Гимн шута 19 (СИ)

— Ты не опасаешься, что на площади встреча с этой убийцей может и повториться?
Павел задумался.
— Нет, не опасаюсь, — спокойно ответил молодой человек. — Я на это надеюсь.
«Только не верю, что все так легко закончится».
Ответ цесаревич обдумывал секунды три.
— Понял, — сообщил он после. — Удачи.
И в этот раз первым разорвал связь.
Павел хмыкнул, спокойно убрал комм и… не удержался. Помахал вновь «Большому Брату». Да и пошел дальше.
  
Путь его действительно лежал к кофейному ларьку. А вот цель была совершенно в ином. Хоть и стаканчик обжигающего ароматного напитка он и получил.
— Ну, попробуем… — решил клановец, сделав пару глотков.
Пальцы привычно пробежались по экрану, выбирая нужный контакт.
— Павел Анатольевич, — ответил после третьего гудка собеседник. — Не ожидал.
— Случается, — вздохнул Волконский. — Но, честно признаюсь, если бы моя подружка пыталась кого-то убить, то звонку от будущей жертвы я бы не удивлялся.
Короткая тишина.
Разум Павла привычно раскладывал ее на составляющие: легкий шорох, едва заметная задержка дыхания…
«И впрямь не знал!» — подивился клановец.
— Не понимаю, о чем вы, — ровно ответил представитель императора.
Вполне возможно, что уже бывший. Но там все так сложно, что черт ногу сломит.
— Понимаю, — согласно кивнул молодой человек. — Тогда не могли бы вы позвать к телефону Тун Яо.
Вновь пауза. Едва заметная.
«И тут попадание!» — отметил мысленно Волконский.
— Не представляю, о ком именно вы говорите.
— Не сомневался, — кивнул клановец.
Несколько секунд он размышлял, как же убедить упрямого не в меру Горевого помочь ему связаться с Цзинь Вэй.
— Она рядом? — неожиданно спросил он.
— Павел Анатольевич, — чуть устало вздохнул собеседник. — Мне кажется, мы говорим на разных языках.
Секунда на размышления и…
— Это связь плохая, — убежденно решил клановец.
— Связь? — не сразу понял Николай Андреевич.
— Именно она, — настаивал молодой человек. — Или комм. Да, наверняка все дело в коммуникаторе. Будет удобнее, если вы включите громкую связь.
Теперь время на обдумывание понадобилось Горевому.
— Да, — наконец решил он, косвенно подтверждая, что убийца рядом. — Сейчас переключу режим.
Еще одна секундная пауза.
— Говорите, — наконец разрешил Николай Андреевич. — Вас теперь слышно.
Павел набрал в легкие воздуха и негромко выдохнул:
— Фэнг. Сейчас она у меня.
Вновь тишина. На этот раз достаточно долгая. Наконец, раздался негромкий шорох, и знакомый по «ночному свиданию» вкрадчивый голос с едва заметным акцентом произнес:
— Я услышала. Как ты поступишь, элуосы жэнь?
  
Глава 9
 
Глава 9
Горевой со вздохом закрыл крышку настольного коммуникатора.
Некоторое время он просто сидел за столом и смотрел перед собой невидящим взглядом. От работы его никто не освобождал. Охранный бизнес и «агентство по особым поручениям» под его крышей требовали внимания.
— Менеджер Ибо, — негромко позвал он.
Павел Волконский вернулся в город. И, в принципе, не особо скрывался. Перед этим, правда, умудрился утопить пару «ма-а-а-аленьких» таких стапятидесятиметровых суденышек на Каме.
Однако «сплошной надзор» в виде профессиональной убийцы с него так и не сняли.
Расположившаяся в кресле восточная красавица оторвала взгляд от экрана комма и подняла его на хозяина дома.
На какой-то миг Николай Андреевич залюбовался. Изящно сложившая ножки в какой-то вариации известного «лотоса» куколка с идеальной осанкой могла стать великолепной натурой для пера художника.
— На сегодня рабочий день закончен.
Она не шелохнулась. Как всегда. Но почему-то Горевой продолжал говорить. За все время менеджер Ибо сказала лишь несколько слов. И один раз схватила его за руку, чтобы увести с улицы.
«У того же Волконского с ней было больше „контакта“.» — пришла вдруг в голову странная мысль.
Однако и взгляд обратно на экран Цзинь Вэй не перевела, все также внимательно слушая.
— Нужно пообедать, — заключил бывший имперский представитель, привычно проведя ладонью по ежику рано поседевших от жизненных коллизий волос.
«Показалось, или она и впрямь чуть склонила голову набок?».
Хозяин кабинета не был уверен. Он работал уже больше шестнадцати часов. За стол он сел накануне ранним вечером. И только теперь отключил систему, позволив себе расслабиться.
— Ты что будешь?
С этими словами Горевой поднялся и, потянувшись, принялся разминать в который раз затекшее за последние часы тело.
Девушка пошевелилась. Экран ее комма погас, и она убрала гаджет в небольшой футляр. Но на этом все. Она вновь застыла.
— Мясо, рис, овощи и чай, — словно бы сам с собой рассудил Горевой.
Его возможный палач едва заметно, буквально на миллиметр, склонила голову.
«Вот и поговорили.» — решил мужчин. Без особого, впрочем, раздражения.
Цзинь Вэй не уткнулась в экран. Уже радует. В первые дни Николай Андреевич сильно удивился, сколько профессиональная убийца способна проводить времени с гаджетом в руках. Иногда она активно что-то печатала. И пару раз, хозяин дома был готов поклясться, на ее лице появлялась еле заметная улыбка.
Сделать заказ помешала требовательная трель комма.
— Этому-то что еще надо? — действительно удивился Горевой.
Скрывать эмоций в своем доме Николай Андреевич не собирался.
— Павел Анатольевич. Не ожидал.
Аккуратным плавным слитным движением менеджер Ибо оказалась рядом.
«Продолжай разговор.» — одними глазами показала она и застыла на месте, явно прислушиваясь к голосу собеседника хозяина дома.
— Случается, — выдохнул в динамик Волконский. — Но, честно признаюсь, если бы моя подружка пыталась кого-то убить, то звонку от будущей жертвы я бы не удивлялся.
Горевой тут же поднял взгляд на Цзинь Вэй.
Серьезное заявление. А уж сколько в них вторых и третьих смыслов. Да и сама ситуация пикантна: опричник цесаревича прямо сообщает бывшему имперскому представителю, что тот укрывает наемную убийцу. И все это с отправкой на три буквы всех и всяческих норм и правил, принятых в обществе.
Менеджер Ибо же и бровкой не повела. Просто слушала.
— Не понимаю, о чем вы.
«А какого ответа он ждал⁈ Признания в коронном преступлении по коммунальным системам связи?» — чуть даже удивился Горевой.
Впрочем, следующая фраза заставила его всерьез задуматься о душевном здоровье собеседника. Тот потребовал… передать трубку комма Тун Яо!
Вот на этих словах взгляд Цзин Вэй едва заметно вильнул. Если бы Николай Андреевич вот уже несколько недель не изучал девушку, то ничего бы и не заметил. Но…
«Так вот как тебя зовут!» — оценил новость он.
И тут же напрягся. Волконский явно что-то задумал. И нет, Горевой не боялся хода нового воеводы. Учитывал в раскладах — то да. Но не страшился. А вот мысль о том, что провокация опричника может быть нацелена на его «конвоира и палача», вызвала неприятный холодок в районе лопаток.
Менеджер Ибо же… плавно кивнула. Мол, готова говорить.
Николай Андреевич качнул головой. Признаться в таком преступлении в «прямом эфире»⁈ Он из ума еще не выжил.
Волконский же прекрасно понял суть затруднения собеседника. И, пожаловавшись на связь, попросил поставить звонок «на громкую».
— Говори, — предложил Горевой через несколько секунд после еще одного кивка девушки.
— Фэнг, — просто объявил клановец.
Удар достиг цели. Однозначно. И был силен.
Цзинь Вэй, услышав короткое слово, распахнула глазки. В глазах мелькнул… нет, не страх. Что-то другое. Но мужчина разобрать не успел. Убийца моментально собралась.
  
— Сейчас она у меня.
К тому моменту, как Павел договорил фразу, менеджер Ибо вновь укуталась в непробиваемую броню безразличия и отстраненности от этого мира. А потому вопрос ее прозвучал ровно и как-то безжизненно: