Гимн шута 19 (СИ)
— Здесь? — негромко спросил Горевой, остановившись неподалеку от той самой площади, где совсем недавно столкнулся с новым воеводой.
— Здесь, — не шелохнулась Цзинь Вэй.
Но Николаю Андреевичу хватило и этого. За последнюю неделю менеджер Ибо произнесла уже несколько слов. Явный прогресс.
Естественно, она не стала делиться своими «планами на сегодня». Но если есть возможность доехать до другого конца города от места ее нынешнего обитания с комфортом, так почему бы и нет?
— Удачи, — просто произнес водитель.
Убийца на миг застыла, уже «оторвавшись» от пассажирского кресла. Ей редко говорили такие слова. Однако через миг она продолжила движение и растворилась среди гуляющих секунды через три после хлопка двери авто.
На площадке было шумно. Но не так людно. Большинство гуляющих соберутся к вечеру. Так что сквозь толпу продираться не приходилось.
— Можно мне стаканчик чаю и сосиску? — негромко спросила она, подойдя к одному их вагончиков с едой.
Просьбу она сопроводила кроткой милой улыбкой.
Дородная тетка, ловко управляющаяся с кухней и кассой одновременно, тут же «растаяла».
— Сейчас сделаю, — пообещала она, даже не замечая, как уголки ее губ «разошлись» в разные стороны.
Цзинь Вэй умела производить впечатление. И пользоваться этим не стеснялась.
«Предсказуем!» — оценила она свою будущую цель. Как и все, впрочем. И молодой Волконский в этом плане в большинстве случаев вел себя очень даже мудро: менял маршруты и эшелоны, старался не давать «подсказок» охотникам за собственной головой.
Так что, возможно, «обвинение» было не слишком в тему.
Однако и у воеводы случались «проколы». Как сейчас. На эту площадь за стаканчиком кофе он приходил часто. Один, с кем-то из своих девиц или с обеими сразу. И да, школа была видна. Траектория движения была довольно хаотичной. Но пару точек «пересечения» Цзинь Вэй все-таки просчитала.
Ждать пришлось долго. Менеджер Ибо за это время успела попробовать ассортимент практически половины «траков»… ни разу не попавшись ни на один из десятка имевшихся на площади фиксаторов.
Однако упорство ее было вознаграждено.
«Он!» — оценила убийца через несколько часов после «прощания» с Горевым.
Сегодня Волконский появился на площади в сопровождении своей яркой блондинки.
«На миру и смерть красна!» — припомнила Цзинь Вэй местное выражение.
Впрочем, так легко воевода не отделается. Она получила совершенно четкий и ясный приказ. Все произойдет… непросто. Цель должна понять, что именно с ней происходит. И насладиться всеми гранями ужаса.
Уже через миг убийца отбросила всяческие чувства, позволив поселиться в своей груди и мыслях верной спутнице — пустоте.
Она двигалась среди случайных прохожих с грацией падающего с дерева осеннего листа. Кто-то даже обращал внимание на летящую походку стройной темноволосой красавицы… Но вот только не пара гвардейцев охраны Волконского.
Цзинь Вэй прекрасно знала, как остаться незамеченной для нужных ей взглядов.
Она не думала. Наслаждалась пустотой и каждым движением, все ближе приближаясь к цели.
Еще чуть-чуть… мгновение и…
Убийца вздрогнула. В последний миг, когда ее узкая ладонь уже метнулась к печени жертвы, парень вскинул взгляд, столкнувшись глазами с будущей собственной смертью.
Но среагировать не успел.
Цзинь Вэй мастерски дотянулась до намеченной в области печени точки и уже через мгновение растворилась в толпе, оставив еще не осознавшего собственной смерти парня, оглядываться в поисках гибкой фигуры.
Глава 6
Глава 6
За сутки до столкновения с Цзинь Вэй
Павел стоял.
— Ва-а-а-а-а!
Стремительная ракета пролетела мимо него с полным щенячьего восторга криком.
Волконский лишь проводил ее взглядом. Головы не повернул. Чтобы не закружилась. Уж больно стремительно менялось положение счастливой Фэнг в пространстве.
— Валя, — негромко выдохнул клановец, смыкая веки на миг.
Тишь достала где-то для девочки яркий сарафанчик, отчего натурально рябило в глазах. Особенно если наблюдать за цветастым вихрем больше пяти минут.
«Или мне просто нужно выспаться!» — оценил свое состояние молодой человек.
Пара часов в минивэне под пулеметный стрекот неумолкающей Фэнг совершенно не равны полноценному отдыху.
— Да, Паша, — примерно с такой же интонацией откликнулась валькирия.
Комплекция и рост культуристки приводили ребенка просто в нереальный восторг… Как и все вокруг.
— Почему ты решила сделать нас всех «родителями»? — поинтересовался он негромко.
Злости не было. Честно сказать, девчушка ему нравилась своим бросающимся в глаза умением радоваться всему вокруг. Совершенно искренне.
На фоне этой удивительной способности как-то не особо раздражал шум, гам и ощущение легкого хаоса, что буквально сопровождали гиперактивного ребенка.
— Ва-а-а-ай-а-а!..
Зрачки клановца «перекатились» из одного угла глаз в другой, словно локаторы, сопровождающие цель.
— Знаешь, почему она себя так ведет? — негромко спросила Тишь, наблюдая за тем, как малышка взлетела на диван, с радостью принявшись тискать подушку с какой-то яркой аппликацией.
Павлу никогда не приходило в голову приглядываться, что именно на ней изображено, хоть она и лежала в «кают-компании» с самого их заселения.
— Расскажи, — потребовал он, мысленно порадовавшись, что вот уже несколько недель как выделил отдельную комнату в конце коридора под арсенал и место хранения документации.
Его пот пробивал от мысли, что когда-то на этом самом диванчике лежал тубус одноразового огнемёта частенько. Живая фантазия тут же нарисовала картину, как Фэнг с интересом изучает «веселую штучку».
— Твою ж державу, — негромко выдохнул парень, качнув головой.
Аж мурашки по коже…
Валентина подняла вопросительный взгляд на младшего товарища. Но тот лишь махнул рукой. Нормально, мол, все, рассказывай давай!
— Она тоже пленница, — начала Валентина и отчего-то сделала паузу.
— Не аргумент, — позволил себе замечание Павел.
Нет, он, конечно, не предлагал бросить ребенка на произвол судьбы. Однако социальные службы для нее могли сделать гораздо больше, чем команда боевиков. Не говоря уже о том, что они находятся на полувоенном объекте, на секундочку. И даже если учесть положение Волконского, то куда эффективнее было бы попросить Катерину озаботиться судьбой девочки. Пара звонков соответствующим людям, и ей была бы оказана вся возможная помощь. И да, молодой человек обязательно с большой долей вероятности после проверил бы, как именно сложилась судьба малышки, но тащить ее во временное воеводство в не самый спокойный момент… Спорное решение, как минимум.
— Ее держали в заложниках четыре года, — продолжила Тишь. — Двадцать три часа взаперти с сорокаминутной прогулкой, если «хорошо себя вела».
Павел кивнул. Жутко. Особенно для ребенка. Теперь становилось понятна неспособность Фэнг усидеть на месте и ее постоянное перемещение в пространстве в попытках все потрогать, все узнать.
Однако вслух он сказал иное:
— Не аргумент.
— Фэнг!
Негромкий голос вошедшей в кают-компанию Катерины заставил девочку остановиться. Сразу. Как будто ручник дернули.
— Поешь.
Малышку уже кормили. Но блондиночка решила, что теплое молоко и печение собственного приготовления ребенку не повредят.
— Нн-о! — победно вскинула кулачок девочка и метнулась к Катерине столь стремительно, что Павел невольно подался вперед.
На какой-то миг ему показалось, что цветастый вихрь сметет его женщину с ног, а потому уже готов был ловить обеих.
— Итак, я продолжаю, — спокойно объявила Валентина. — Все это время ребенка содержали в Красноуральске и окрестностях… но на разных объектах.
Павел приподнял брови. В удивлении.
— Зачем? — спросил он.
— Неизвестно, — качнула головой культуристка. — Однако ее постоянно перевозили. Четырнадцать комнат. В каждой не дольше нескольких дней, после чего смена локации.