Колония строгого режима (СИ)

— Пойдем за канатами. Мало ли что. А пока, ставь на стене метку и вернемся.
Сергей сильными ударами кирки отметил обе стороны ответвления большими крестами, потом собрал несколько кристаллов с серебристым блеском в суму, и они пошли обратно, но уже на подъем, который оказался тяжелее, чем путь сюда.
— Вот и необходимость ставить еще одну печь в наших пещерах. И ни одного свободного человека, — проворчал Сергей, когда, запыхавшиеся, достигли ровной части дороги.
  
— Сережа, не драматизируй. Зачем нам много свинца? Сделаем партию, как олово сделали, и все пока. И печь новую ставить нет надобности. Оловянная пустая.
Сергей только хмыкнул. Конечно же, Виктор, как всегда, был прав. Только поворчать захотелось, что не дал в большем количестве набрать колонистов. Очень уж хотелось масштабных дел.
Как только выбрались из пещеры, Сергей в первую очередь ко входу в нее привел одного строителя и одного лесоруба, показал на нужное ответвление и взятые образцы.
— Я там, на стенках кресты поставил. Мимо не пройдете. Берите лампы и кирки. Прихватите еще пару мешков. Перетаскивайте сюда сколько можете таких минералов. К вечеру приду, проверю.
Парни побежали за кирками и мешками, а они отправились на склад за жгутом и колом.
Когда они снова вернулись на то место, тут уже было ярко освещено от четырех ламп, свисающих с потолка прохода. А те двое уже наполняли первый мешок черными минералами.
Сергей похвалил их за оперативность, затем рядом в камень заколотил прихваченный кол, крепко привязал к нему конец жгута и дальше они продолжили спуск, придерживаясь за страховочный канат.
Но покатость практически пока не увеличивалась. Местами, даже наоборот, полностью выравнивалась. Только раз пришлось спускаться в провал, скользя по канату, чтобы продолжить движение дальше вглубь.
— Сергей, ты не думаешь, что дышать стало трудней? — обернулся Виктор к отставшему Сергею.
— Давно думаю, — угрюмо ответил он. — Может повернем назад?
— Еще пару десятков шагов сделаем в том направлении. Интересно, что это там за щель такая?
Виктора любопытство, как ни странно, на этот раз увенчалось успехом, потому что тут они обнаружили вход в потаенную в глубине этих, из магмы возникших скал, большую полость, откуда остро и специфично пахло газом. Зажав носы, они решились все-таки проскользнуть вовнутрь.
Свет лампад еле достигал высоченного свода, с которого гирляндами свисали темные, сосульки сталактитов. Как будто стремились к ним навстречу такие же сталактиты, торчащие снизу вверх. Боковые стороны пещеры покрывали множество каверн.
Друзья, тяжело дыша, замерли представшей перед глазами мрачной картиной. Но они решились переместиться ближе к источнику запаха. Там обнаружили еще один сюрприз: булькающая пузырями в бурых парах большая лужа.
— Кажется, здесь вырывается наружу оксид азота, — глухим голосом объяснил Виктору Сергей. — Где-то там под нами залежи окислившегося свинца. Редкое явление. А эта лужа самая настоящая азотная кислота. Осторожно. Дальше не идем.
— Тогда давай убираться отсюда, Сережа. И так чрезмерно задыхаемся.
— Ладно, пошли назад.
Сергей протиснулся через щель и поспешно прошел к канату, свисающему в провале. За ним, так же поспешно двинулся Виктор.
Как только выбрались, надышаться не могли. Сергей тут же предложил очистить легкие паром. Да и Виктор сейчас вовсе не был против бани.
Они разделись в предбаннике и юркнули через низкую дверь с высоким порогом в парилку. Тут еще стоял пар. Кто-то, видимо, только что выбрался отсюда.
Они раскочегарили каменку вовсю, и при свете лампы забрались на верхнюю полку.
— Давай, и тут прорежем окошечко, — предложил Виктор. — Чтоб лампа не нужна была.
— Хорошо. Скажу Федору, пусть окошко слепит с двойными стеклами. Витя, поговорим о недалеком будущем. Я думаю, нужно потихонечку поднажать на возможности расширения состава. Людей сюда звать. Пусть даже не на плато. Перекидывать людей через скалы, чтобы заселялись поблизости от нас.
— Ты имеешь в виду руров?
— А других мы пока и не знаем.
— Руров позовешь, может и придут. Но у них устоявшийся уклад жизни. Мы же не собираемся у подножия иметь клон поселения руров. Естественно, стариков своих приведут. Будут молиться на скалу Гитлера, если не притащат еще свою пузатую бабу. Нет, это плохая идея.
— Ты предлагаешь так горсточкой тут возиться?
— Нет, конечно. Но мы сначала отразим, на каких строгих условиях в нашей колонии жить можно. Все переселяющиеся к нам будут клятву давать соблюдать их. А нарушивших их будем изгонять из колонии. Мы уже это решили когда-то.
— Это все верно. Но нам уже нужны работники. Минимум, как физическая сила.
— Это можем разрешить по-другому, Серега. Пошлем весть старшинам, что Гитлер требует им всем гамбузом переселиться близко к скале. Никуда не денутся. Снимутся с засиженных мест, и поселяться на той стороне скал. Будут под рукой. А мы, когда что нужно будет, скажем им или на время брать сюда на работы, без права на прописку.
— Это хорошая мысль. Как еще раз придут снабженцы, я пошлю эту весть. А сами засядем условия писать.
— И еще, Сергей. Давай все делать правильно с первых дней. Условия, а точнее права и обязанности наших теперешних и будущих граждан, будем тщательно обсуждать с профессором.
— Согласен. Будем обсуждать.
Прохлеставшись еще немного, они перешли в моечную комнатку, смыли прилипшие к телу банные листы, а потом, вытерлись полотенцами, что постоянно поставлялись свежими на лавку в предбаннике, оделись и пошли в палатку прикидывать черновики проекта того, о чем говорили. 
  
Глава 5
 
Мила сказала Виктору, что это обычные холодные дни. Но еще наступит день мороза.
Правда, он длится не больше одной ночи и никогда не повторяется в течение зимы. Но, оказывается, тут происходит подобная погодная аномалия, как краткое резкое падение температуры. Пик холода, когда человек по неосторожности в эту ночь вышедший из дома — не вернется.
Оказывается, по окончании этой ночи, целую неделю, охотники носят мясо насмерть замерзших животных. Их даже теплые шкуры не спасают, если не спрятались в глубокой норе.
Толстый слой поверхности всех озер и рек превращаются за ночь в куски льда. Но только на ночь. С утра снова погода становится обычной. Льды начинают таять, животные вылезают. Люди продолжают жить, как жили.
Виктор, удивленный услышанным, не понял, как тут такое может случаться. Должно быть логичное объяснение такой аномалии. А у него его не было.
— Когда ждать такую ночь? — встревожено спросил он у жены.
— Перед этим небо весь день сверкает. Сам увидишь.
— Вот как? — обалдел от необычной информации Виктор. — И что надо делать тогда?
— Много шкур и дров запасать. Никуда не выходить в эту ночь. Это не страшно, если готовиться, — успокоила его Мила.
— Вот так новый год! Надо нашим тоже рассказать.
Но пока все, вроде, было как обычно. Дождь, иногда снежок. Ну и порой сильные холодные ветра.
По проекту Федора, согласованного с расчетами Виктора, установили на специальном фундаменте почти целиком металлическое наклонное водяное колесо. А на вершине другое, ведомое. Оба колеса быстро завращали двухсотметровый жгут. Теперь, лебедка гоняла подъемник по ту сторону скалы вверх-вниз с такой скоростью, что пятнадцати минут на это хватало.
Виктор уже стал опасаться за надежность втулок, решил сменить их на более массивные и качественные.
Кроме того, обязал дозорных, у лебедки и колеса все трущиеся детали часто смазывать густым жиром.
  
На вершине еще построили кирпичную башенку, окнами с двойным остеклением.
Башня дала возможность в любую погоду с достаточным удобством наблюдать окрестности. Конечно, только не в ночь мороза.
На плато тоже производились усовершенствования.
В кузнице стало легче дышать. Вот уж кому не будет страшен ночь мороза.