Античный чароплет. Том 2 (СИ)

На третий день, когда я смог перенастроить Шивкамути на себя и зачерпнуть из неё ману жизни, стало сильно легче. Я вообще заметил, что во время сна при недостатке праны начинает теряться мана. Видимо, организм её каким-то образом перерабатывал. Как — не знаю. И теперь, имея доступ к огромной мощности источнику маны, тем более — маны жизни, я мог относительно быстро восстанавливаться. Особенно — во сне. Но Абтармахан быстро обломал всю малину, заставив тренироваться больше, а заодно и сказал подпитывать Шак’чи напрямую от Жемчужины.
  
Такое издевательство не могло пройти бесследно. Всего за четыре дня я набрал новый уровень. А перед самой поездкой брахман довёл меня до натурального истощения, кажется, превысив лимит праны, которую можно тратить. Смысл тренировки был в ускорении движения праны и умении её контролировать. Кратковременно я научился ускорять ток праны, но всего на пару секунд и совсем немножко. Это мне особо ничего не давало. Максимум — на небольшой промежуток времени (секунда-две) обрести чуть большие возможности и силы. Оттолкнуться сильнее, чтобы дальше прыгнуть или ударить посильнее учебным посохом второго «учителя». Не более того. Но брахман довёл меня до такого состояния, что судороги стали сводить всё тело. Адски болели сердце, печень и глаза. И мне пришлось ускорить ток праны, чтобы облегчить своё состояние. Как уже говорилось, основной важнейший показатель — это «давление» праны. Оно зависит от количества жизненной энергии и скорости её тока. То есть, даже если потратить много праны, но сильно ускорить ток, можно сохранить нормальное состояние. И этот самый лимит доступной для траты праны как раз и зависит от критического уровня «давления», который понижать никак нельзя. Вот поэтому, зайдя за «предел», я вынужден был ускорить ток праны, чтобы привести себя в хоть какой-то порядок.
Проблема в том, что ускорять ток праны я умел плохо и ненадолго. Больше семи часов я просто лежал на траве, скрючившись в позе эмбриона. Единственное, что я делал, так это ускорял ток праны, потом терял концентрацию и контроль и скрежетал зубами от боли и слабости. А потом снова ускорял поток. Ужасная ночь, которую я вряд ли когда-нибудь забуду. Так плохо мне не было давно. Когда уровень доступной жизненной силы слегка возрос, я смог забрать из Шивкамути магической силы столько, сколько смог, превысив свой резерв и достигнув магического опьянения. Впрочем, в этом состоянии это было даже хорошо. После я просто отключился.
Вряд ли солнечные лучи смогли бы меня тогда разбудить, но вот пинки Абтармахана — очень даже. Он пинал очень больно и очень обидно. А ещё я знал, что он может начать горящими пальцами оставлять ожоги, чтобы заставить меня встать. Неприятным открытием стало то, что при сниженном «давлении» праны регенерация была откровенно плохой. Ещё — у меня чесалось горло. Это было настолько неожиданным ощущением, что я даже сначала не поверил. Как так? Мой закалённый организм умудрился заболеть от одной не особо и холодной ночи на траве? Но да. Так оно и было.
— Ты выглядишь хуже, чем мертвые слуги эмушитских проклятых кудесников, — буркнул ка-Джаду.
— Иди в пасть к Эмуше, — прохрипел я, снова сбившись. Это была уже вторая попытка начитать шепотом очищение Инанны. Использовать следовало сначала его. Да и исцеления малого у меня заготовлено не было: только среднее. Придётся начитывать всё. А губы слушаются отвратительно. Да и накатывающая слабость не особо помогает. А ещё из носа течёт кровь. И, кстати, судя по разводам на одежде и груди — не первый раз за ночь. Тело покрыто липкой ледяной испариной и всего колотит. Ко всему прочему — в глазах перманентно темнеет. Сосредоточившись, ускоряю ток праны и таки дочитываю Очищение. «Давление» вернулось в норму. Оставалось совершить второй подвиг — начитать малое исцеление. Благо, если зачерпнуть силу из Шивкамути, которую принёс Абтармахан (не оставлять же одно из величайших сокровищ всего полуострова валяться рядом с бессознательным мной), то становится слегка легче. Наконец, малое исцеление тоже было начитанно.
— Обязательно пойду. У нас тут как раз с его правнуками война намечается, — усмехнулся он. — Тебе уже собрали лошадь. И заводную тоже. И сумки с припасами. Отправишься в сопровождении пары птичек Храма. Через них с тобой будут связываться.
— В жёны тебе Пазузу, Абтармахан… Куда я в таком состоянии отправлюсь?.. — внезапный порыв рвоты скрутил меня так резко, что я даже оправиться не успел. Благо, брахман смог отскочить от потока блевотины.
— Так вот, почему мало кто любит брать учеников?.. — весело хохотнул ка-Джаду, огладив бороду.
— Сволочь, — пробормотал я в перерыве между плевками остатков желчи. В руках смог материализовать воду, которой прополоскал рот, затем напился. Смог даже умыться.
— Не без этого. Но порталами пользоваться я тебе всё ещё запрещаю. Теперь уже как твой учитель. А потому ты отправляешься через два часа. Телепортироваться можешь только в крайних случаях. Постарайся обойтись без этого. Два часа тебе, чтобы привести себя в порядок. Тут недалеко ручей. Сам знаешь, где именно. Иди и помойся. Сменная одежда, помню, у тебя есть. Советую постоянно ускорять поток праны. Рано или поздно организм восполнит её количество. До этого же времени будешь себя получше чувствовать. И да. В пути не забывай про тренировки. Без фанатизма: не доводи себя до усталости, но ускорять поток не переставай. И можешь передавать нашему другу чуть больше жизненных сил, — он покосился на отвратительно весело перестукивающую хвостом и посохом обезьяну.
Да чтоб тебя, грёбаный бхопаларец! Как ты вообще можешь быть настолько сволочью⁈ У меня даже нет сил злиться или лишний раз сказать что-либо… Чёрт, да у меня шестьдесят два свободных очка! Я мог бы просто вбросить всё в прану и избежать этих жутких тренировок! В конце-то концов! Одно очко — эти либо пятнадцать единиц маны, либо пять — праны. У меня жизненная энергия сейчас застыла на семиста девяноста. То есть после использования всех свободных очков выйдет ровно тысяча сто! Судя по моим прикидкам, это уже уровень праны сатьяна. При этом, далеко не начинающего! И на кой я прохожу весь этот ад, которому нет ни конца ни края⁈ Но… Что-то грызёт на грани сознания. Конечно, можно уехать выполнять это грёбаное задание Раджи… Или просто по мере тенировок вкладывать постепенно очки, чтобы изобразить быстрый рост, но… Чёрт!
— Эй, Абтармахан.
— Да?..
— Предположим, — я с кряхтением сел, почувствовав прилив слабости, — у меня есть способ быстро и безболезненно увеличить количество своей праны. И именно им объясняется мой нынешний аномально большой объём…
— Насколько серьёзно увеличить? — впился в меня взглядом брахман. — И что за способ?
— Сказать не могу… И никто кроме меня им всё равно не воспользуется. Насколько… Чуть меньше чем в полтора раза. Скорее — примерно на треть… Около четырёх девятых того, что я имею сейчас.
— Вот оно как, — брахман задумался. — И что же? Не будет никаких последствий?
— Никаких отрицательных. Вообще, — с готовностью закивал я.
— И ты решил поинтересоваться моим мнением, а не сделать это во время своего путешествия? — с интересом приподнял он бровь. Я настороженно кивнул головой. Он всё же мой нынешний наставник. Да и… Грызёт меня какой-то червячок сомнения… — Это можно сделать, — он серьёзно⁈ — Но сначала ты должен увеличить объём жизненной силы традиционными методами. Где-то на четверть или треть от твоего нынешнего резерва. Тогда можешь использовать этот свой… способ.
  
— Эм… — новая волна усталости дополнила отвратительное настроение и разочарование, когда система решила подсластить пилюлю:
Задание «Тайна превосходства» дополнено.
Дополнение.