Неделимое (СИ)
– Вас никто не видел? – первым делом спросил Цзинъи.
– Вроде бы нет, – покачал головой А-Лин.
– Это хорошо, – произнес Сычжуй и при помощи огненного талисмана зажег несколько свечей в комнате. – Я полог тишины поставил, окна мы тоже уже занавесили плотной черной тканью, – и он кивнул в сторону двух окон, добротно закрытых темными кусками материи.
Оуян и А-Лин уже не раз бывали дома у своих друзей. Жилье было обставлено немного скромнее того, в котором они сами сейчас жили. В целом, в подобных комнатах жили и остальные ученики: две кровати, пара шкафов и комодов, рабочие столы, включающие в себя и для игры на цине, чайный столик, две ширмы, бочка для купания и подставки для мечей. Вот и вся обстановка. Но дорогие ткани в отделке, искусная резьба по дереву в декоре мебели и красивая вышивка на покрывалах и подушках на кроватях показывали, что в этой комнате живут далеко не простые адепты клана. Вроде бы всё на вид очень простое и без ярких цветов, но в каждой детали чувствовалось качество работы и было видно, что все изделия выполнены талантливыми и опытными мастерами.
– Располагайтесь, – и Цзинъи махнул рукой в сторону чайного столика, уже заставленного закусками. – Я днем слетал в Цайи и прикупил немного еды на этот вечер.
– Как тебя пропустили внутрь с такой контрабандой? – удивленно спросил Цзинь Лин.
– Эмм… вообще, меня Ханьгуан-цзюнь отправил купить ужин им с Вэй Усянем, ну я и для нас пронес, раз возможность была, – смущенно ответил Цзинъи, – а иначе мы бы закусывали одним арахисом.
– Арахис тоже неплохо, – с улыбкой ответил Цзычжэнь, усаживаясь на подушку для сидения у столика. Он достал из своего мешочка цянкунь пару небольших кувшинов черного цвета. – Это фруктовое вино, которое делают в одном из поселков на землях моего ордена. Отец его очень любит, и мне удалось добыть немного.
– А это из моего клана. Где делают – не знаю, но судя по тому, что его подают на пиршествах, оно должно быть отменного качества, – и Цзинь Лин выставил на столик большой сосуд, покрытый желтой глазурью и с нарисованным на боку белым пышным пионом.
– К сожалению, «Улыбку Императора» добыть не удалось, – печально вздохнул Цзинъи.
– Да нам и этого с головой хватит, – отметил Сычжуй.
– Ну и ладно. Давайте уже, присаживайтесь, долго еще языками чесать будем? – нетерпеливо произнес А-Лин и уселся напротив Оуяна, окинул взглядом стол. – Пиалы? Где пиалы?
– Сейчас, – ответил А-Юань, подошел к одному из шкафов в комнате и достал оттуда четыре небольшие пиалы из тонкого белого фарфора.
Юноши начали с черного кувшина с вином от Оуяна, и тонкий фруктовый аромат разлился по комнате. Вино имело мягкий вкус и пилось очень легко, вот только неискушенные в таком деле юные заклинатели не знали, что подобные напитки могут иметь свойство вызывать очень сильное опьянение. Причем незаметно. Так в итоге и получилось.
– Ох, Сычжуй, у меня так сильно кружится голова, можно мне выйти на улицу? – еле ворочая языком, канючил А-Лин, практически лежа на коленях у А-Юаня.
– Нельзя.
– Ну, пожааалуйста… Мне даже дышать трудно…
– Нельзя.
Цзинь Лин оставил в покое Сычжуя и переместился к Цзинъи, уселся около него и положил голову на плечо, отчего юноша вздрогнул и шумно вдохнул воздух.
– Цзинъи…
– А-Лин, нельзя. Если мы выйдем, то нас однозначно заметят и поймают, и все получат наказание, – быстро протараторил Цзинъи.
– Ну хотя бы окошко можно приоткрыть? Мне правда очень душно…
– Так разденься, чего ты сидишь замотанный в три слоя? – произнес Оуян, а Цзинъи резко вскочил.
– Все на улицу! Выйдем через окно. Там кусты и нас никто не заметит, подышим и заберемся обратно! – излишне эмоционально произнес он.
– Цзинъи? – удивленно посмотрел на него Сычжуй.
– Воздух… все на свежий воздух… действительно, как же здесь жарко… – он немного распахнул ворот ханьфу и помахал на себя ладонями.
– Ну хорошо, – с тяжелым вздохом согласился А-Юань. Цзинъи и А-Лин резво кинулись к ближайшему окну. – Да не к тому, к другому! – изменил их маршрут Сычжуй. Развернувшись, оба юноши покачнулись, но, схватившись за ладони и слегка оперевшись друг на друга, смогли удержать равновесие.
«Ты тоже нравишься А-Лину», – в памяти Цзинъи вновь промелькнули слова, сказанные Сычжуем во время Совета кланов. Подняв перед собой их крепко сжатые ладони, Цзинъи скосил взгляд на Цзинь Лина, тот просто смотрел на него и хлопал глазами, при этом тяжело дыша.
– Воздуха… – прошептал А-Лин.
– Сейчас! – громко произнес Цзинъи и потащил его в другую сторону, – Свечи, – произнес он мимоходом и, едва они подошли к окну, Оуян погасил все свечи. Комната погрузилась в глубокий мрак.
Сдернули плотную ткань, раздвинули створки, и в помещение ворвался свежий и прохладный поток воздуха, охлаждая их тела и освежая мысли.
– В целом, можно и не выходить, – тихо произнес А-Юань.
– Согласен. Приятный ветер, освежает, – шепотом ответил Цзычжэнь.
Цзинъи и Цзинь Лин стояли перед ними, они всё так же держались за руки, и было непонятно, кто чью ладонь сжимает крепче. В темноте лиц не видно, а ощущение чужой ладони в своей так непривычно и волнительно. Цзинъи начал вспоминать все свои фантазии относительно А-Лина. Ему до одури захотелось, чтобы эта ладонь, которую он сейчас так крепко сжимает, прикоснулась к его телу. К груди, например, или к животу… чтобы эти нежные пальчики прошлись по его прессу, опустились в своих касаниях ниже… Цзинъи закусил губу от резко нахлынувшего желания, а пальцы на ногах непроизвольно поджались. Он зрелый юноша, он желает близости… близости с тем, кто сейчас так сильно сжимает его ладонь, позволяя их пальцам переплестись.
– Я всё же выйду… – с легкой хрипотцой выдавил из себя Цзинъи и, нехотя отпустив ладонь А-Лина, выбрался на улицу, сразу отойдя к густому кустарнику, растущему в паре метров от окна.
– Я тоже, – произнес Цзинь Лин и повторил действия друга.
– Что с вами делать? Оуян, пошли, их одних нельзя оставлять, – хлопнув себя по лбу ладонью, проговорил Сычжуй и полез в окно. Цзычжэня приглашать дважды не требовалось.
Надышавшись вдоволь прохладным воздухом, А-Юань хотел было загнать всех обратно, но Цзинъи начал противиться.
– Сычжуй, когда мы еще сможем побродить ночью все вместе? Ну давай немножко погуляем? От нас до леса недалеко, можно туда уйти и походить. Там патруль никого искать не станет. Ну пожалууйста, – начал канючить юноша.
– Ты как маленький. Мы скоро пойдем все вместе на ночную охоту и вдоволь набродимся по ночному лесу, – ответил ему Сычжуй, но в его хмельном сознании промелькнула мысль о том, что идея в целом неплохая. – «Если сейчас незаметно проскочить до леса, то там нас уж точно никто искать не станет и можно гулять до самого рассвета. На завтра мы с Цзинъи отпросились у моего отца и с утра пораньше никто нас не хватится, главное явиться на завтрак», – соблазн был велик. Они так никогда не делали, а сейчас очень и очень захотелось совершить нечто подобное, но правила… К Сычжую подошел А-Лин и обнял его за талию, не прижимаясь – просто положил на нее ладони.
– А-Юань, пожааалуйста… – нежным голосом протянул юноша, уподобившись Цзинъи.
– Хорошо… уговорили… – сдался Сычжуй, а Цзычжэнь с неким смешком хмыкнул, но ничего не сказал.
Они ушли в лес, забыв про мечи и про оставленные на столе мешочки цянкунь.
***
Свет от молодого месяца, едва набравшего четверть от полного диска, слабо рассеивал тьму леса, но для заклинателей и этого освещения было достаточно, чтобы уверенно передвигаться среди деревьев.
Удалившись на приличное расстояние и найдя небольшую полянку, юноши остановились. Сычжуй вдруг звонко рассмеялся.
– Ты чего? – удивленно спросил А-Лин.
– Я никогда… никогда так не поступал… – успокаиваясь, ответил он.
– Совсем никогда?
– Ага. Правила же…
– А Цзинъи? – Цзинь Лин взглянул в его сторону.
– Что?! Я тоже так не делал, – пожал он плечами.