Сделай мне ребенка (СИ)
Глава 41. Волк, лось, медведь?
Я всматриваюсь.
На краю полянки, замершая в кустах, стоит… лиса.
Рыжая. Настороженная.
Смотрит прямо на нас. Ни тени страха. Даже хвостом не дергает.
Мы - как сцена в ее дневном ток-шоу.
- Ну, привет, лиса Алиса, - выдыхает Титов. - Только тебя тут не хватало.
- Чего она смотрит?
- Не каждый день такой шоу-рум в лесу увидишь?
- Леш!
- Все, все. Ща автографы начнет просить, - застегивает джинсы и поднимается. - Кыш! - и присвистывает ещё.
Лиса, махнув хвостом, сбегает.
- Даже не расскажешь никому, что лису видела, - берусь за протянутую Алексеем руку и поднимаюсь.
- Чего? Рассказывай. Пошалила в лесу и встретила лису.
- Очень смешно, - бью его снова легонько ладонью по плечу.
Что-то вообще много бью. Но… на самом деле это такой способ коснуться его. Потому что мы не пара и просто так его обнять я не могу. Все должно свестись к сексу, чтобы сделать мне ребенка. А вот объятия - это уже про чувства и отношения. Немного не то, что мы планировали.
- Пойдем, а то сейчас ещё медведь с волком подгребут, точно ток-шоу “за стеклом” будет.
- Колобка только не хватает.
- Боюсь, что у них вместо пиццы пойдет.
Впитываю остатки лесной романтики, включаю самоиронию и идем к машине.
Как ни в чем не бывало выезжаем из леса. Когда мимо нас проезжает машина прячу взгляд. Кажется, что все понимают, зачем мы туда сворачивали.
- Если бы родители знали, на что ты меня подбиваешь, то их бы инфаркт хватил.
- А что Софья - это ум и честь семьи?
Усмехаюсь.
- В тебе сегодня русский классик проснулся?
- Лада рассказывала про тест по литературе. Видимо, впечатлился.
Мне с каждым днем кажется все больше, что он почти приближен к идеалу. А если такой, то…
- Леш, а почему ты один? Неужели не нашлось женщины, которая бы тебя устраивала?
- Хочешь на ее место?
За что он нравится, так за прямоту в лоб. Можно же было как-то обтекаемо спросить.
- Я не про себя, вообще, - убираю улыбку.
- А к чему тогда вопрос? - отвечает хоть и с улыбкой, но теперь она не касается глаз. Серьёзный, глубокий взгляд.
- Я как психолог на это смотрю. Есть мужчина…
- Не надо на меня смотреть, как психолог, а то я на тебя буду как спасатель смотреть. Есть ли у тебя дома пожарные извещатели, огнетушитель, какой у него срок годности…
По-ня-ла.
- Как психолог, можешь смотреть только при одном условии.
Я готова выполнить все лишь чуть-чуть заглянуть туда, поглубже.
- Я подопытным могу быть, но только в постели. Там можешь исследовать, фиксировать реакции… хоть диссертацию пиши.
Ну, дурак… Классический. Я улыбаюсь, но только губами.
Ловко сменил тему. Спрятался за флиртом. Не хочет говорить об этом. Не сейчас. А возможно - никогда. Или не со мной.
Понятно, что не от легкости. Так шутят, когда не хотят, чтобы глубоко заглядывали.
- Я подумаю над темой, - тоже отшучиваюсь, словно ничего важного не было.
Хотя было.
Для меня - было.
Папа выходит со двора и вытирает замасленные руки тряпкой.
- Привет, пап, - обнимаю его и целую в щеку.
- Привет, Софийка!
Алексей усмехается.
- А ты с кем к нам?
- Это Алексей, Федор Александрович, - знакомлю их, они жмут друг другу руки.
Жест и жест, но для меня прямо показывает, что папа с уважением к Титову. И тот тоже не мальчик. Со мной может пошутить и подурачиться, с папой серьёзен.
- Пап, Алексей мне помог забрать ту твою штуку и проверил. Нам, представляешь, хотели что-то не то дать.
- Да там, - достает Алексей деталь, - походу, в пункте выдачи перепутали. Дали какой-то крепеж для капота. Наверное, номер заказа кто-то ввел с ошибкой.
- Ну, это как обычно. Без приключений никуда. Спасибо, Алексей.
Леша закидывает себе на плечо это огромный и, скорее всего, тяжеленный рулон пленки.
- А это куда отнести?
- Софийка, привет, - окликает мама и я отстаю от мужчин, возвращаюсь к маме.
- Привет, - обнимаю.
- Ну, наконец-то! А это, - кивает туда, куда Леша ушел, - тот самый коллега?
- Да.
Мама только кивает но с прищуром, в котором читается и любопытство, и одобрение, и тайная проверка на соответствие.
- Мам, просто коллега.
- Пожарный?
- Да.
- Серьёзно. Ну, пойдем в дом.
- Мам, мы поедем. Не хочу человека задерживать.
- Тебе задерживать… В такую даль ехал, проголодался, наверное. А у меня уха, салат сделала и бутербродов этих, как Роберт любит, приготовила. Пойдем, лучше поможешь мне стол накрыть.
Расставляю тарелки и вилки. Нарезаю хлеб. Утром же собиралась вот сегодня на соках и смузи посидеть. а в итоге до чего докатилась…
- Надо идти за ними, отец уже наверное ему там рассказывает, как на флоте служил.
- Я схожу, мам.
Гараж пахнет железом, старым маслом и чем-то родным, теплым. Папино одно из любимых мест времяпровождения. Поэтому это его запах. Я подхожу ближе, держась за дверной косяк, и замираю.
Алексей возле папиной машины уже стоит, склонившись под капотом. Черная футболка натянута на спине, рука в мазуте.
- Да тут просто хомут разболтался. Вакуум не держит, потому и обороты скачут. Надо заменить и все, - говорит, не поднимая головы.
Папа кивает, в руках тряпка, которой он привычно вытирает ладони.
- А я вот не подумал об этом.
Наблюдаю как Леша ещё что-то выкручивает из машины. Делает это левой рукой, привычно для себя, но как красная тряпка для меня.
Пффф.
- Пап, мама зовет к столу.
- Сейчас, подожди, - машет. - Алексей… - продолжает ещё что-то у того спрашивать.
- Алексей, нам ехать надо.
- Щас, Сонь, пару минут, - отзывается Титов, не отрываясь от дела.
Сонь? Вот он зачем это сейчас? Коллег “Сонь” не называют.
И продолжаю смотреть на них. Как в детстве, когда рассматривала в кино супергероев. Только тут без костюма, без спецэффектов. Просто человек. Мужчина. Сильный, спокойный, сосредоточенный. Надежный. Настолько, что о таком мечтаешь не вслух, а держаться хочется обеими руками.
Сердце как помпа. То расширяется, то сдувается. С ним рядом теперь все чаще.
- Мам, это Алексей, Светлана Викторовна.
Знакомлю, когда они наконец выползают из гаража.
- Алексей, вы в гараж не ходите, там же как портал. Только вход, а выход - уже ночью.
- Зато проблему решили.
- Алексей, уху будете?
- Не откажусь.
Мама приносит глубокую кастрюлю и накладывает уху в большие тарелки. Пахнет потрясающе - укроп, перец, рыба, аромат свежей зелени. На столе уже хлеб, маслице, салат и горячие бутерброды.
- Сейчас, - мама суетится, как будто он свататься приехал, - Вот ещё бутерброды мои фирменные с тостовым хлебом, колбаской, сырком. Салат с капустой молодой угощайтесь. может, ещё что-то надо?
- Мам, не надо ничего больше, - пытаюсь ее утихомирить.
Но для нее трагедия, если от нее кто-то уедет голодным.
Я накладываю себе салат.
Алексей ест с удовольствием. Как будто час назад и не ел ничего у своей мамы. А там мы съели не меньше. Я так точно ещё не все переварила.
- А что за рыба?
- Да у нас тут озеро недалеко, словил пару щучек, - хвастается папа, - вот мать и наварила.
- Да, мы когда с ребятами в поход ходим, так тоже уху варим, но на костре это другое.
- Оооо, сравнил. Все с костра - оно как-то натуральней выходит. И ещё этот аромат дыма. Ммм… - Леша так рассказывает, что мне уже с ним в поход хочется.
- Я, когда варю уху на костре, добавляю пару капель коньяка. Только в самом конце. Прямо в каждую порцию. Аромат потрясающий.
Леша спокойно общается, как у себя дома. Зато я, наоборот, вся напряжена, от того, что мама слишком внимательно смотрит. Папа слишком много шутит. И вообще все это становится… почти как семья.