Колония строгого режима (СИ)
— Даже версий у тебя нет?
— Если честно, совсем никаких. Но, чувствую, ты что-то в голове уже имеешь.
— Да. Ты прав. Предполагаю, возникает между солнцем и планетой кратковременный экран, не имеющий собственную массу, но стремительно поглощающий энергию.
— Похоже на фантастику.
— Похоже, — согласился Виктор.
В этот момент требовательно постучали в дверь бани.
Друзья удивленно переглянулись, а Сергей, высунув голову из парной, закричал:
— Что случилось?
Мужской голос с той стороны ответил:
— Небо засверкало!
Виктор невольно вздрогнул. Несмотря на жару в парилке, легкий озноб пробежал по позвоночнику.
— Вылазим! — Сергей поспешно прошел в моечную.
Виктор последовал его примеру и вскоре они выскочили из бани.
Небо действительно сверкало. Но что поразило друзей, так то, что высверки отливали фиолетовым цветом.
— Ого! — прошептал Виктор. — Уж не та ли самая аномалия?..
— Ладно. Пошли работать. — Мрачно оглядывая небо, Сергей зашагал к палаткам.
Все колонисты повылазили из палаток в ожидании приказов руководства.
Сергей не заставил себя долго ждать.
— Срочно демонтируем водяные колеса. Вы четверо тащите в кузню дрова. Остальные перетаскивают туда же все шкуры. В кувшинах занесите воду.
Федор, бери сколько надо мужчин и срочно изготовьте из досок щит закрыть вход в кузню. Потом у себя прибери что надо.
Зовите вниз дозорного. Только сначала пусть замажет лебедку целиком жиром, потом по канату съедет. Колеса снимаем. — Потом, торжественно всем объявил:
— Сегодня, ровно в полночь наступит новый год! Друзья, завтра по нашему новому календарю наступит первого января первого года!
Но, кажется, никакого особого эффекта эта новость на колонистов не произвело. Ну и что же, что год наступает? Почему надо радоваться по этой причине? — читалось на их лицах.
Сергей больше не стал задерживаться на этой новости и продолжил распоряжаться с перестановками вещей в пещере кузницы.
К полудню все приготовления встрече нового года, а точнее, к встрече опасной морозной ночи, были окончательно завершены. Даже запирающий вход щит успели изнутри завесить шкурами. Времени было предостаточно, чтобы разобраться что забыли доделать.
По канату со стометровой высоты, в специально для этого связанных перчатках, съехал дозорный.
Он ловко приземлился и сразу подбежал к Сергею.
— Есть новость, командир! — закричал он, еще не добежав. — Руры идут!
— Что!!! — задохнулся от возмущения Сергей.
— Я видел в трубу, что еще с ночи стали собираться в дорогу. Вышли рано утром и все идут сюда.
— Где они сейчас? — закричал Сергей. — Почему не дошли до сих пор?
— Кроме своих пожитков, они волокут с собой статую Марак, командир. Поэтому медленно передвигаются. А сейчас они на полпути сюда.
— О, боже мой! — схватился за голову Сергей. — Эти старики своим фанатизмом убьют их всех! Что делать, Витя?
— Как это ни жестоко говорить, но мы уже ничего не сможем сделать, — грустно сказал Виктор. — Единственная надежда на их сообразительность немедленно готовить убежища.
***С наступлением сумерек заколотили входной щит.
Пока еще домна была достаточно горяча, чтобы не разжигать кострище. Но все колонисты уже обустроились вокруг дров на множестве мехов.
До двенадцати ночи оставались минуты, но не было никакого настроения, не то чтобы праздновать новый год, но даже как-то пошутить.
У них перед глазами стояли оставленные на произвол морозной аномалии целое племя им уже близких людей. Среди них Валентина Петровна и Семен. Множество нормальных мужчин и женщин. А сколько с ними детей!
Сергея бросало то в жар, то в холод. Порой он вскакивал и метался по пещере, как разъяренный лев. На его массивных челюстях бегали желваки.
На вопрос: что может быть хуже бессилия, есть только один ответ: равнодушие.
По «командирским» Виктора пошел четвертый час ночи, когда стали слышны отдаленные визги, словно, стронулись с мест множество несмазанных телег. Те, которые еще не спали из местных, понимающе покивали друг другу.
Виктор вопросительно глянул на рядом сидящего лесоруба.
— Это Буд бродит, — пояснил он. — Он всегда бродит поблизости, когда люди остаются на морозе в этой ночи.
— Ты это о чем? — не понял Виктор. А Сергей притормозил свой бег и набычился рядом.
— Старики рассказывают, что есть такое существо, Будом называют. То ли на него этот мороз не действует, то ли сам является его причиной. Раз в году выходит на охоту в эту ночь, чтобы поедать замерзших досмерти.
Сергей презрительно махнул рукой и возобновил свое движение вокруг костра. А Виктор спросил лесоруба:
— Кто нибудь за эти годы находил съеденные останки людей сразу после мороза?
Вопрос смутил парня.
— Я о таком не слышал…
— А замерзших людей находили?
— Только в прошлую зиму четверо наших охотников попались так в лесу. До этого тоже несколько зим погибали люди.
— И что, были следы зубов Буда твоего? — допрашивал его Виктор.
— Нет, кажется…
— А звуки такие же слышны были?
— Да. Всегда слышны на этом морозе.
— Вот и соображай. Значит, врали ваши старики. Придумали сказку, а вы поверили. Ну, ничего. Все вы станете скоро достаточно научены уму разуму. И рассуждать вас научит Василий Иваныч. А звуки такие, — продолжал Виктор, — наверное, промерзшие деревья издают, когда раскачиваются под ветром.
Парень задумался, потом кивнул:
— Похоже, ты прав.
Дело шло к утру. Люди то засыпали в тревожном сне, то просыпались, испуганно озираясь. Только Сергей и Виктор ни на секунду не смогли сомкнуть глаз. Так и просидели до семи утра.
Когда остальные все тоже проснулись, сказали, что все позади и можно выходить, Сергей сразу подналег плечом к заколоченному щиту, с треском отвалил его на землю.
Моментально все продрогли. Спешно укрылись с головой в шкуры.
В помещение ударил сильный холод вместе со слепящим светом.
Так приветствовала их первого января первого года по-новому местному исчислению.
Плато накрыла неестественно мертвая тишина. И не сразу поняли ее причину, что, водопад вместе с потоком превратился в гигантскую сосульку.
Колонисты, похватав что могли, направились к палаткам. Предстояло восстановление всего до первозданного состояния.
Хлопоты длились недолго. Солнце уже делало свое дело. Водопад тихо-тихо сначала зажурчал, потом все сильнее. Поток стронулся с места, скинув с обрыва Балкона вниз громадное количество льда.
Грохот воды со льдом занял привычное место в ушах людей.
Природа на глазах оживала, но деревья все потеряли последние листочки и теперь лес выглядел серой стеной голых веток. Только озеро пока частично была покрыта льдом.
Сергей потребовал, чтобы срочно начали монтаж водяных колес, спрятанных на ночь в ангар. Нужно было оказаться на вершине как можно скорее.
Пока шли монтажные работы, Виктор нацепил кошки и подошел к тем самым выступам, по которым он когда-то давно уже лазал.
— Может, дозорного пошлем? — неуверенно предложил Сергей.
— Ты что? Сорвется еще. Сам полезу.
Виктор начал свой очередной подъем по торчащим выступам.
За то время, пока он преодолел стометровую высоту, водяное колесо лебедки стало на свой фундамент.
Наверху первым делом Виктор схватил из башенки подзорную трубу и уставился на темные силуэты, копошащиеся вдали.
Они были живы!
Радость переполнила его, и он завопил с вершины своим:
— Они в порядке!
Он в трубу увидел, как Сергей бессильно опустился на промерзшую землю без единой травинки, а все остальные радостно закричали.
Виктор повернулся в сторону руров.
Там где они попались в мороз, зияла глубокая, широкая яма, из которой сейчас они доставали шкуры и свой скарб.
Прямо перед ними лежала на боку пополам треснувшая Марак. И люди с носилками обтекали их, шли дальше по дороге в их направлении.