Муж Святой Героини

Но хоть этот вопрос и интересный, меня на тот момент волновало другое – а именно: почему Святая, что собралась открыто вторгнуться в Империю и явно намеревалась в ближайшие дни атаковать город Graen Wilat – прибыла всего лишь с горсткой храмовников? Маги – это, конечно, хорошо, но с кучкой магов войну не ведут, нужна армия. Количества повстанцев в этом лагере будет недостаточно для атаки на Graen Wilat. Где остальные воины Святой? Нужно разузнать об этом у связного.
  
Святая, пройдя между нашими рядами, остановилась напротив троих лидеров повстанцев. Она стояла гордо, голову держала высоко. Три лидера поклонились ей – не подобострастно, а лишь достаточно, чтобы выразить уважение. Святая в ответ слегка кивнула, продолжая сохранять гордый и величественный вид.
– Рады приветствовать вас, Святая! – шагнув вперёд, бодро воскликнул один из лидеров, выглядевший как бравый вояка с лихо закрученными вверх усами. – Мы готовы идти за вами в бой! Мы счастливы, что вы почтили нас своим присутствием и возглавите нападение на Graen Wilat.
Святая кивнула. С момента появления здесь она ни разу не произнесла ни слова. И то же касалось её сопровождающих – вся группа храмовников молчала, пряча головы под капюшонами. Что за странная игра в таинственность? Они думают, что так выглядят внушительней?
– Я… – вдруг заговорила Святая, и по шеренгам повстанцев пронёсся вздох восхищения – никто не ожидал, что дева подаст голос. – Я тоже рада, что встретилась, наконец, с вами.
Она говорила спокойно и голоса не повышала, но этого и не требовалось – воцарилась мёртвая тишина, никто бы не посмел перебивать Святую. Голос её был совершенно обычный, в нём не было ничего особенного и чарующего.
Святая обратилась ко всем присутствующим:
– Я много слышала о вас, друзья, товарищи, братья. О вас, о самой крупной повстанческой ячейке на землях этой тёмной империи. Я рада встретиться с вами. Вы все – храбрецы и делаете полезное дело, самое важное дело в этом мире: боретесь с чёрной сущностью, с Эльсором Тёмным, отступником, предателем, злодеем, отравляющим этот мир и желающим видеть его в огне и руинах. Я мечтала о встрече с вами, и вот, наконец, мы встретились.
Друзья, пришла пора выйти из подполья! Вы долго боролись с империей зла исподтишка, прячась по лесам. Теперь мы положим этому конец! Мы открыто заявим о себе. Мы пойдём на Graen Wilat, захватим его, и оттуда двинемся дальше! Мы пройдём через всю Империю, очистим все области и города на своём пути, вторгнемся в Метрополию, ворвёмся в столицу, Yngemla El’sorah, и уничтожим зло, что обитает в пирамиде в центре города! Эльсор будет повержен, его тёмная империя будет уничтожена, четыре злобных старика – его прислужники-архимаги – будут убиты, и мир будет спасён, а все вы станете, наконец, свободны!
То, что начиналось как спокойная речь, под конец превратилось в жаркое воинственное выступление, а в финале Святая победно вскинула вверх кулак.
– Да-а-а!!! – взревела воодушевлённая толпа, и все тоже начали поднимать кулак в ответ. – Ура-а-а Святой! Ура-а-а!!!
После Святой с пропагандистскими речами выступили некоторые храмовники, а позже собрание закончилось и все разошлись. Святая с храмовниками скрылась в главном шатре лидеров лагеря.
Вечером, покончив со своими делами помощника повара, я подловил связного и расспросил его о том, почему Святая явилась с такой маленькой группой. Разведка докладывала нам, Четырём, что Храм выделил целую армию для вторжения в Империю.
– У Святой действительно есть большое войско, – мрачно подтвердил связной. – Но оно разделилось. Крупная его часть сейчас совершает атаки на другие крепости и города на границе – чтобы оттянуть на себя войска Империи и отвлечь от Graen Wilat, ослабить силы обороны в этом месте. Оставшаяся часть войска подтянется через пару дней, они идут следом за Святой.
Что ж, значит, нужно будет прождать ещё пару дней. Мне без разницы сколько ждать, днём больше, днём меньше – меня ничто не подгоняло.
Я не мог претворить свой план в жизнь прямо сейчас, в лагере повстанцев. Мне необходимо дождаться подходящего момента – а именно: сражения в Graen Wilat.
Отпустив связного, я в одиночестве присел на скамейку возле пустых больших котлов. Мир утопал во тьме сумерек, котлы походили на силуэты причудливых грузных существ, на небе загорались первые звёзды, и воздух становился холодней. Я задумался о Graen Wilat. Когда всё начнётся – мне придётся принести в жертву немало людей, огромное количество жителей города и солдат Империи.
Я не собирался приносить их в жертву буквально – как сделал это прежде в северных поселениях. Жертва богу магии больше не требуется – я выполнил свою часть уговора, и теперь дар бога принадлежал мне, ждал своего часа, когда я им воспользуюсь. Я имею в виду другое: огромное количество «наших» – имперцев в Graen Wilat – пострадают, пострадают из-за меня.
Потому что для претворения моего плана в жизнь мне понадобится устроить как можно больший хаос в городе. Массовые смерти, огромные разрушения, пожары, падающие дома, паника, бойня… – всё это безумие, ад на земле, мне понадобится для того, чтобы я смог сделать то, что задумал. Хаос – важнейшее условие для исполнения задумки. И, разумеется, во время хаоса погибнет огромное количество людей с обеих сторон – я подозреваю, что сам город Graen Wilat после этой бойни перестанет существовать.
Забавно, не правда ли – вторгшееся войско Святой не планирует разрушать город, и вряд ли сильно ему навредит, не планирует убивать мирных жителей. А вот я, имперец, имперский Архимаг – собираюсь разрушить его до основания и убить как можно больше народу.
Это вынужденная жертва – ведь, напомню, Святая является приоритетной целью. Разобраться с Пророчеством – важнейшая задача, и для меня, и для всей Империи. Всё второстепенно по сравнению с этим.
Я имел право легко относиться к жизни лояльных имперских граждан и солдат в Graen Wilat, потому что и сам лично собирался присутствовать на поле боя, и моя жизнь так же будет подвержена опасности – я могу быть убит храмовниками-магами или самой Святой. Меня тоже ждёт сражение, я ставлю и свою жизнь на карту – поэтому у меня есть право разбрасываться жизнями других.
Впрочем, это пустые рассуждения. Ведь, в конце концов, этическое право меня никогда не волновало. Я просто делаю что хочу и что считаю нужным. Нужным для меня.
Разве не так устроен мир?
Нет никакой Империи как таковой. Есть Эльсор, и есть Четверо, и есть Договор, заключённый между нами. Всё остальное – можно сказать, «надстройка». Империя – лишь фикция и инструмент. Инструмент, используя который, Четверо могут выполнить свою часть Договора.
Нынешняя Империя – попытка возродить и реконструировать прежнюю, которая существовала, когда Эльсор присутствовал в мире во плоти, свободный, ещё никем не побеждённый и не заточённый, властвующий на своих землях полубог-император.
…Итак, Graen Wilat. Через пару дней войско Святой прибудет в этот лагерь, и начнётся марш на город. Я мысленно предвкушал момент, когда воспользуюсь даром Tolgan Draiokh. Интересно, как он проявит себя? Каков будет эффект? Что станет со Святой после того, как я применю на ней дар бога Повелителя Магии?
 
Глава 5. Атака на Graen Wilat
 
Как и предполагалось, действительно пришлось прождать пару дней. За это время я несколько раз видел Святую с довольно близкого расстояния – шагах в десяти. Однажды вечером, когда я чистил котлы, я увидел, как девушка покинула главный шатёр, присела на подвернувшийся пенёк и принялась за ужин. В одной руке у неё была тарелка, в другой ложка. Вид у Святой был довольно одинокий. Сложно было сказать, о чём она думает и что чувствует.
  
Осознавала ли она своё положение игрушки, с которой игрались «светлые» боги, жертвенного животного, которое используют в ритуале? Имя которому Пророчество. Святая действительно неуязвима, её невозможно убить – но лишь до момента, когда исполнится Пророчество. Если Эльсор погибнет – Пророчество перестанет защищать Святую, девушка потеряет свой статус… и кто знает, что станет с ней после этого?!