встаю за кассу и пробиваю одну из шоколадок.
Я была уверена, что после стоимости «жэнщины» меня уже ничем не удивишь. Но когда я смотрю в монитор, и на нем черным по белому высвечивается тысяча двести рублей за один несчастный батончик, мне становится дурно. Правда это ничто по сравнению с тем, в какой я впадаю шок, следом прочитав наименование товара, который я пробила Руслану, — шоколад с сильнодействующим возбудителем.
Из меня непроизвольно вырывается вздох изумления, а потом я вскидываю руку, чтобы отобрать у Руслана жуткую сладость, но я даже не успеваю крикнуть «брось каку!», потому что вижу, как исчезает в идеальном рту большая часть шоколада… с сюрпризом.
Натужно сглатываю.
— Не, Анют, даже не пытайся претендовать, — по-своему расшифровывает Руслан, кивнув на кончик шоколадки, — это мой. А для тебя вон тот, — подбородком показывает на экземпляр в моих руках. — Что там с меня?
Я стою и не двигаюсь. Смотрю поочерёдно то на Руслана, то на батончик, от которого осталась одна обертка. В ужасе! В шоке! В панике, помноженной на интерес — что же теперь будет?
Боже, он съел шоколадку с возбудителем. Еще и с каким-то ядреным! Я и понятия не имела, что такое бывает.
С ног до головы меня заливает липкой слабостью. Ноги подкашиваются.
То есть он сейчас возбудится, да? Сильно? Очень сильно? Он ее всю съел! А ему плохо не станет?
Господи, господи, а если он умрет? Прямо здесь! От перевозбуждения! Вдруг, там какая-то дозировка есть? Может там надо по кусочку в течение месяца?! А Руслан съел весь… Или, может, у него проблемы с сердцем. Или с почками. Или с давлением. Или с членом… Да мало ли, с чем могут быть проблемы с виду у совершенно здорового человека! В общем, нельзя ему!
«Достаточно одной таблэтки…» — отчего-то всплывает в голове.
От паники ладони потеют.
— Ань, так сколько с меня? — обращает на себя внимание Руслан.
Смочив горло, сиплю:
— Две тысячи четыреста рублей… За два.
— Хм! — качнув головой, ухмыляется Руслан и открывает приложение. — За такие деньги я теперь должен не хотеть есть как минимум пару суток, — шутит он и прикладывает телефон к индикатору.
Мои руки дрожат. Ноги тоже. А в голове на полной скорости проносится мысль, что, возможно, ему действительно будет не до еды в ближайшее время.
— Ань, угощайся, — Руслан подталкивает ко мне заклятый батончик, и я кошусь на него как на ядовитое вещество.
Может, и правда съесть? Помрем вместе. Я и он. Почти романтично. Почти как Ромео и Джульетта.
Вскрытие покажет, что в крови у обоих был возбудитель. Уверена, о нас расскажут в новостях, и тогда моя бывшая подруга выкусит! Когда я уезжала из родного поселка, она сказала, что я сгину в Питере, потому что таких, как мы с сестрой что грязи, и Северная столица пережует нас и выплюнет. И никто про нас не узнает. А так… обо мне заговорят! И по телику покажут.
Жаль, конечно, я оплатила абонемент в фитнес-зал за три месяца. Интересно, сможет ли Анюта вернуть деньги, если предоставит мое свидетельство о смерти?
— Аня-я-я-я-я…
Мотнув головой смотрю на Руслана. Живой. Пока еще.
Мне становится душно.
Но он выглядит вполне себе довольным.
— Н-нет, спасибо, я не голодна… — отзываюсь слишком взволнованно. Даже подозрительно! — Может, воды?
Точно. И как я раньше не подумала. Промывание желудка не раз спасало нашего соседа этажом выше, когда он наглатывался таблеток, точнее глицина, если проигрывал на спортивных ставках.
— Буду благодарен, — соглашается Руслан с улыбкой.
Господи, эти очаровательные ямочки. Мне будет их не хватать. Если он все же преставится…
Пулей ныряю в подсобку. Там стоял кулер, я видела. Надеюсь, там вода без сюрпризов.
Набираю полный пластиковый стаканчик и несусь к своему идеалу.
Поблагодарив, забирает его у меня.
Про себя повторяю: «Пей до дна, пей до дна…!», пока смотрю, как Руслан опустошает стакан.
— Спасибо! — улыбается он счастливо.
Чувствую, как иглы вины вонзаются в тело. Они колют меня везде, и я уже начинаю подумывать, может, стоит ему признаться?
— А это что? — спрашивает Руслан, обернувшись ко мне. Он стоит у витрины, где лежат различные плетки, плети, розги и кнуты. — Анальный крюк, — зачитывает, слегка подавшись вперед. — Занятно. Он для кого?
Анальный крюк? Воображение подбрасывает не радужные картинки, когда смотрю на металлическую штуковину с изогнутым концом и круглым набалдашником с одной стороны и с внушительным кольцом с другой.
Это же… это же… больше напоминает аксессуар для пытки, нежели для получения удовольствия.
— Для… всех желающих, — мямлю я, понятия не имея, кого на этот крюк сажают.
Руслан бросает на меня странный взгляд. Такой подозрительный, что я вытягиваюсь в струну. Между лопаток стекает одинокая капелька пота при мысли о том, что его интерес ко мне и крюку обусловлен начавшим действовать возбудителем.
Господи, но мой идеалити не такой, да?!
Руслан отворачивается и продолжает исследовать наполнение витрины, а я чуть-чуть выдыхаю. Похоже, планов насадить меня на крюк и подвесить куда-нибудь к яйцам-бубенцам у входа у него пока нет.
  
— О! Здесь даже Дженга есть? — обращается ко мне мужчина, притормозив у витрины с настольными играми и буклетами. — Может, сыграем, чтобы время убить?
Убить? Он сказал — убить?
Всё, Настя, перестань в каждом слове искать подвох!