Симбионт 2 (СИ)

— Ты таблетки воздержись на ночь пить, — проговорил во мне Субботин. — Особенно снотворное.
— Да понял уже, — проворчал я в ответ.
— Сможешь подойти к окну? — вопрос оказался неожиданным. — Посмотри, на каком этаже ты находишься. Мало ли, вдруг придётся сигать вниз.
— Попробую, — я откинул одеяло, спустил ноги на пол, осторожно встал. Слегка качнуло в сторону, перед глазами всё поплыло. Выждав некоторое время, почувствовал себя лучше и направился к окну, наполовину закрытому жалюзи. Потянул витой шнурок, поднимая пластины вверх. Опершись на подоконник, уткнулся носом в прохладное стекло.
  
— Так, пластиковое окно, тройной стеклопакет, — деловито заговорил майор. — Ручки для открывания присутствуют, решёток снаружи нет. Значит, мы не в палате для преступников. Просто замечательно.
— Третий этаж, — сказал я, вглядываясь в сумрак наступающего вечера. Хорошо, хоть фонари ярко освещают внутреннюю территорию больницы. Отсюда видна часть кованого забора, дорожки, чашу фонтана (уже не работающего) и кусок парковой зоны. Получается, окно моей палаты расположены с фасадной части здания.
Я дал майору возможность как следует рассмотреть окрестности, после чего опустил жалюзи вниз и вернулся в койку. Включил настенное бра, удобно расположенное рядом с тумбочкой. Мягкий свет разогнал темень в палате. Интересно, когда здесь ужин? К сожалению, я мог ориентироваться только на биологические часы, так как своих у меня не было. Сняли перед операцией, скорее всего.
— Думаю, ужин дают в шесть часов, — вдруг подсказал Субботин. — В моём мире в большинстве поликлиник и больниц такое расписание…
— Значит, будем придерживаться местного расписания. Когда принесут кормёжку, тогда и принесут, — откликнулся я и выпил красную таблетку, потому что уже знал её свойства. А вот жёлтую пока решил не трогать. Медсестра не объяснила, для чего она. Снотворное в серебристом блистере тоже отодвинул в сторону.
Открылась дверь и в палату заглянул широкоплечий парень, лицо которого мне показалось знакомым.
— Ужин привезли, Михаил Александрович, — доложил он, закрывая собой маячившую за спиной медработницу с тележкой.
— Егорка, это ты, что ли? — узнал я охранника. От сердца отлегло. Значит, папаня не бросил меня на произвол судьбы.
— Я! — подтвердил парень, улыбаясь. — Со мной ещё Филя. Будем здесь, пока вас не выпишут.
Филю я тоже знал. Вертлявый черноволосый парень, похожий на цыгана, такой болтливый, что с ним никто не мог высидеть и получаса, чтобы не сбежать. Он частенько сопровождал грузы в Семиреченск, да и Уральск ему знаком.
— Который сейчас час? — спросил я.
— Шесть ноль-пять, — доложил Егорка и отошёл в сторону, пропуская медработницу с ужином. Та что-то тихо проворчала, охранник приложил руку к сердцу, как бы извиняясь за задержку.
Ну и что тут у нас? Рис и кусок отварной курицы, два кружка диетической колбаски, салат из свежей капусты с морковкой, чай, хлеб. Негусто.
— Я же с такого не наемся, — я сделал жалостливое лицо. — Пару пирожков бы…
— Не положено жареное и печёное, — невозмутимо проговорила женщина, оставив поднос с ужином на тумбочке. — Назначена диета. Дома будете пирожки кушать, господин. Покушаете, тарелки оставьте на подносе. Я потом заберу. Приятного аппетита.
Она развернула тележку, на которой были ещё два подноса с ужином (наверное, развозила его таким же лежачим, как и я), и направилась к выходу. Егорка пропустил её и закрыл дверь, оставив меня наедине с курицей.
— Ну, хоть в этом у нас различий нет, — веселился Субботин, слушая моё ворчание. — А как ты хотел, голубчик: питание в наших больницах самое суровое и беспощадное! Привыкай!
— Легко тебе говорить, а я варёную курицу не люблю, — с тоской глядя на кусок белого мяса, ответил я, и стал цеплять вилкой рис.
Тем не менее, съел всё, как ни странно. Видать, таблетки восстановили магическую ману, что разогнало метаболизм в организме. Насытившись, запил ужин чаем и отвалился на подушку.
— Майор, что делать будем? — спросил я, глядя в потолок.
— Ждать, — прошелестел голос Субботина. — В окно вряд ли полезут. Этот вариант я отметаю. Остаётся проникновение через дверь. Охрана меня не впечатляет.
— Хорошие парни, драться умеют, — мне стало обидно за ребят.
— Драться все умеют, только не все побеждают, — резонно заметил майор. — А наши противники зело резкие. И не боятся использовать огнестрел. Как бы не наделали дырок в охранниках.
— И как они сюда проникнут? Всё-таки здесь закрытое заведение…
Субботин фыркнул, словно не верил в неприступность больничной цитадели.
— Поверь, способы есть. Так что сегодня ночью бдим, не расслабляемся. Любого, кто войдёт в палату в это время, прикидываясь доктором-няшкой, буду валить. Извини, тёзка, но мне твоя шкура дорога. Как бы и я в ней тоже нахожусь.
— Хорошо, — мои глаза всё-таки стали слипаться, несмотря на героическую борьбу со сном. — Слушай, я подремлю чутка. Сил нет!
— Поспи-поспи. Всё равно ещё будут медицинские процедуры. Забор крови, измерение температуры, давления. Может, и укол поставят.
Я хотел ещё что-то сказать, но утомление и ослабленность организма после ранения сыграли свою роковую роль. Лучше уж сейчас часок сна вырвать, чем ночью отрубиться. Опасения майора были небезосновательные. За мной стали охотиться всерьёз, а это означало одно: Мистер Икс не успокоится, пока не получит мою голову.
Короткий сон, как ни странно, очень помог. Разбудило меня лёгкое потряхивание за плечо. Я мгновенно открыл глаза, готовый к любому варианту событий, но увидел склонившуюся надо мной знакомую медсестру. Девушка от неожиданности отдёрнула руку и тут же сухим голосом, скрывая испуг, проговорила:
— Больной, мне надо взять у вас кровь из вены. И укол поставить.
— Не в попу, надеюсь? — я закатал рукав пижамы и подставил правую руку.
— Не надейтесь, — усмехнулась девушка. — К счастью, лицезреть ваш зад мне не придётся. Чуть-чуть приподнимитесь и откиньтесь на спинку кровати. Давайте руку.
Она ловко перетянула жгутом руку выше сгиба локтя и заставила поработать кулаком. Потом протёрла ваткой место, куда собиралась воткнуть иглу. Какое-то мгновение её пальцы в перчатке искали вену. Я со скучающим видом поглядел в потолок, дожидаясь прокола. Надо сказать, рука у девушки оказалась лёгкой. Она всё сделала быстро и почти без боли. А то бывают такие специалисты… вместо вены в мышцу умудряются попасть.
Первая пробирка наполнилась кровью, и девушка быстро поменяла её на новую и сняла жгут.
— Всё, — сказала она через несколько секунд, вытаскивая иглу. — Зажми ватку и подержи немного.
— Всего две? — удивился я.
— Мало крови потерял? — усмехнулась медсестра. — Какой щедрый! У нас за каждый миллилитр крови одарённого строгая отчётность! Мало её взять — надо ещё специальный бланк заполнять, кто брал, на какие анализы идёт… Вся цепочка людей вписывается в это дело. Так что…
На лицо девушки набежала тень и тут же пропала.
— Не знал, что с этим так строго, — я сочувственно посмотрел на неё. — Так как вас зовут? Кому потом цветы и конфеты подарить за такую заботу?
— Ловелас, — усмехнулась милашка. — Не выйдет у вас, сударь, ничего. У меня жених есть.
— Но это обстоятельство не мешает мне узнать ваше имя. Хотя бы ради уважения к такой тяжёлой работе.
— Зина, — всё же сдалась девушка.
— А я Михаил, — на моей физиономии расплылась улыбка. Но потом исчезла. — Зиночка, вы же сегодня на сутках? Если вдруг ночью услышите что-то непонятное — шум, крики или ещё что-то в моей палате — не вздумайте сюда заходить. Лучше сразу вызывайте охрану.
  
— А что может произойти? — сузила глаза Зина. — Вы превратитесь в оборотня? Прекратите пугать меня, больной. Анализ вашей крови при поступлении не выявил антител к метаморфированию организма.
— И даже такие анализы существуют? — я вытаращился на медсестру, выискивая на её лице улыбку. Показалось, она шутит.