Симбионт 2 (СИ)
— Он что-нибудь требовал?
— Конечно. Гарантии неприкосновенности, безопасности как для себя, так и для семьи. Для него этот вопрос главный. После того, как с ним обошёлся граф Татищев, Михаил будет очень осторожным. Я считаю, сделка будет очень тяжёлой. Возможно, Дружинины откажутся от нашего предложения. Должен вас предупредить, мой господин, что молодой человек ещё и виру попросил.
— С этим разберёмся, — не удивился обстоятельности мальчишки канцлер. Наверняка, с отцом консультировался. — Ты подкинул ему косточку с бандитами?
— Да, господин. Но… — Басаврюк замялся, — когда я с ним разговаривал по поводу контрабандистов, появилось ощущение, что он уже сам знает, где находятся похищенные девушки. Воспринял мои слова спокойно, без всяких эмоций или слов благодарности.
— Каким образом он мог узнать?
— Не знаю, княже. Я бы предположил наличие у него человека с имплантированными сетевыми кибердеками, умеющего взламывать защищённые серверы для доступа ко всем видеокамерам города. Он мог отследить, куда отвезли последних похищенных девушек-студенток. Это моя версия, не более…
— В любом случае ты знаешь, что делать.
— Да, княже. Как только Дружинин со своими людьми попытается освободить заложниц, прибудет криминальная полиция и группа специального назначения. Применение огнестрельного оружия в городе тянет на серьёзное обвинение. Дружинин и так ходит по тонкому льду после всех неприятностей, что с ним случились, но в этот раз ему инкриминируют тяжёлую статью. А я буду ждать момента, чтобы вытащить мальчишку.
— Думаешь, он проникнется к тебе доверием? — ухмыльнулся Шуйский, который этот план и предлагал запустить, чтобы привязать Дружинина к себе и показать, что он не враг, а вовсе наоборот, желает добра.
— Главное, чтобы Михаил не связал свой арест со мной, — разумно ответил Басаврюк.
— Главное, чтобы он не выпустил наружу демона, — хмыкнул канцлер, постукивая пальцами по подлокотнику кресла. — Иначе там такое кровавое месиво будет, что уже никому не удастся скрыть происходящее в глубинке. Если узнает император и Святая Церковь — всё, это конец. А у меня, Тимоша, очень большие планы на эту тварь, которая с юной мальчишеской душой слилась. Так что никакой полиции, слышишь? Пусть Дружинин немножко героем побудем. А ты ему помоги. Зря я к тебе своих волкодавов пристроил, что ли?
— Эммм… — замялся Басаврюк. — Осмелюсь обратить внимание на одну фразу Михаила. Он при разговоре со мной употребил слово «симбионт». Я не стал расспрашивать, что юноша подразумевает под этим словом, но такая оговорка насторожила. А вдруг он знает, что к нему подселился не демон?
— Насколько ты уверен, что Дружинин не считает «симбионта» демонической сущностью? — задумался Шуйский.
— Нет такой уверенности, княже, — признался секретарь.
— Вот и продолжай делать то, за чем приехал в Уральск.
— Значит, дать волкодавам поучаствовать в акции? — по голосу ощущалось, что Басаврюк повеселел.
— Вот это будет гораздо лучше, — на ходу менял сценарий Шуйский. — Вот так мальчишка станет доверчивее, охотно пойдёт на сделку. Всё, работай, Тимоша. Жду результата.
Он первым отключился и замер, продолжая выбивать пальцами по подлокотнику какой-то замысловатый марш. Слуга, вошедший в кабинет, поставил на столик перед ним чашку горячего чая с ломтиком лимона и стеклянную розетку с рафинадом, к которому прилагались щипчики. Поклонился и исчез за дверью.
Шуйский вдруг поймал себя на мысли, что только что дал команду Басаврюку помогать всеми силами Дружинину, найти способ уговорить его добровольно приехать в Москву и согласиться на ритуал извлечения. Причём, без жёсткого давления, не ломая мальчишку. Глядишь, и убивать не придётся… Хотя, вряд ли. Такие ритуалы очень опасны из-за нестабильности сущности. Она ведь в любом случае уничтожит своего носителя, когда будет вырываться наружу. Нет у Михаила шансов, увы. Но этого знать смертнику не нужно.
Примечание:
[1] «Високосный год», И. Калинников — «Метро»
Глава 3
Лихим кавалерийским наскоком…
Самой большой проблемой для нас оставалось невыясненным, когда Нарбек со своими дружками соизволит отчалить из Уральска. «Карлыгач» до сих пор стоял у причала, и никаких признаков, что он собирается выходить в рейс, не было. Каждые шесть часов Скаут, Кукарача и Пузо, сменяя друг друга, отслеживая любое подозрительное движение в Татарской слободке.
Луиза тоже не сидела сложа руки. Весь день, пока шли занятия, она выходила в Сеть, подключалась к видеокамерам Мустафы и наблюдала за каждым шагом нукеров. Не знаю, по каким признакам ей удастся вычислить время, но очень надеялся, что мы не опоздаем.
Сегодня в университете занятия закончились довольно рано. К двум часам мы уже были свободны. У нашего ректора Дмитрия Григорьевича, оказывается, сегодня день рождения, и по этому случаю весь педагогический состав собирался отметить столь знаменательное событие в лучшем ресторане города. К нашему облегчению, факультативы для первокурсников автоматически отменялись.
Мы собрались своей компанией в парковой беседке и с надеждой уставились на Луизу, которая в тёмных очках неподвижно сидела на лавочке. Пальцы рук, лежащих на коленях, едва заметно шевелились, как будто пытались найти нужную клавишу на невидимой клавиатуре.
Наконец, она задрала очки на лоб и улыбнулась, не показывая на лице ни малейшей усталости. Но я-то видел, что Луизе чертовски тяжело. Несколько часов вести атаки на чужой сервер, проникать в чужую систему, отслеживать ситуацию, выходить и через некоторое время повторять алгоритм взлома, кого хочешь вымотает. Но моя телохранительница уже почувствовала запах крови. Она ведь обещала уничтожить Нарбека, и от своего слова отступать не желала.
— Ну что? — нетерпеливо спросил Шакшам, покручивая в руке чётки. Тоже нервничает. Его брат Алдияр с десятью бойцами уже находился в Уральске и ждал сигнала к действию.
— Сегодня ночью девочек перевезут на «Карлыгач», — облегчённо вздохнула Луиза. — Нарбек хочет отплыть в пять часов утра, чтобы ещё в сумерках миновать Меловые Горки.
— Чего он так боится? — удивился Ванька. — Плывёт себе обычная посудина по реке, никого не трогает.
— Неподалеку от станицы Круглоозёрной находится казачий пост, — пояснил Шакшам. — Но он не круглосуточный, поэтому контрабандисты точно знают, когда можно проскользнуть мимо него.
— А разве казаки имеют право на досмотр? — теперь и мне стало интересно. — Ближайшая таможня находится в Гурьеве… Хм, значит «товар» будут выгружать гораздо раньше.
— Самое подходящее место — в окрестностях станицы Кондауровской, — добавил всезнающий казах. — Это недалеко от Гурьева. Там Нарбек может спокойно сойти на правый берег и спрятать девушек в надёжном месте у кого-нибудь из пастухов. Никто их уже не найдёт.
— У казаков нет права на досмотр, — ответила Луиза, дождавшись, когда Шакшам замолчит. — Кроме случая, если поступил приказ от атамана. Сам атаман без визы губернатора и пальцем не пошевелит. Это ведь работа полиции, искать преступников. Казаки же наделены только вспомогательными функциями. Так что Нарбек просто не хочет проблем на ровном месте. Но и это хорошо. Устроим засаду и перехватим «Карлыгач», как планировали.
— Свободный ход буксировщика может колебаться от двадцати до тридцати километров в час, в зависимости от типа судна, — Валёк быстро просмотрел на телефоне какую-то информацию. — Выходит, что через час «Карлыгач» будет далеко от Уральска.
— Ага, на Урале семь загибов на версту, — хмыкнул Ванька. — Опасно идти по темноте на полном ходу.
— Фарватер обозначен бакенами, — возразил Зазнобин. — Опытный капитан проведёт корабль, как ниточку сквозь игольное ушко.
— Ладно, пора собираться, — Луиза оглядела нас внимательным взглядом. — Все готовы? Хорошо подумали, нужно ли вам впутываться в такое дело?
— Я тоже хочу участвовать, — пробурчал Валёк, который очень расстроился, когда ему объяснили, что при его неопытности очень опасно влезать в подобные авантюры. К сожалению, изнанку жизни наш товарищ знал только по адвокатским делам, которые вёл его отец. А ведь мы собирались столкнуться не с любителями утиной охоты. Это волчары, готовые убивать без каких-либо моральных терзаний. — Как я потом буду вам в глаза глядеть?