По следу добычи (СИ)
Командир аканийцев на этот раз молча кивнул и пошёл вперёд, а жмурик сообщил:
— Жаль вас разочаровывать, но я не упокоюсь вовсе, друг мой.
— Твои друзья давно сгнили — продолжил я источать сарказм, пряча истинные чувства за юмором, злостью и бравадой. Что не говори, а курган некроманта давил на нервы. В деревне нежить была на моей территории, сейчас мы лезли в вотчину врага.
— Не сомневайтесь, мы обязательно подружимся — продолжил мертвец, не иначе истосковавшийся по общению. В противном случае не представляю почему он столько болтает — Знаете, коллега, я в своё время потратил столько времени и сил на поиски бессмертия, в итоге найдя лишь способ существовать вечно в немёртвом теле. И вот, после предательства меня моими неразумными потомками, после столетий взаперти, вдруг появляетесь вы! Прошедший через смерть так же, как и я, но живой, тёплый, дышащий, способный оценить и вкус вина, и ласку женщины. Воистину сам Свет решил оказать мне свою милость. Так что наша дружба станет очень тесной. По крайней мере пока вы не раскроете мне все свои секреты, хе-хе.
На его последний смешок я мысленно скривился, но подобная неприятность честно говоря была ожидаема. Меня раскусил Корнегур, не удивительно что древний некромант почуял во мне что-то, что навело его на нужные мысли. Ну да и демоны с ним, бойцы вокруг меня похоже не слишком уже верят в байки из склепа, так что как-нибудь отбрешусь. Очевидно же, что труполюб сеял между нами раздор, чтобы вывести из игры единственного мага в отряде, а сам я белый, пушистый аки Ахилл и вообще магией жизни оперирую, а не смерти. Однако тему лучше было бы перевести, заодно лишний раз поддев словоохотливого жмурика.
— Знаешь, Авизо, я знаком с тобой буквально несколько минут, но уже отлично понимаю, почему тебя прикопали потомки. Не удивлюсь, если сынишка на твоём кургане в итоге станцевал на радостях.
— Это была дочь — буркнул он.
— Ха-ха-ха, молодец девка — рассмеялся я.
— Она гнусная предательница, убившая четырёх своих братьев и всех племянников с племянницами — проскрежетал он.
— Ну как воспитывал, так и получил — фыркнул я, когда ступеньки наконец закончились.
— Её воспитала мать и это пожалуй главный мой просчёт — проговорил он — А вам пожалуй пора немного утолить мой голод.
В этот момент мы как раз втянулись в довольно крупный круглый зал, чьи стены, пол и потолок были из не грубого серого, а гладко отполированного чёрного камня, отражавшего свет факелов. Из него в нашу сторону и полетели банши, ударив по ушам душераздирающим криком. Свой щит я, наученный опытом, заранее «сместил» в сторону того, который применялся при вакуумном ударе. Полностью он от последствий атаки не спас, но изрядно помог. Винсента и Друма уберегли амулеты. А вот остальным повезло значительно меньше. Они схватились за уши, падая на колени и тут же в тела попавших под атаку, влетело десять призраков. Следующие события никто предотвратить не успел. Те, кого захватила нежить, мгновенно ударили по своим небоеспособным товарищам. Десять ударов в шеи, десять захлёбывающихся кровью трупов на полированном полу.
— С@ка! — крикнул я, направляя в ближайшего врага ледяное копье.
Рыцари тоже не стояли без дела, пустив в ход мечи. Но пока мы разбирались с ближайшими противниками, те, кто были дальше, продолжили жатву. Двигались они несколько неуклюже, но тем, кто вовсе с трудом шевелился, хватало за глаза. Бой длился буквально полтора десятка секунд, но начали мы его с тридцатью бойцами, а закончили вчетвером. Только один везучий парень из простых вояк получил лёгкое ранение шеи, которое я быстро залечивал, чтоб остановить кровотечение.
— Свет милосердный — пробормотал сир Друм, глядя на это побоище.
— Он самый — пробормотал я, отнимая светящуюся зеленью руку от шеи молодого бойца — Нормально, жить будешь. Как звать-то?
— Элсин, господин маг — отозвался он, пощупав шрам.
— Береги голову, Элсин. Тебе в неё ещё есть — кивнул я, отойдя на шаг. Кровь под ногами неприятно хлюпнула — Так все к стене, быстро!
— Что такое⁈ — прорычал Винсент, но как и остальные выполнил команду
— Всё тоже самое, млять — ругнулся я.
Сначала пришлось выстроить вокруг нас барьер, а затем мой посох был направлен на трупы наших соратников, которые вскоре начали гореть в бушующем пламени. Спустя пол минуты всё закончилось и я затянул сюда свежий воздух снаружи, поднимая сквозняком пепел. Голос Авизо прозвучал с некоторым разочарованием:
— Какая жалость, я только распробовал их кровь.
— И только прикинул, какую нежить поднять из наших товарищей — хмыкнул я — Какие де вы, некроманты, все таки с@ки.
— Благодаря нам вообще существуют людские королевства, а вы не носите ошейники эльфийских рабов. Так что побольше уважения — наставительно заметил он.
— Ага. А потом вас, бедных и несчастных, подло предали. Хотя вы с демонологами на пару так старались ради людей! Прям днями не спали, ночами не жрали, без устали трудились на благо всего человечества и ну ни разу не были замечены в человеческих жертвоприношениях и прочих грешках — проговорил я — А то что в Моравии и на Восточном континенте люди ошейники не носят, так это тоже ваша заслуга и следствие ваших подвигов.
— Не юродствуйте, юноша, у вас паршиво получается. Тем более вы явно не знаете всей ситуации. Порой суровые времена требуют жёстких решений.
— Ну твоя дочка и решила. И тебя и твоих сынков — усмехнулся я, продолжая подбешивать оппонента. А потом начал идти по кругу зала, ведя по стене посохом — Где кстати говоришь эти твои малые погребальные камеры? Не терпится поджарить куски твоего гнилого сердца.
— Ищите, молодой человек. Не думали же вы, что я продолжу открывать вам двери — усмехнулся он.
— У тебя тут кстати не осталось схем этих дверей и прочих чертежей? — поинтересовался я, почувствовав в стене место, что отличалось от прочих — А то как раз думал себе домик на берегу тёплого моря организовать, а строители сейчас не чета прошлым. Страшно доверять им проектирование чего-то сложнее курятника.
Глава 14
На мои последние слова мертвец неожиданно ничего не ответил, хотя мы все кажется стали привыкать к его словоохотливости. Я же… пребывал в некотором удивлении от себя самого. Только что тут два с лишним десятка человек сыграли в ящик, из воздуха ещё не до конца выветрился запах горелого мяса, самое, мать его так, время задаваться вопросом строительства фазенды. Может я потихоньку съезжаю с катушек? Ну или наоборот у меня включился какой-то защитный механизм психики, чтобы крыша окончательно не отъехала? Впрочем задуматься об этом можно будет потом. Сейчас главное — это дело. Да и вообще пока ты занят чем-то важным, ты отвлечён от вещей, о которых лучше не думать. А думать о павших мне сейчас точно не хотелось.
Стена же чёрного, полированного камня состояла из крупных блоков разных размеров. Где-то сантиметров сорок на двадцать, а где-то и с метр на пол метра. Раствора между ними не наблюдалось, их будто подогнали друг к друга миллиметр в миллиметр. Тонкая работа, такую просто так, примитивным инструментом не сделаешь. Не слышал по крайней мере о подобном. Однако в месте, которое меня заинтересовало блестящая в свете факела Элсина и кристалла на моём посохе преграда едва уловимо отличалась. Я потянулся к камню и с удивлением обнаружил, что от него нет отклика. Точнее он вроде бы отзывался на магию вообще, но делал это как-то странно, а видоизменяться согласно моей воле не желал вовсе. Будто просто игнорировал мои просьбы или просто не слышал их. В уме я начал вспоминать уроки Корнегура, несколько раз он упоминал о материалах, растениях и животных, что не желали подчиняться друидам. И если на нашем континенте таких считай что и не было, то на островах Эха, которые якобы образовались из-за некоего божественного катаклизма, на месте обширной земли, способной сравнится размерами с нашим домом и чьего названия уже никто не помнит, подобного хватало. Однако туда попробуй доберись. Там на суше-то всё от мала до велика злобное, агрессивное и часто с магическими способностями, а в пучине моря вообще пипец. Такие твари живут, что и в страшном сне не приснится, даже безбашенные северяне туда не суются. Доставить оттуда булыжники в товарных количествах? Это даже не смешно. Значит это что-то местное, в лучшем случае с Восточного континента. Поперебирав свою память ещё несколько секунд, я вспомнил одну породу глубокого залегания