Ревизор: возвращение в СССР 55

– Какие плюсы? – удивленно спросила Галия.
– А ты обратила внимание на слова полковника, что генерал с друзьями в понедельник приедет на винтовку эту смотреть? Для меня это дело хорошее. До этого у нас среди армейцев только Балдин был хорошим другом, но он же уже в возрасте, все же. В любой момент на пенсию могут отправить. А из-за этой сданной винтовки у нас теперь сильно отношения с армейскими генералами улучшатся. Могут новые хорошие друзья появиться, все же генералы прекрасно понимают, что кому попало Фидель Кастро снайперскую винтовку не подарит… Такие связи им тоже нужны. 
  
– Надо же! – сказала Галия. – Какой ты у меня молодец, все продумал!
***
Москва 
Вот уже наконец воскресенье, и мы едем в деревню. Повезло, что погода способствует: небольшой минус, выпавший вчера снег не растаял, гололедицы тоже не ожидается.
Естественно, что захотел очередную лекцию провести для своего небольшого кружка, так что и Марата с Аишей пригласили, и Диану с Фирдаусом. Фактически снова день рождения будем праздновать, только в усечённом составе и в сельской местности, а не в крутом московском ресторане.
Также назрел ещё один вопрос: надо как‑то и Диане, и жене рассказать про то, что мы в Италию поедем с Галией и детьми. Пусть и по отдельности, но всё же поедем.
Я, правда, ещё Галие не сказал и про то, что в Японию поеду. Мало ли – она захочет туда вместе со мной поехать. А мне это совсем ни к чему, учитывая, что комитетчики ко мне своего человека приставят. Галия-то у меня становится всё более наблюдательной. Глядишь, и догадается, что к чему. И дойдёт в том числе и до мысли, что мои отношения с КГБ чрезмерно глубокие.
Да и в целом, даже если я вдруг в комитете бы договорился, что меня вместе с Галией отпустят, заставив детей оставить в СССР, ничего хорошего бы с этого не вышло. Администраторы и артисты «Ромэна» однозначно поедут без своих супруг. А тут я весь такой выделюсь, жену с собой прихватив. Зависти будет у всей труппы полные штаны. Не надо мне как‑то, чтобы столько человек мне обзавидовалось. Мне, вполне может быть, ещё с этим театром очередную пьесу затевать.
Так что я придумал, как при помощи Дианы проблему решить, если Галия вдруг очень захочет в Японию вместе со мной поехать. 
Да и с Фирдаусом же мне тоже надо переговорить по поводу того, что я от Рауля Кастро узнал…
В общем, и день рождения как бы, и много дел тоже, которые обязательно надо выполнить за эту поездку в деревню.
Естественно, что мы с собой везли ещё и пару тазиков с салатами, и сырое мясо. Я с утра съездил на рынок, купил свежайшего мяса, идеально подходящего, чтоб шашлыки жарить. Но сюрпризом, конечно, наш приезд для бабушек не стал.
– Вот что‑то такого и ожидала, – сказала Никифоровна, выскочив из дома, едва мы въехали во двор. – Хорошо, что мы с Эльвирой подготовились. 
Тут и бабушка тоже из избы вышла. Обнялись с ней, поздравила она меня с днем рождения. Прошли в дом – и действительно подготовились: и стол уже накрыт скатертью, и тарелки с ложками на нем, и бокалы выставлены. Ждали и готовились.
Хорошо, что погода позволила приехать, а то неудобно было бы очень.
Вытащили наше съестное, тут же на стол накрыли, добавив то, что Эльвира и Никифоровна наготовили. Диана с Фирдаусом тоже что-то съестное из машины принесли.
Трофим и Егорыч, поздравив меня, немедленно мангал запалили, увидев, что мы мясо привезли. В общем, закрутилось всё и завертелось. 
Шашлык вышли готовить почти всем составом на улицу. Увидев, что Галия присела Фирдаусу на уши, я тут же Диану в сторону отозвал. 
– Так, сестричка, времени мало, слушай внимательно. Согласовал я с теми, с кем надо две поездки в Италию. Мою собственную – в марте, а сразу, как вернусь, Галия с детьми может отдельно поехать. Всем вместе, к сожалению, не вышло. Сама понимаешь, по каким причинам.
– Ой, Паша, здорово‑то как! – обрадовалась Диана и даже меня приобняла в чувствах. – Значит, нам нужно будет в марте и апреле с Фирдаусом обязательно в Италии быть. Сначала тебе там всё покажем, потом Галие.
– Хорошо бы, – улыбнулся я. – И такой ещё вопрос. Я в феврале поеду вместе с театром «Ромэн» в Японию. Там мою пьесу будут ставить, как ты слышала, на моем дне рождения Миронов об этом говорил. В общем, меня тоже пригласили. Я сначала думал отказаться, но всё же согласился.
– А, и это тоже… Ну ты молодец! – обрадовалась Диана снова. – Нам бы, конечно, подгадать бы так, чтобы мы с Фирдаусом в Японии тоже с тобой в одно время оказались. Погуляли бы там тоже. Но не получится, скорее всего. Нам с ним в Японию придётся гораздо раньше ехать. Просто не успели тебе ещё рассказать. Мы скоро уезжаем.
– А по какому поводу? – тут же спросил я.
– Да кубинцы позавчера связались с Фирдаусом прямо в Москве. Вчера у него и встреча была с их представителем. В общем, хотят, чтобы он через свою швейцарскую фирму помог им запустить какие‑то кондитерские заводы на Кубе, что Советский Союз будет строить. Платить будут свободно конвертируемой валютой. Так что ему теперь надо в Японию лететь, а я, естественно, с ним полечу. Тем более что Тарек вчера звонил: у него там очередные какие‑то предложения от одной из автомобильных японских компаний созрели. Хотят встречу провести по поводу дилерского соглашения. Так что и через кубинцев, и через японцев всё сошлось на этой очередной поездке в Японию. Но вряд ли она сильно затянется, так что в феврале нас, скорее всего, там уже не будет.
– Ну, в принципе, ничего страшного, – махнул я рукой. – У меня там в феврале планируется мощная культурная программа. Не факт бы, что я какое‑то время вообще нашёл, чтобы с вами там отжигать. А вот в Италии уже буду полностью свободен и в полном вашем распоряжении. Там уже как следует и погуляем по Европе.
– Здорово, да! – с энтузиазмом подтвердила сестра. 
– Да, еще один момент. Вот о чём я тебя хотел попросить. Я же не могу сказать Галие, с кем я согласовывал эту поездку. Давай ты скажешь, что хочешь нас в Италию пригласить? Или вообще, что Тарек Эль-Хажж решил нас пригласить в Италию, и скоро пришлёт приглашение. И просьба ещё: скажи Галие, что будет лучше, если будут отдельные приглашения, и мы отдельно в Италию поедем. Потому что вряд ли нас целой семьёй отпустят, и не стоит так рисковать, что просто вообще никого не выпустят.
– Ага, – сказала Диана. – Поняла. Сейчас так и сделаю.
– Лучше не сейчас, а где‑нибудь через часик. А то будет подозрительно выглядеть, что мы только что шушукались, а потом вдруг раз – и такие новости. Или вообще лучше после бани. Я рассчитываю, что Галия, когда про Италию услышит, не будет настаивать на том, чтобы в Японию со мной ехать. Вряд ли у меня получится это организовать…
Диана, после того как выразила все свои радостные эмоции по поводу того, что я, а потом Галия с детьми попадут всё же в Италию, как‑то странно посмотрела на меня, погрустнев. А потом сказала:
– Ладно, не хотела тебе раньше говорить, чтобы ты лишний раз не тревожился. Но раз такое дело, и ты скоро всё равно поедешь в Италию, то тебе это нужно знать.
– Да говори уже, что там такое случилось? – нахмурился я.
– На Альфредо недавно напали. Понадобились ему те телохранители, на которых ты так настаивал. Хорошая это была идея с твоей стороны. И да, не волнуйся ты так – всё с ним в порядке. Жив, здоров, вообще не пострадал. И телохранители его в порядке.
– И кто напал? – спросил я. – Неужто тот мафиозо, у которого завод отобрали?
– Да, по всем признакам – именно он, – согласно кивнула Диана. – Шестеро его людей, как дикие кабаны, ворвались в ресторан, где ужинал Альфредо со своими телохранителями… И трое телохранителей Альфредо всех их очень быстро и красиво положили, никого при этом не убив. 
  
– Но они же, наверное, вряд ли раскололись? – спросил я сестру.
– Так они же мафия, конечно, они не раскололись, – развела руками она. – Лежат в больничке полицейской, лечатся и молчат все как один. Главное, что это люди Косты, и в этом никаких сомнений абсолютно ни у кого не имеется.