Античный чароплет. Том 2 (СИ)

— Если ты надеешься уйти через подземные течения, то это не имеет смысла! — крикнул он с берега. — Мы закроем эти проходы, стоит тебе только нырнуть. Верни, что украл, и убирайся из наших владений! Тебя не тронут! — идиот. Течения? Делать мне нечего, как протискиваться через подземные щели, которые непонятно где и непонятно какой ширины. Ага, нашли идиота… Тихий шепот и доля концентрации. А в следующий миг я просто шагнул прямо в воду, пропустив над головой огромный камень.
  
Здесь, в этом месте, обратная озеру поверхность представляла из себя луг серебристой травы. Впрочем, стоило мне слегка обернуться, как я увидел самую обычную, зелёную траву. Свод над головой сменил свой цвет, да и вообще — сильно приблизился. Развернувшись обратно, я мог заметить, что стою уже на выходе из пещеры, а не внутри какого-то подземного пузыря с деревьями и травой. Шаг, ещё шаг… Давно забытое ощущение непостоянности обрушилось на меня с головой. Стоило мне посмотреть под ноги и поднять взгляд, как я был в ином месте, в другом состоянии и окружении. Зеркаль, первый уровень. Осталось найти выход отсюда где-нибудь на поверхности. По ту сторону гор. Для меня, пожалуй, дело техники.
Перед глазами, стоило обернуться, предстала странная река. Её воды, словно жидкое зеркало, текли неспешно и тяжело. Об этом явлении мне рассказывал Эскетинг, но вижу впервые. Чистая зеркальная мана, которая стала по тем или иным причинам более реальной, сливается в такие потоки, которые могут возникнуть и исчезнуть в любом месте. И попадать в них ни в коем случае нельзя: они столь тяжелы и мощны, что с лёгкостью унесут в вечно изменчивый мир отражений любого, даже местного обитателя. Выбраться крайне сложно, а пока будешь плыть, окажешься на другом краю света. Или под его краем. Ага, где-нибудь на глубине под пару километров в воде, к примеру. Тафипа несёт в себе отражение всего, что есть в реальном мире. В том числе и океана.
Так о чём я? Ах да. Зеркальная река. Ничего опасного, да и ширина незначительная: всего метра три. Но это было как раз плохо, потому что на другой её стороне стояла та, с кем я уже успел распрощаться. Красная Королева. Кажется, у меня форс-мажор. Как там говорил Абтармахан? Имей основной план. А ещё — имей запасной. Основной не сработает. Так вот, что делать, когда основной уже не сработал, а запасного именно на этот случай у меня нет?
— Здравствуй, Тиглат, — её шаль слегка качнулась.
— Приветствую тебя, Красноглазая, — аккуратно заметил я. — Чем обязан встрече?
— Ха… Ха-ха… — я её чем-то явно развеселил. — Ты стал немного больше похож на Абтармахана. В своё время у нас с ним была похожая ситуация. Но ты и сам знаешь, зачем я здесь. Ты кое-что украл у меня. И лучше бы тебе это что-то вернуть.
— Ты плохо охраняла свои сокровища, — я подошёл ближе к берегу реки. Убегать? Сомневаюсь, что у меня получится.
— О да. Я тебя недооценила. Знаешь, если ты прямо сейчас согласишься стать моим подданным, я могла бы дать тебе не сапфир, а шпинель.
— Не люблю розовый, — фыркаю.
— Тогда, может, сердолик? — с интересом спросила она.
— Случайно не с медовым оттенком? — заинтересовался я.
— Да, именно такой оттенок имеют все драгоглазые с этим камнем. И он тоже принадлежит к камням знати. Но вижу, тебе он неинтересен. Неужто мне придётся предложить тебе рубин или гранат, чтобы ты согласился? И кстати, я польщена, что ты столько знаешь о драгоценностях.
— Спасибо. Всегда приятно удивить такую красавицу.
— Моё сердце принадлежит отнюдь не тебе, даже не пытайся, — она сняла шаль, открывая потустороннее лицо. — Но сначала дело. Верни жемчужины, Тиглат! Обе.
— Ты знаешь о свойствах места, где они хранятся? — с интересом уточню.
— О том, что без твоей воли я их не смогу достать? Мне это ведомо.
— Я польщён, — нервно улыбаюсь.
— Спасибо. Значит, по-хорошему не получится? — вздохнула она. Её рубиновые глаза практически насильно взглянули в мои. Я пытался зажмуриться в последний момент, когда предугадал её движение, но это не помогло. Сквозь воздух или сквозь веки — я всё равно видел рубины.
Медленно и невероятно легко рубиновые омуты стали затягивать меня. Я сопротивлялся. О, как я боролся! Моё сознание буквально расплывалось по тысячам красных граней, а центр с тёмными прожилками тянул в себя любую мысль. Я падал, держась с края своего разума из последних сил. Казалось, глаза Королевы пытаются забрать саму душу. Она была великаном, а я — муравьём. Едва ли мне было под силу удержать самого себя. Это был поединок без шанса на победу. Внезапно всё закончилось.
Я стоял на коленях, упёршись руками в странную блестящую грязь, сочившуюся сквозь пальцы. Нестабильная штука: сразу же превратится во что-нибудь другое, стоит мне только лишь отвернуться. Колени дрожали, а мысли двигались с трудом, приходя в норму.
— Ещё раз? — мило улыбнулась она, окрасив ярким светом красных глаз всё лицо в алый цвет. — Абтармахан действительно повлиял на тебя. Я впечатлена. Пусть у меня и не было желания забирать твою суть, но даже так далеко не каждый смог бы сопротивляться. Ты определённо рубин… Будешь.
Приподнявшись, я бросил в неё огненное копьё. Королева даже бровью не повела: пламя бессильно обтекло её, разбившись на безобидные огоньки.
— Это бесполезно, Тиглат. Едва ли ты мне что-то сможешь сделать здесь, в этом месте. Я уже сорок лет частенько гуляю по нему. И я явно опытнее тебя, ведь, когда я только первый раз ступила за зеркало, тебя ещё и на свете не было?.. Отдай мне обе жемчужины и прими мой дар. Вернись со мной в Ракануджар и узри мир таким, каким его видим мы.
— Сражаться с тобой бесполезно, да? — спокойно сказал я. Её явно не обмануло моё спокойствие. Внутри же у меня бушевала буря. Всё моё внутреннее «Я» склонялось к тому, чтобы согласиться. Я слишком много маны потратил, слишком ослаб. А её глаза… Она за полминуты максимум меня сломит. И тогда всё. Конец. Они и вправду вытягивают душу. Она настоящий монстр как противник. Особенно в этом месте. — Если убьёшь меня, жемчужин не получишь, — всё же попытался найти какой-то выход я.
— Мои глаза заберут твою волю. Затем я заберу жемчужины. А потом и твою душу, — её нежная улыбка совершенно не соответствовала вещам, о которых шла речь. Пазузу! Мне просто не оставили никакого выбора! Что я тут могу сделать! Сдохнуть и лишиться воли и души⁈ Нужно соглашаться. Жизнь придворного в могучем Царстве, увеличение магических сил… не так уж и плохо, как и долголетие.
В моих руках появилась жемчужина гор. Она же наиболее важная? Леса — так, дополнение. Для драгоглазых важнее всего именно горы. Они же живут в горах и под горами! Значит…
Пальцы разжались. Жемчужина упала куда-то в зеркальную гладь.
— Попробуешь забрать разум или убить — потеряешь время, — спокойно сказал я, готовясь, вообще говоря, к смерти. Если она сейчас неправильно просчитает ситуацию и придёт в ярость, то мне конец. Мгновенный. Я продержусь десяток секунд. Не больше. Но и сила, названная именем Шивы, уплывёт в бесконечность отражений. Столь реальный предмет скоро выпадет из Тафипы. Где-нибудь. В ближайшие лет пятьдесят-сто.
  
Лицо королевы исказилось яростью. Она явно желала меня уничтожить прямо на месте. Но ещё она понимала, что время утекает. Трава под её ногами зашевелилась и, слившись в волну, понесла Королеву вдоль бурного потока тяжёлого жидкого зеркала. Моргнув, я уже увидел туман, куда втекала река. Боги…
Сесть прямо там же, на берегу, мне не давал только адреналин, плескавшийся в крови. Сложившись в знак «быстро», я одним громадным прыжком перепрыгнул реку и понёсся огромными скачками прочь от места злополучной встречи. Зеркаль вокруг смазалась, получив огромный простор для изменений. Делая новый шаг, я оказывался совсем в другом месте. С горем пополам лишь часов через десять мне удалось добраться до точки, которую я мог бы идентифицировать как выход с нужной мне стороны гор. Примерно даже в нужном месте, с разбросом в полсотни километров.