Античный чароплет. Том 2 (СИ)

— Дальновидно, хотя нам оружие и чары нагов у эмушитов выйдут боком, — брахман хотел сплюнуть, но не нашёл куда. Не на стол же? И не на дорогие ковры?..
— Верно. Но кроме того он набирает себе множество учеников и наложниц.
— Множество — это сколько? — нахмурился Адаалат-ка-Джаду.
— Множество — это по одному из каждого клана. Насколько я знаю, сейчас у него уже больше трёх десятков.
  
— Как он их учить всех собрался? — поперхнулся я. У меня есть небольшой опыт учительства… И бытия директором школы волшебства, кстати, тоже. Готовили, правда, скорее солдат и офицеров, умеющих применять небольшой набор заклинаний, но даже так это было невероятно сложно. В Шумере так вообще больше двух, максимум — трёх учеников считается перебором. Даже одного выучить и не угробить очень непросто, а уж десяток… На такое даже Халай Джи Беш не решился бы! А тут целых тридцать! И это не конец, судя по всему.
— Не знаю, — пожал плечами Верховный, который вообще не проявлял никаких властных замашек. Словно старые собутыльники собрались, а не главный чародей неслабого царства и не менее значимые персоны. Гм… Тут только я и Абхилаша не могут похвастать высоким статусом. Абтармахан — придворный чародей. Учитель Учителей, как я слышал, пользуется большим авторитетом в Храме, входит в Совет Колоннады, является брахманом, то есть местным эквивалентом мастера-магистра. Верховный — он и есть Верховный. Фактически — глава магов Похалая. А мы двое… Ну, я, вообще говоря, тоже не последний человек в Бхопаларе, был далеко не последним человеком в Трое, шумерский мастер… Ладно, забудем. Что-то не туда мои мысли пошли. — Вероятно, он будет пользоваться помощью других шаманов своего клана. Но главное не это.
— Храм решил, что Ссаршейс должен умереть ещё по одной причине, — заговорил Учитель Учителей. — Только после просьбы Королевы Верховный начал искать новую информацию по нагам. И нашёл кое-что, что заставило Совет Колоннады так же возжелать его головы.
— Что случилось? — напрягся Абтармахан. Гм… А ведь он, как придворный чародей, наверняка впутан в большую политику по уши. Вон как заинтересовался. И правда, что такого мог натворить глава анклава наг, отделённых от Бхополара горным хребтом и парой государств, чтобы Храм возжелал его головы?
— Среди учеников, которых набрал Ссаршейс, есть эмушиты.
— Что⁈ — брахман аж вскочил со своего места. Да и не только он. То, что мы только что узнали… Наги считаются искусными воинами, шаманами, целителями и предсказателями. Ещё они прекрасные заклинатели. Насколько я знаю, их искусство заклинать не знает себе равных. Наг может заклясть всё, что угодно: человека, камень, животное, волну, дерево… Наделить подобием разума всё, что его не имеет, или заменить этим самым подобием всё, что его имеет, заставить повиноваться своей воле. К счастью, это тяжёлая ветвь магии, которую наги хранят в секрете и которой владеют немногие из них. Не каждый наг — маг. И не каждый из наг-магов — заклинатель. Но вот если они собрались учить эмушитов… Ладно, пусть заклинать чёрные потомки Эмуши и не научатся, но сам по себе факт, что представитель одного не самого дружелюбного к людям вида взял в ученики этих самых людей, означает как минимум начало крепкого союза. Эмушиты регулярно устраивают набеги, поклоняются злым духам и демонам, проводят ужасающие ритуалы. Раз в энное количество лет собираются ордой и идут с войной на соседей. Теперь они объединятся с нагами. Плохо дело.
— Помимо прочего, — Абтармахан сел и успокоился, — Храм приказал использовать все доступные нам средства. Главное — сделать всё быстро и тихо. Ссаршейс должен умереть как можно скорее. И никто не должен узнать о том, кто его убил. Догадываться — без проблем. Знать наверняка — нет. Твои спутники, судя по всему, достаточно надёжны. Кроме них с вами пойдут два сатьяна, и Тирамонт, — Верховный вежливо кивнул бывшему наставнику. — И ещё кое-что. Не так давно я принимал у себя одного гостя. Он очень издалека. Очень. И он оставил мне кое-что, что я вам дам, — с этими словами он вытащил небольшой сундучок. Поставил на стол, открыл его. Внутри на подушечке из ткани с вышитыми на ней волшебными узорами покоилось кольцо. Массивное такое, чёрное. Почти антрацитово-чёрное, если не считать мельчайшую вязь рун и узоров, кроваво-красным цветом разбавляющих непроглядную мглу кольца.
— Я не чувствую от этого предмета большой силы, — осторожно заметил Абтармахан.
— И не должен, — кивнул Верховный. — Сила не в нём самом, а в том, с кем это кольцо связано.
— И с кем же? — с интересом спросил брахман.
— С плотским духом. Злым. Очень злым. Но это не важно. Кольцо — это договор. По нему этот дух обязан являться на зов владельца следующие два года, если его будут звать не чаще чем раз в двенадцать дней.
— Интересная вещица. И как, могуч ли призванный?
— О да, — довольно кивнул Верховный. — Выглядит несколько странно, похож на смесок козла и человека, только ростом вдвое выше нормального человека… Красные глаза и костяные лезвия на руках. Но не это главное: он очень быстр и крепок. Мой глаз не мог увидеть его перемещения, а убить его… Честно говоря, я не знаю, как. Все повреждения, которые я наносил этому существу, заживали необычайно быстро. Это если не считать того, что многие раны он и вовсе не получал: мне иногда казалось, что это существо неуязвимо.
— Ты сражался с ним в полную силу? — с интересом спросил Абтармахан.
— Нет, но даже если бы и был бой в полную силу, я не уверен в своей победе, — спокойно произнёс Верховный.
— Не опасно ли пользоваться таким подарком?
— Нет, я проверил его… Своими методами. Контракт прочен, дух не может вырваться или не выполнить приказ.
— Смесь козла и человека? — внезапно подала голос Абхилаша. Все повернулись к ней как по команде, заставив немного смутиться. Впрочем, она быстро справилась с собой и продолжила: — Я просто подумала, быть может это сатир? Сатиры — это…
— Я слышал о сатирах, красавица. И это не он. Слишком огромен, злобен и силён. Он похож на сатира, но… Нет, не он. Я не знаю, к какому виду относится это существо.
— Интересно, — заметил я тихо. Но меня услышали. — Нет-нет, продолжайте. Просто я вспомнил кое-кого, подходящего по описанию, но вряд ли это он…
— Можно было бы его позвать и посмотреть?.. — предложил Верховный.
— Разумно ли тратить на эту прихоть зов? — усомнился Абтармахан.
— Не говори глупостей, ка-Джаду, — фыркнул Урасарт. — Его нельзя звать дважды за двенадцать дней. За столько мы до Ссаршейса всё равно не доберёмся, а потом его можно будет призвать повторно. Два года, не чаще чем раз в двенадцать дней. Таковы условия его договора.
Следуя за хозяином, мы спустились на подземные этажи. Как я и предполагал, они были. И было их целых два. В частности — заклинательный зал. Большой, с каменными стенами и крепким потолком, освещённый магическими светильниками. Точнее, факелами, которые явно были наполнены магией. Довольно примитивно: видимо, заставили каких-то мелких полуразумных духов поддерживать огонь.
— Призыв довольно простой, — начал пояснять Верховный Абтармахану. — Достаточно подать в кольцо силы и произнести короткую фразу-ключ. «Таэал иилаа хдха алеалам, абн Шаб-Ниггурат»! — на последних словах я резко дёрнулся. Некоторые слова были мне знакомы. Мозг сложил в голове значение произнесённой фразы: «Призываю тебя в этот мир, о сын Шаб-Ниггурат». Может быть, не совсем точно, но смысл таков. И я, кажется, знаю, кого тут звали. Не зря я учился у Халая Джи Беш, одного из величайших демонологов Шумера!
  
— К бою! — резко и слегка испуганно выкрикнул я, отпрыгнув назад и материализовав в своих руках свой магический жезл. В нём у меня был заготовлен важный элемент любой обороны от демонов: доспех Мардука. Он-то и лёг на мои плечи. Ну, точнее, на меня самого.
Материализовавшийся из клубов красно-чёрного дыма подтвердил мои опасения: двурогий. Гвардеец Лэнга. Чудовищно быстры, маневренны, сильны. Лезвия растут по всему телу и могут резать почти всё, что угодно. Камень, металл — им всё едино. Но самые острые и прочные — растущие из предплечий. Два козлиных рога необычайно прочны и прикрывают единственную немного уязвимую часть — голову. Впрочем, уязвима она лишь условно. Просто она единственное, что не регенерирует у двурогого с потрясающей скоростью, а следовательно — повреждение головы может убить этого демона. Только её ещё надо повредить: тварь легко может посостязаться в прочности своей шкуры с глыбой гранита. И исход состязания будет полностью предрешён: гранит проиграет. Боюсь, клубящийся заряд стрелы Мардука на конце моего жезла ему не особо повредит, даже усиленный артефактом. Да и с его скоростью — легко увернётся. Но Стрела — это отвлекающий маневр. Эта тварь однозначно попробует насадить моё сердце на свои рога. Я в его понимании не слишком опасен, а потому он практически гарантированно сделает это: любимый способ убийства этих демонов. Доспех Мардука замедлит его, сделает уязвимым. У меня будет всего секунда для удара, который должен стать вторым и последним, если я хочу выжить. В жезле есть заготовленная молния Мардука. Усиленная самим жезлом, она будет грозным оружием против любого демона. Если подсоединить к схеме ещё и кольцо с духом грома, пропустив молнию через него, да влить побольше маны, то в момент секундного замедления двурогого можно будет попасть таким зарядом ему в голову. Удар должен выйти чудовищным. Надеюсь, демону хватит. А если нет, тогда можно будет обрушить на него Очищение Океанов. Пусть морская вода смоет с него всю грязь, ненависть и тьму… То есть — смоет всё, из чего он состоит и существует!