Симбионт 2 (СИ)

— Говорите прямо — демон, — вырвалось у меня несколько грубовато.
— Не совсем демон, не совсем, — у Галкина зло блеснули глаза от такой бесцеремонности. — Скорее, прислуга, наделённая некими возможностями, отличными от наших, человеческих. По-современному можно сказать, что у него есть права администратора, не более. Но этого достаточно для исцеления молодого княжича.
«Врёт, как дышит, — пробурчал Субботин. — Но хоть в одном сознался, что призывали демона».
  
Я был с ним согласен. Да и в радушие канцлера совершенно не верилось. Убьют меня на Алтаре, как пить дать, убьют. И фокус, который удался в подвале графа Татищева, в следующий раз провернуть не удастся.
«Вот только беда, Мишка, — продолжил рассуждать майор. — Я ведь пересёк дорогу демону, занял его место, но никто этого не знает. Допустим, канцлер и в самом деле хочет спасти сына. А как я смогу вылечить парня, если ни хрена не волоку в магии? Особенно в демонической?»
На этот вопрос я не мог ответить, потому что сам ничего не знал. Есть надежда на Кузнича — он башковитый чародей, не просто владеющий магизмом, но вникающий в суть происходящих внутри него процессов.
— Так каков будет ваш ответ, Михаил? Я вас убедил в необходимости расстаться с… симбионтом?
— Я не могу решать такой вопрос в одиночку, — делаю вид, что глубоко задумался. Алла предупреждала, чтобы я следил за каждым словом. — Во-первых, как будет решаться проблема виры? Во-вторых, нужны гарантии безопасности мне и моей семье. В-третьих, насколько легитимен такой ритуал с позиции Святой Церкви? Не получится ли так, что и Шуйские, и Дружинины пойдут на эшафот, как во времена Инквизиции? Призыв демона — это гораздо хуже, чем мировая война. И честно говоря, нет у меня доверия к вашим словам, Тимофей Матвеевич, уж не сердитесь.
— Рассуждаете верно, Михаил, — уголки губ Басаврюка дёрнулись в улыбке. — Действительно, над этими вопросами должны работать юристы обоих Родов. Но проблема в том, что время уходит. Княжич очень плох.
— Извините, Тимофей Матвеевич, но это не моя проблема. Я не хотел такого подарка, поверьте. Но раз я им владею, просто так с ним не расстанусь. Дайте мне и семье гарантии неприкосновенности, и мы начнём договариваться.
— Я услышал вас, Михаил Александрович, — снова перешёл на официальный тон Басаврюк. Он остановился и повернулся ко мне лицом. — Сегодня же буду разговаривать с князем Шуйским. Будем решать вопрос совместно. Мне импонирует ваша позиция, и будьте уверены, я донесу её до хозяина в полной мере. Засим позвольте откланяться.
— Позвольте вопрос, Тимофей Матвеевич, — остановил я его. — А как насчёт бандитов? Не будет ли проблем с полицией? Не обвинят ли меня в неправомочных действиях?
— А кто об этом узнает? — улыбнулся Басаврюк.
— Например, вы можете предоставить запись, которую вели всё это время, — улыбаюсь в ответ.
— Ваша претензия необоснованна, молодой человек, — Галкин нахмурился. — Я вёл честный разговор, чтобы не скомпрометировать вас.
— В таком случае, извините, — я кивнул, якобы веря его словам. На самом деле меня взяла досада. Мог бы в самом начале настоять на том, чтобы никто из нас не мог вести запись. Но Луиза уже зафиксировала беседу от начала и до конца, подключившись к моему телефону. Так что у нас появился первый компромат на князя Шуйского, как и у него — на меня. Басаврюк, имея в наличии сетевые импланты, ну никак не мог не заснять видео с нашим разговором. Недаром постоянно в мою сторону голову поворачивал.
— Когда вы дадите свой ответ? — умело скрывая нетерпение в голосе, спросил секретарь.
— Через три дня, не раньше, — твёрдо ответил я. — Сами понимаете, насколько щекотливый вопрос нужно решить. А отец не любит поспешных действий.
— Что ж, позвольте откланяться, — Басаврюк прикоснулся к полям шляпы, после чего резко развернулся и в сопровождении своих гренадёров-телохранителей зашагал прочь, а вскоре исчез из виду, спустившись по лестнице с набережной.
Мы вернулись к микроавтобусу, где нас уже ждали Луиза и Арсен с Филом. В тёплом салоне меня разморило, и я откинулся на спинку сиденья, мечтая о том, как пару часиков вздремну, когда доберусь до общежития.
— Кажется, игра пошла в открытую, — усмехнулась Луиза, повернувшись в мою сторону. — Почему ты сразу не сказал о симбионте? Я-то голову ломала, с чего вдруг весь мир ополчился на Михаила Дружинина? Вот теперь понятно, почему тебе так невероятно везло.
— От этих откровений моё положение не изменилось бы, — состояние расслабленности мгновенно улетучилось. — Шуйский всё равно не прекратит охоту, да и не факт, что поверит в симбионта. Ему выгоднее считать, что во мне демоническая сущность.
«А если поверит, что во мне „обычный“ симбионт, то просто зачистит всю мою семью. Толку-то от ритуала не будет», подумалось мне.
— Нельзя идти на поводу у канцлера, — со всей серьёзностью сказала девушка. — Он ведь хочет заполучить демоническую тварь по многим причинам. И сына вылечит, и вложит в его руки невиданные в нашем мире боевые способности, которые пригодятся Роду Шуйских. Он начнёт избавляться от своих врагов, пока полностью не зачистит вокруг себя политическое поле. А там и до императора доберётся. Но у меня имеются сомнения, что князь сможет полноценно управлять сущностью. Как бы демон не выкосил в первую очередь семью самого Шуйского…
— Поверь, он жестоко ошибётся, если сделает ставку на симбионта, — усмехнулся я, уверенный в моральном превосходстве Субботина над всей этой вознёй в аристократической среде.
«Ты прав, — тут же откликнулся майор. — Я могу запросто устроить забастовку, и никто мне ничего не сделает. По сути, меня не существует».
— Как поступишь? — Луиза сдвинула брови к переносице, ожидая от меня ответ.
— Сначала обсужу вопрос с отцом, а уже потом приму решение. Арсен, заводи мотор, отвези нас в общежитие. А по пути послушаем план Скаута.
— Да в общем-то, план простой, — оживился Скаут. — Предлагаю атаковать буксировщик не на пристани, а когда он отойдёт от Уральска хотя бы на десять километров. Суть проблемы в том, что мы точно не знаем, когда бандитам вздумается отчалить. Завтра или послезавтра, ночью или на рассвете… А нам придётся всё это время торчать на виду местного населения. Амулетов невидимости на всех не хватит, а значит, повышается риск засветиться.
Я кивнул. Наш первоначальный план не был идеальным. Мы рассчитывали на молниеносное нападение на судно, но ведь до этого момента где-то придётся прятаться, ждать момента, когда девушек повезут на «Карлыгач». От дома Мустафы до причала всего метров двести-триста. Скаут говорил, что к нему на подворье загнали микроавтобус. Значит, похищенных девушек загрузят в машину, довезут до буксировщика, посадят в трюм. И всё это под бдительной охраной. Тихо проникнуть на «Карлыгач» не получится. Придётся ввязываться в бой, что нежелательно. На помощь Нарбеку прибегут нукеры Мустафы. И всё, нам хана.
— Согласна, — словно подслушав мои мысли, сказала Луиза. — После разведки нам стало понятно, сколько бойцов есть у Мустафы и Нарбека. Ввязываться в безнадёжный бой ради спасения девушек считаю нецелесообразным. Скаут прав: нужно дать контрабандистам отплыть подальше от Уральска. Но где мы устроим засаду?
— За Меловыми Горками начинаются относительно безлюдные места. Урал за лето слегка обмелел, появилось множество островков. Идеальные места для засады, — пояснил Скаут.
— И как нам брать буксировщик на абордаж? — скептически спросил я и увидел устремлённые на меня взгляды бойцов. Даже Арсен и Луиза смотрели со снисходительностью. — Что? Поясните пожалуйста. Ладно, катера мы найдём, спрячемся и в нужный момент выскочим на открытую воду. А бандиты такие наивные, будут ждать, пока мы приблизимся? Да они нас расстреляют, как мишени в тире.
  
— Два выстрела из гранатомётов в ходовую, чтобы судно замедлило ход, — усмехнулся Кукарача. — Нагоняем, берём на абордаж.
— Это не решает проблему шквального огня с борта, — я чего-то не понимал, поэтому начал злиться. Или «тройка» такая отбитая на голову, что готова полностью погибнуть?