Нагибатор на танке (СИ)
- Жанна... Твой выход... Аккуратно только... - шепотом приказал я.
- Постараюсь... - так же тихо ответила мне Рысева и уже громче, но не криком сказала в сторону новоприбывших - Остановитесь, пожалуйста!
Моментально оба бойца присели в положение «стрельба с колена» и направили винтовки в нашу сторону. Женщина с винтовкой чуть замешкалась, но винтовку таки вскинула. Правда из положения стоя.
- Я выхожу. Не стреляйте. - это снова Жанна.
- Выходи... - предложил ей дед посланный их обозом в разведку.
Жанна, неспеша раздвигая ветки кустов, вышла. Все новоприбывшие смотрели во все глаза и явно удивлялись, что вышла к ним женщина в танкистском комбинезоне. Такого они уж точно не ожидали.
- Я рядовой Рысева. Красная армия.
- Поди не одна? - спросил дед. Колоритный такой, кстати, с бородой...
- Не одна. За моей спиной наш командир и старшина. Они могут выйти к вам?
- Хм... Пусть выходят.
- Бойцы! - Жанна обратилась к парням с винтовками - Опустите оружие. Мы нападать не собираемся.
- А если собираетесь? - недоверчиво спросил один из них.
- Если бы собирались, то перебили бы вас из кустов. - это уже выходя из кустов четко и уверенно ответил я и тут же представился - Я майор Толстов. Танкист. За мной старшина Недуйветер. Там дальше - бойцы истребительного отряда «Чапай». Кто вы?
Старшина вышел вслед за мной. Вновь прибывшие переглянулись. Дед внимательно с прищуром оглядел каждого из нас троих. И было на что посмотреть: краском, хоть и в танковом комбинезоне, но чистенький и аккуратненький, рядовой Рысева - тоже чистенькая, аккуратненькая и даже почище и аккуратнее майора, а вот старшина неожиданно оборванный и грязный. Хотя, казалось, должно быть наоборот. Как ни крути, а зачуханный старшина это вроде и не старшина как бы.
Оружие мы на них не наводили и это было оценено. Женщина опустила ствол винтовки сразу, бойцы спешить не стали, но тоже. Кажется эти люди уже с кем-то сталкивались, т.е. опыт неприятных встреч у них имеется.
- Почему у старшины винтовка немецкая? И автоматы у вас странные... - громко спросил один из бойцов.
- Потому что у немцев других винтовок нет. Что отобрали, то и имеем. А автоматы наши. Новейшие ППС. Скоро ими всю Красную Армию перевооружат.
- А где Красная Армия сейчас? - спросила одна из женщин.
- Далеко. Ровно оставили... - ответил я припоминая историю вторжения гитлеровской Германии в СССР и танковое сражение Луцк - Дубно - Броды, которое уже практически заканчивалось..
- То есть мы не догоним?
- К сожалению не догоните. Даже мы не догоним.
- А вы это кто? - теперь спросил дед.
- Танковый диверсионный отряд "Чапай". Я его командир.
- Танковый понятно. А диферсонный - это как понимать?
- Как пластуны, только на танках. И говорю, чтобы вы не удивлялись и не пугались, что большая часть танков - немецкие. Наш - один.
- Это как так?
- Вас как звать, дедуля?
- Макар Васильевич я...
- Очень приятно! Но, Макар Васильевич, давайте с вопросами попозже, все увидите, все узнаете, что будет возможно, а пока надо ваших детишек накормить и обогреть. Поэтому, к вам командируется рядовой Рысева, она же и окажет всю помощь. Ну, и наш врач тоже. Прошу следовать за нами. Старшина, проводи.
Я не сомневался, что эти люди вреда нам не нанесут. Можно было бы сомневаться, если бы с ними не было детей, но они были и это служило четким знаком, что люди эти - свои. Поэтому, под одобрительный взгляд Жанны, мной и было отдано такое распоряжение. И она сразу пошла к женщинам и детям. А старшина подошел к деду, подал руку и представился. Тот ответил на рукопожатие и вместе они вернулись к телеге и взяв лошадь под узду повели ее к лагерю.
Я же поманил к себе бойцов...
- Погранцы оба?
- Пограничники, товарищ майор. - вполне себе подозрительно глядя на меня ответил тот у которого были сержантские лычки на гимнастерке. Второй был рядовым бойцом.
- А женщины и дети - комсоставские?
- Так точно!
- Ваши имена.
- Сержант Исаев Олег Данилович! Владимир-Волынский погранотряд.
- Боец Загребко Павел Степанович! Боец из отделения Олега... Виноват! Из отделения товарища сержанта!
- То, что вы друзья - это хорошо.
- Разрешите два вопроса, товарищ майор!
- Спрашивай сержант.
- Откуда вам известно, что Красная Армия сдала Ровно?
- Радио, сержант. В нашем танке имеется. И второй вопрос...
- Почему вы бойца Рысеву называете не красноармейцем и бойцом, как по Уставу, а рядовым.
- Потому что в нашей особой танковой части так принято. Но за замечание спасибо, учту.
- Особая часть?
- Это уже третий вопрос. Но я отвечу. Да, часть особая и потому - секретная. Тебе это понятие знакомо, сержант?
- Так точно!
- Вот и исходи из этого. И еще знай, что мы не из бывших, а плоть от плоти советские. Просто... Особые...
- Честно сказать, я так и подумал, товарищ майор, что бывшие вы
- Вот не надо так думать, сержант. Пошли уже в лагерь...
А мне стало ясно, кто в нашем отряде займет должность начальника Особого отдела...
------
[1] Радиооборудование советских танков обязательного приёмника на каждой машине не предусматривало. Связь между радийным танком командира и линейным танком подчинённого велась только визуальными средствами: «Делай, как я!», сигналы флажками (в основном), фарами и фонарями, дымами и сигнальными ракетами.
[2] Pz.II («двойки») были более «богато» радиофицированы, нежели средние Pz.III («тройки»), так как их взвод часто использовался в качестве разведывательного.
Глава 13. Диверсия
Когда я с бойцами-пограничниками вернулся в лагерь, то застал картину, наверное, абсолютно типичную для места и времени ее действия. Серега Безымянный стоял в объятьях двух прибывших молодых женщин и лицо его было каменным. Женщины плакали. Другие женщины тоже сдерживали слезы, а дети держались кучкой рядом с ними. Я понял в чем дело, да и нетрудно было догадаться и потому напрягать Серегу не стал. Однако, подозвал Жанну и Кухаренка.
- К детям особое внимание. Дмитрий Олегович, проверьте их состояние. Если что, то какие-то лекарства и медикаменты вам даст боец Рысева. Да вы и так это знаете!. - да, я принял во внимание вопрос сержанта и впредь решил не привлекать лишнего внимания называя ее «рядовой». В этом времени такое звание было еще не принято, а положено было называть рядовых словами «боец», либо «красноармеец» [1].
- Все сделаю, товарищ майор.
- Только очень прошу поласковее с детьми. Они просто маленькие.
- Я понимаю, Андрей Игоревич. Все будет хорошо.
- Жанна! Обеспечь!
- Есть обеспечить!
Наконец, Безымянный освободился от объятий женщин (если так уместно сказать в этой ситуации) и встретив мой взгляд понял, что нужно подойти. Подошел. Смурной донельзя. Такими люди бывают, когда теряют кого-то из близких, что на войне есть обычное дело.
- Ваську и Володьку убило.
- Военные?
- Да. Пограничники оба. В первый же день.
- Увы, но на этой войне потеряем мы еще много наших друзей и близких.
- Да, я все понимаю... Просто дружили мы. Их три семьи и я неженатый. Давно дружим, лет пять, наверное...
- Третья семья как?
- Вся погибла. Вместе с дочкой. Лида говорит, что под бомбу попали...
- Крепись, Серега! Отомстим!