Античный чароплет. Том 2 (СИ)
Анируддха не стал ждать более явного приглашения и быстро скользнул вперёд. Его товарищ двигался немного медленнее, но тоже явно спешил. Вдвоём они начали кромсать тварь. Командир отряда буквально вырывал своим мечом из тела змея куски, а вот Рапжахура только колол и резал кинжалом, стараясь расширить ту обожжённую брешь, которую я пробил молниями. Мне ничего не оставалось, как медитировать. Облачная мана с неохотой потекла по духовным линиям: концентрация была явно слабовата, ведь я оставался настороже, будучи готовым к тому, что змей снова нападёт.
Не напал. Анируддха чудовищным ударом сумел перебить твари позвоночник у основания головы. Я теперь явственно понимал: его невероятные физические возможности получены за счёт «сжигания» праны. И уставал он весьма быстро. Всего каких-то минут пять, как он вновь стал обычным человеком. Обычным человеком, ноги и руки которого теперь были ватными. Впрочем, это было не особо критично. Остальные подоспевшие воины помогли добить тварь, которая лишь слегка подёргивалась, не более. Впрочем, несмотря на омерзение и несколько случаев выблёвывания не только завтраков, но даже и желчи, люди не успокоились, пока не отрезали существу голову. Когда восстановил немного маны, то помог с этим: лезвия ветра кромсали хрящи и плоть довольно неохотно. Но кромсали. Внутри чудовищного тела были сплавлены, кстати, не только люди: крысы, другие грызуны, птицы. Вороны, в основном. Насекомые попадались часто. В отличие от плоти человека, всяких мелких существ змей не успел «переварить» и слить в единую массу. Он вообще явно вылез и слепил себе тело «на скорую руку», наверняка желая добавить к имеющемуся дополнительный «строительный материал».
— Думаю, дождь тут уже не потребуется, — наклоняю голову набок.
— Да, — глухо отозвался Анируддха. Он был уставший и вымотанный. А ещё — хмурый. Под глазами залегли глубокие тени: следы не только тяжёлого боя, но и эмоциональных переживаний, которые принесло это место. — Нельзя уезжать. Нужно проводить этих несчастных на тот свет, — вздохнул он.
— Как ты себе это представляешь?.. — я скептически оглядел слегка трансформированные, сплавившиеся изуродованные тела, ставшие вместилищем для мерзкого духа. Вряд ли удастся хотя бы отдельные головы в целости и сохранности отыскать, не то что разделить их.
— Можно сжечь, — через секунду ответил он. — Пошлём гонца в Бхопалар. Сами организуем всё. За три дня управимся. А может — быстрее. Если всё это просто сгниёт, то может случиться что угодно.
— Я справлюсь до вечера, — вздыхаю. — Просто не мешайте мне.
Отойдя подальше от смердящей кучи мертвечины, которая и раньше свежестью не блистала, а сейчас и вовсе разлагалась под жарким солнцем и остатков силы духа куда быстрее, чем должна была, я сел медитировать. Для огня предпочтительнее мана, вытянутая из костра. Или из раскалённого металла, хотя бы. Но змей огромен. Едва ли я справлюсь в один заход. Скорее всего — в два. Или даже три. Поэтому можно позволить себе поглощать ту же ману жизни или облачную. Люблю облачную.
Спустя минут сорок с моих рук срывался гудящий вибрирующий плотный поток пламени. Он буквально прожигал мёртвую гнилую плоть, поверхность которой уже облюбовали тысячи насекомых. Чтобы испепелить мертвечину, требуется серьёзное усилие. Это не опалить или поджарить. Но я справлялся. Медленно и неспешно, делая один шаг за другим, мои ноги наступали на пепел. А вот со лба градом катил пот. Впрочем, потело всё тело.
Аквакинез — очень приятная штука. Особенно если умеешь совершать с его помощью тонкие манипуляции. Вытянуть пот с кожи и из одежды? Никаких проблем! Сухой, я вновь сел медитировать, сумев «пройти» всего лишь чуть больше половины длины змея. Ещё через час мы, убедившись, что огонь не пошёл по сухой траве дальше, чем было необходимо, отправились… Нет. Не к Радже. Сначала — мародерствовать. Ввиду произошедшего, Анирудха приказал держаться вместе. Но теперь тело змея испепелено, поэтому можно и покопаться в домах, чьи владельцы ныне мертвы. Конечно, оттуда всё ценное вынесли и до нас, но всё же?.. А кроме того следовало проверить деревеньку на предмет других… сюрпризов.
— Хорошо, что эта тварь не успела уползти, — приговаривал воин. — Они живут на болотах, затаскивают в трясину и убивают всех, кто пройдёт мимо. Правда, обычно такие куда меньше: всего два человеческих роста в длину. И это уже выдающийся размер для них.
— И их убивают на болотах⁈ — удивился я. Даже если такое существо будет маленьким, то всё равно — справиться с ним в родной среде обитания… Непросто. Я сильный боевик. К тому же — совершенно случайно с уклоном в молнию. Вода, к примеру, мне бы вряд ли помогла.
— Нет. Им нужны люди. Если не забредают долго, то трупные змеи лезут к нам сами. Вот тут-то их и ловят, — ухмыльнулся Аниррудха. — Я одного такого убил четыре года назад. Ну, помог убить… И не совсем такого, — вынужден был признать он, когда вспомнил размеры змея.
* * *Абтармахан был сильно недоволен решением Раджи принять на службу непонятного чародея. Да, его магия впечатляла. От купцов Абтармахан слышал про невероятные чудеса, которые творят волшебники из далёких земель, но и сами купцы в основном доносили слухи, а не собственные наблюдения. Слухи же, как известно, могут преувеличивать и извращать. Не так уж и много было волшебников… Да хотя бы в том же Шумере! И тем более немного их встречалось купцам. Куда меньшее число демонстрировало свою магию. И уж совсем ничтожная часть этой магии была таковой, которая обычно не входила в список тех умений и сил, которые обретал тот или иной мудрец, — забавно, что даже и мальчишек, едва-едва ставших аколитами так называли, — после заключения союза с тем или иным духом/божеством.
Тиглат демонстрировал невероятные познания и силы в одном. Фантастические, можно сказать. Призвать дождь… Сам Абтармахан, брахман, заключивший давний союз с могучей огненной коброй, не смог бы такого. Зато так мог гуру Итрадрахму, прошлый Настоятель Храма. Да, многим помнился этот могучий старик, занявший своё место ещё лет двести назад, а покинувший — и трёх десятков годов минуть не успело. Жизненная сила бежала, казалось, по жилам великого мудреца вместо крови. Его верные стражи, Баадал и Шикшан, повелители облаков и хозяева гроз. Есть старое, столетнее уже предание о большой засухе. Вот Итрадрахму и отправил своих духов в небеса. Он отправился на запад и пригнал оттуда настоящий грозовой фронт, пронеся бушующий небесный шторм прямо над землями царства, заставив жадные тучи буквально иссушиться, выжав из них всю влагу.
Этому великому гуру Тиглат был не чета. И пусть его: Абтармахан не слишком злился бы, если пришлый волшебник только призывал дожди. Но он спокойно сражался с ним, с самим Адаалат-ка-Джаду (Придворный волшебник) на дуэли! Да, не победил… Но ведь и Абтармахан не победил! Они заключили ничью! А ведь Абтармахан является брахманом минимум вдвое, а то и больше раз старше пришельца. Правда, бой — не единственное, чему мужчина посвящал свою жизнь, но всё равно, разносторонность и излишняя лёгкость применения чар раздражала Адаалат-ка-Джаду.
На миг замерев, немолодой брахман погрузился в воспоминания двухнедельной давности, когда Тиглат ненадолго вернулся в Бхопалар из своей поездки по южным и западным землям, где проводил ритуалы плодородия и звал дождь.
— Впечатляет, юноша, — спокойно сказал Абтармахан, когда Тиглат прервался.
Пришлый чародей действительно показывал нечто невероятное. От реки, выйдя из берегов, к нему текла вода. Множество толстых жгутов так и плясали вокруг волшебника. Из них то и дело срывались длинные продолговатые гудящие сгустки. Жидкость в них словно бы становилась твёрдой и острой, несмотря на то, что не застывала. Тиглат не танцевал, нет. Он двигался резко и рвано. То один жгут, то другой мог расплющиться в тонкую плёнку, защищая кудесника с того или иного направления. Впрочем, Абтармахан не назвал бы эту защиту надёжной. Его удар такая плёнка не остановила бы. Это так — баловство от дыхания мелких огненных духов. Не более того. И тем не менее…