Колония строгого режима (СИ)
Минут через десять Виктор не верил, что он впервые в жизни полез в воду. Марзан плыл по воде, как заправский моряк.
— Молоток. Так и надо. Потом научу тебя баттерфляем плавать. А на пока хватит. Пошли назад.
Они выбрались на берег в ста метрах от того места, где вошли.
Марзан был счастлив, что уже умеет плавать и всю обратную дорогу только о том и говорил, что лучше плавания ничего на свете не существует.
Оделись на мокрое тело и побежали к горящему костру. Там уже жарились куски мяса. Не спрашивая, чье оно Виктор и Марзан вгрызлись зубами в еще горячую сочную лопатку с двух сторон сразу. Сок потек у них по подбородку, почему-то этим рассмешив до колик.
Виктор все больше симпатизировал Марзану. Хороший был товарищ. Надежный, как скальная стена.
После ужина Виктор поставил двоих караулить, назначил вторую и третью смену, а остальные легли у костра.
Ночь прошла без происшествий.
С утра доели остатки ужина и, рассредоточившись, проникли в лес.
Судя по карте, он был не слишком-то широк. Виктор рассчитывал к полудню выбраться на ту сторону. А там первое поселение — это этрады, а далее по карте шло поселение зеудов. В каждое племя по наблюдателю сочли излишней роскошью. Выбранному послу ничего не будет стоить курсировать между ними, чтобы быть в курсе дела, каково положение в них по отношению к рабовладельчеству.
Главное было не потерять верное направление строго на север. А в незнакомом лесу это проблема. Тут компас нужен.
«Черт побери! — с досадой думал Виктор. — И чего это до сих пор мы не сделали его?»
Среди его парней проблем с ориентацией в лесах не было. Все бывшие охотники, чувствовали себя среди густых ветвей как у себя дома. Только по им известным незначительным мелочам они свободно ориентировались в направлении. И если Виктор в одиночестве день блуждал бы тут, то они раньше, чем солнце встало в зените, пробежали до противоположной опушки. Тут они, буквально, налетели на десяток воинов с копьями.
Скорее всего, это были дозорные этрад. В тонких плетенках и черенками в руках. На голове до боли знакомые повязки. На ногах те же мокасины. Как можно желать убивать таких незащищенных людей?
Виктор поднял приветственно палец к голове и улыбнулся хозяевам этих земель. Его ребята напряглись, когда дозорные ощерились копьями, но Виктор гаркнул: «отставить!» и сразу решил их проблему. Сам же развел руки в жесте добрых намерений и пошел к дозорным.
— Мы пришли с миром, — сказал он на языке руров. — Не воевать, а разговаривать со старшинами. Вы проводите нас к ним?
Дозорных немного отпустил напряг. Наконечники копий несколько опустились.
Вперед вышел один из них, видать, назначенный старшим над ними, и спросил хриплым от волнения голосом:
— Кто вы такие? Откуда пришли?
— Из новой Руси, — ответил с усмешкой Виктор. Понятно, что они и слухом не слыхивали про таких. Пусть поломает голову.
Дозорный действительно сморщил лоб, стараясь вспомнить про такое племя, но, так и не вспомнив, задал другой вопрос:
— Зачем пришли?
— Я сказал тебе: поговорить со старшинами. Отведите нас к ним.
Снова поморщив лоб тот что-то пообдумал, потом заявил:
— Отведем вас. Но, если вы…
— Знаем, знаем, — перебил его Виктор. — Если что, перебьете нас, как куропаток. Согласен. Ведите. — И сказал своим: — Стройтесь по трое. Посол со мной рядом пойдет.
Отряд выбрался на такой же зеленый луг, что был до леса. Впереди на возвышенности холма и приютилось поселение этрад.
Высокий деревянный забор и ворота, охраняемые воином с копьем. А кругом беготня, суета. Множество голопопых детишек. Как все это уже знакомо. До ностальгии.
Виктор улыбнулся пролетевшим в памяти воспоминаниям и бодро зашагал в поселение. Конвой еле успевал за ними.
Один из них побежал вперед предупредить остальных и старшин о появлении чужих странных людей, а воин в воротах телом преградил гостям путь, грозно раздувая ноздри.
— Привет, друг, — к нему со смехом обратился Виктор. — Как живется у вас?
Охранник растерялся: говорить с добродушным пришельцем или этого ему делать нельзя? Потом, все же, решил, что отвечать ему можно. Главное, не пропустить во внутрь.
— Трудно живется, — с горестью ответил он.
— Что так? — удивился Виктор. Обычно в племенах принято стандартно отвечать, что все окей.
— Живность далеко ушла отсюда. Часто голодаем. Только фруктами питаемся.
— Как ушла живность? — поразился Виктор. Он прекрасно помнил то изобилие, что творилось на всех полях и лесах. Сам чуть ли не руками доставал рыбу из реки. А тут — ушла.
— Уже много дней как ушла, — с грустью повторил охранник, совсем еще молодой охотник племени.
К воротам спешили двое старших в длинных туниках; у одного туника сверкала, украшенная яркими разноцветными камушками. Хозяина этой туники Виктор сразу узнал: жрец, которого когда-то они с Сергеем в плен брали, потом отпустили. Интересно, узнает Виктора?
Подбежали в окружении с десяток воинов и множества простых поселенцев.
Все уставились на незваных гостей, как на невидаль.
Виктор опять приложил палец к виску:
— Приветствую старейшину!
Попытался сказать со всем почтением, но вряд ли у него вышло так, как те этого ожидали.
Тут жрец сделал шаг вперед и в упор уставился на Виктора.
«Узнал, подлец», — усмехнулся про себя Виктор.
Но жрец молчал в тряпку. Не рассказал же своим, что тогда поступил, как последний предатель, чтобы спасти свою шкуру. Его же сами и пристукнут за такое. Скорее всего, вернувшись тогда, наплел в три короба, как он героически бился с рурами и мечом пробивал себе путь на свободу. А тут своими ногами явился свидетель тех событий. Виктор представлял, что творится сейчас в душе жреца.
— Зачем пришли к нам? — спросил старейшина.
Не уж-то у всех у них только этот вопрос в голове крутится?
— Пришли мы из далекой страны, которая называется новая Русь. Вы еще не слышали о ней, хотя она близко от вас. А пришли поговорить о жизни. Может, сможем помочь выжить в ваше тяжелое время. Слышали, голодаете теперь.
— Да. Это так, — грустно подтвердил старец.
— Мы сможем войти в поселение и поговорить там?
При этих словах жрец поежился.
«Неужели он думает, что из-за его персоны мы сюда пришли?»
Виктор с усмешкой глянул на его камушки. — «А что. В свое время такие же корунды нас здорово выручили».
— Пропусти гостей, — повелел старец воину; потом чинно повернулся и пошел назад.
Отряд вступил в поселение этрад. Оно оказалось почти в два раза больше бывшего у руров.
Сотни зеленых домов-деревьев окружали небольшую площадь, в центре которой из-под земли бил высокий столб огня. Очевидно было, что здесь фонтанирует природный газ. Вокруг скважины сверкала орнаментом оправа из крупных разноцветных корундов.
«Неужто этрады огнепоклонники?» — удивился Виктор.
Он увидел, что проходившие мимо столба гудящего огня задерживают шаг и прикладывают руку ко лбу. А жрец даже на колени опустился, прежде чем последовать дальше.
«Месторождение газа найдено. Жаль, что так далеко от скал. А где газ, там может оказаться нефть, — раздумывал Виктор. — Источник топлива искать нужно здесь».
Их повели до большущего дома, который Сергей обязательно переименовал бы Белым Домом.
Со старейшиной и жрецом вошли только Виктор и посол. Остальные остались на площади. У занавешенного шкурами входа, как принято, стояла охрана.
Гостей посадили на шкуры у костерка, а сами расселись напротив.
Виктор решил не терять время на церемониальное начало разговора, а сразу переходить к сути.
— Часто ли бывало, что дичь уходила из этих мест?
Старейшина вздохнул:
— Впервые за все время существования нашего племени.
— И по какой причине не знаете?
— Нет, знаем, — ответил шаман. — На нас прогневился дух огня. Мы не приносим давно ему в жертву кровь пленных.
Виктора передернуло. Везде найдутся гады. В его мире были такие же кровожадные, но назывались политиками. Тут — сволочные шаманы. И, как правило, почитаемые. Хотя все они, по сути, хищники, проливающие чужую кровь.