Льдинка

– Ну вот и скажете что нашли учеников хороших, с богатыми папашами. Я буду приносить еще.
И пошёл к выходу не прощаясь.
– Вы ее не обидите? – тихо спросила женщина вслед.
– Никогда.
Никогда не обижу, никогда не коснусь, не загляну в синие глаза близко-близко, не намотаю на палец прядь светлых волос. Я чётко это понимал, но отбросить в сторону наваждение не мог. Я был болен ею, своей, такой чужой Льдинкой.
  
Я приходил раз в месяц. Суммы были разные. С удовлетворением отметил, что у них дома появилась еда. Смотрел порой на Сандру – ботинки новые и пуховик. Значит все не зря. Не моя, зато ноги в тепле. Я уехал в середине весны – она заканчивала одиннадцатый класс. К тому времени не стало бабушки, а новый отчим благополучно сбежал, мать снова пила. Ничего меня здесь не держало. Тем более – Льдинка растаяла, но не в моих руках. Первый красавец школы, парень из хорошей семьи – не чета мне. Глядеть, как она счастливо заглядывает ему в глаза и за руку держит было выше моих сил.
Я не просто уехал, я сбежал. Большой город манил огнями и сулил мне удачу. К маленькой женщине с ее роялем теперь от моего имени бегал один из местных пацанов. Через три года Рыжий позвонил.
– Все, – сказал он. – Умерла ее мамка, больная была.
– А Сандра? – тихо спросил я.
– Живет с этим своим… Замуж еще не вышла. Ей теперь деньги носить?
У меня от ревности и злости внутренности свело, мобильный сжал так, что он жалостно заскрипел в руке.
– Пусть ее теперь хахаль кормит, – зло бросил я.
Правда была в том, что она просто не взяла бы моих грязных денег. Мать ее успела увидеть жизнь и понять что деньги не пахнут. Деньги дают тепло. Еду. Дают уверенность в завтрашнем дне. А Сандра… Льдинка она и сердце у нее ледяное. Тогда обещал себе – вырву из мыслей и думать даже не стану.
И получалось. Иногда. И годы шли, один за другим. Счастья не было, да и не верил я в него. Были деньги. Были женщины. Некоторые из них так похожи были на Льдинку, да все не то. Не думать получалось. Забыть – нет. А теперь… Теперь я просто смотрел на ее анкету в резюме. Фамилия другая – того ее хорошего мальчишки. Значит, замуж вышла. Но работу ищет с проживанием – значит, развелась. Да и образование – высшее неоконченное. Не стала хирургом, моя Льдинка. И знаю, не стоит смотреть на ее фото. Не стоит искать различия между той юной Льдинкой и этой, что уже справила тридцатилетие. Красивая. Взгляд такой же гордый. Надо закрыть анкету, забыть, нельзя подпускать ее так близко к себе – второй раз от зависимости к ней можно и не излечиться. Но я уже набираю номер помощницы.
– Сандра Вавилова вполне подходит, – бросаю я в трубку. – Проведи собеседование, приглядись.
Говорю, а сам понимаю – не стоило, точно не стоило.
 
Глава 1. Сандра
 
Анжелу я ненавидела. Подумав признала – ненавидела я ее просто за то, что она есть. Такая активная, шумная, яркая. А еще за то, что она жила со мной в одной комнате темной тесной коммуналки. У одной стены мой продавленный диван у второй узкая кровать Анжелы. Посередине стол и один стул. В одном углу комнаты шкаф, во втором холодильник – чтобы соседи еду не воровали. Холодильник был таким же шумным, как Анжела, и зачастую будил меня по ночам. А еще порой предавался меланхолии и рыдал, плавя в моём металлическом чреве наросший в морозилке лед. Тогда просыпаясь я чертыхалась, наступая ногами в натекшую из него холодную лужицу.
– Сходила бы ты погуляла вечером часа два три, – капризно попросила Анжела.
Я закатила глаза – на улице конец октября, гулять холодными вечерами меня не тянуло.
– Нет, – отрезала я.
– Ни себе, ни людям, – фыркнула Анжела. – Если тебе мужики не нужны, думаешь и мне не надо? А мне надо! Я молодая, красивая…
– Вот и ищи себе мужика с квартирой, – ответила я. – Раз такая красавица. Или хотя бы неженатого. А я под дождём, пока ты свои телесные потребности удовлетворяешь, ходить не буду.
Вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. В нее что-то ударило – наверное, тапком кинула.
– На работу хотя бы выйди, – крикнула вслед Анжела. – Целыми днями дома сидишь, достала!
Кухня была страшной. Я и выросла в нищете, но у нас дома всегда все аккуратно и чисто было. Здесь – срам господень. Убираться смысла никакого не было, я пыталась вначале. Все засиралось соседями в течение одного вечера. Мешая в кастрюльке десяток грустно плавающих пельмешек я понимала – в одном Анжела права. Мне нужна была работа.
Врачом я работать не могла – образование мне закончить не удалось. Меня охотно принимали медицинской сестрой, но во первых зарплата слезы, во вторых… Мне было больно на них смотреть, на этих людей в халатах. Я должна была быть одной из них. Это было моей мечтой детства. Я должна была спасать человеческие жизни, а не выдавать таблетки по расписанию и ставить уколы в задницу. Но я смогла бы это принять, если бы не деньги. Деньги, черт…
Последние полтора года я работала сиделкой у милой бабушки. Ее родные ценили меня, платили куда больше, чем в любой из больниц. Я могла откладывать почти всю зарплату, плюс проживание было на их территории. Но в сентябре Веры Ильиничны не стало, и последний месяц я только и делала, что просматривала различные объявления о работе. Мне нужна была работа именно с проживанием – еще месяц и я придушу Анжелу подушкой во сне.
– Санечка, – гнусно раздалось от двери. – Красавица. Пельмешками не угостишь?
Чуть покачиваясь на кухню вошел Антон – местный ловелас. Когда-то он точно был хорош собой, наверное поэтому считал, что до сих пор нравится женщинам. Но с тех им было выпито немало алкоголя, что и отложило своей отпечаток. Мне Антон проходу не давал. Тогда, месяц назад он зажал меня в углу на кухне, за то получил мощный удар коленом в промежность. Больше не лез, но по ночам на кухню я не ходила.
– Нет, – ответила я и вернулась в комнату со своими пельменями.
Ела и листала ленту объявлений. Все не то. Но выбора нет, скоро придется хвататься за любое мал мальски подходящее предложение. Мне нужны были деньги. Кажется, я всю жизнь прожила с этой мыслью – нужны деньги. С тоской подумала – может, стоило в проститутки податься? Давно бы все долги закрыла… Но пересилить себя я не могла. Пыталась работать в продажах – лишь в убыток. В офисах чахла. Мне на роду было написано стать врачом, помогать людям единственное, что мне давалось в полной мере. Поэтому…
– Живешь одна, – размышляла Анжела, у которой был ребёнок, подкинутый бабке, – обеспечивать никого не надо, а все тебе денег мало.
Выворачивать перед ней душу я не стала. Доела, убрала за собой. Умылась, отстояв небольшую очередь в ванной и легла спать. Проснулась я от звонка телефона, покосилась на кровать Анжелы – уже ушла. Сбросила с себя сон, ведь звонить мне могли только по поводу работы.
– Здравствуйте, – раздался в трубке деловитый женский голос. – Сандра?
– Сандра, – согласилась я.
– Меня зовут Дина Маратовна. Ваше резюме попало к нам от одного из агентств.
Радоваться было рано – звонили мне часто, но большая часть предложений никуда не годилась.
– Что вы можете мне предложить?
– Работа по уходу за больным человеком. Проживание и и питание включено. Оплата…
Через два часа я стояла перед их офисом. Двухэтажный особняк в исторической части города. Ни одной вывески, зато на охране не привычный уже пенсионер, а шкаф размером два на два.
– Сандра Вавилова, – представилась я.
Шкаф кивнул и указал мне на зону ожидания. Я села, закинув ногу на ногу и пытаясь придать позе расслабленность. За мной спустились минут через семь. Дина Маратовна была миниатюрной брюнеткой с точеными формами и в туфлях, которые стоили годовую мою годовую зарплату.
  
– Следуйте за мной.
Кабинет был изысканным, но так же как и сам офис ничего не говорил о том, чем в нем могли заниматься. Ни одной зацепки. Просто приятная глазу офисная роскошь.