Расплата (ЛП)

Я кивнула, опуская руки, когда поняла, что мои поправления становятся скорее следствием тревоги, чем необходимостью.
— Она дальше, и всё же она зовет меня сильнее всех остальных, будто умоляет, чтобы её нашли.
Оба замерли.
— Ты волнуешься? — спросил Драйстен.
Я накинула капюшон плаща, протягивая каждому руку.
— Я волнуюсь не больше, чем из-за остальных.
Ни один из них не колеблясь ухватился за меня, что немного смягчило мой настрой. Я ожидала, что Элестор начнет расспрашивать меня, предлагать взять с собой кого-то еще, возможно даже Торна, но он лишь заглянул мне в лицо и кивнул. С тех пор как мы были на горе, что-то между нами изменилось. Я знала, что он и раньше уважал меня, но какая-то последняя преграда, о существовании которой я и не подозревала, рухнула. Я доверяла ему говорить то, что он думает, и знала, что могу рассчитывать на него в минуты неуверенности.
  
Серебряная нить внутри меня гудела и тянула. Я нахмурилась, чувствуя, как беспокойство когтями скребет в животе, когда тени вырвались из моей груди и окутали нас. Элестор и Драйстен расслабились в тисках моей магии, наконец привыкнув к такому способу передвижения. Как один, мы шагнули сквозь тьму, и на мгновение мне показалось, что я увидела мерцание чьих-то фигур в темноте междумирья. Нет, не одну, а две: мужчину и женщину с огромными серебряными крыльями. Но в следующий миг они исчезли, стертые тенями, когда те рассеялись.
Я заморгала, так как запах серы щипал глаза и обжигал нос. На мгновение я застыла в темноте, думая, что мы всё еще идем сквозь тени, прежде чем мои глаза медленно привыкли. Впереди стояло узловатое дерево, паукообразные ветви которого тянулись во все стороны и погружались в жутко спокойное, иссиня-черное озеро. Земля хлюпала под ногами, когда я переносила вес тела, а чуть поодаль из груды камней доносилось бульканье.
— Звезды, — выругался Элестор, переходя на шепот. — Где мы?
Никто из нас не ответил, я скорее услышала, чем увидела, как они оба обнажили мечи. Топор тяжестью ощущался в моей руке, когда я вытащила его из ножен, но по руке пробежала теплая дрожь, словно Рен был здесь, со мной.
— Ступайте осторожно, — предостерегла я, делая небольшой шаг вперед.
С каждым шагом земля засасывала наши ноги, вскоре мы уже тяжело дышали, вытягивая конечности так, будто почва вознамерилась оставить нас в плену. Темно-синее небо потемнело почти до черноты. Тяжелые капли тумана оседали на наших лицах и делали волосы влажными. Глаза щипало от пота, катившегося по лбу, и я поспешно вытерла его краем плаща.
Приторно-сладкий привкус коснулся моего языка, конечности вмиг стали одновременно тяжелыми и невесомыми. Каждый шаг давался труднее предыдущего, а в мысли закралась странная дымка. Неужели я сплю? Разве мы еще не отправились за следующей частью Рена?
Пройдя около мили, я остановилась, хмуро глядя на дерево.
— Мы не сдвинулись с места.
Драйстен, тяжело дыша, уперся руками в колени, прежде чем выпрямиться.
— Горящие солнца, оно не может быть тем же самым.
— Оно самое, — прохрипел Элестор, пошатнувшись, когда вытащил ногу из губчатой почвы. — И то же озеро под ним.
— Это реально? — пробормотала я, проводя рукой по волосам, дергая за пряди и пытаясь оценить боль, пронзившую кожу головы.
Элестор сжал мое плечо так сильно, что я шикнула.
— Это реально, но здесь витает странная магия, Оралия. Ты чувствуешь её?
Я чувствовала. Магия буквально висела в воздухе. Затылок закололо от предчувствия. Я резко развернулась, выставив топор вперед с криком, и тут же отпрянула на шаг: лезвие оказалось в считанных дюймах от горла Драйстена, а дерево по-прежнему стояло передо мной. Снова последовал укол силы, теперь в висок, и когда я обернулся на него, то поняла, что стою на том же самом месте.
— Что-то не так… — выдохнула я, чувствуя, как сердце колотится в груди.
Воздух прорезал свист, похожий на полет стрелы. Мои тени метнулись навстречу, но наверху ничего не оказалось. Я попыталась перенести вес, но ноги не слушались. Посмотрев вниз, я почувствовала, как к горлу подступает паника — черная смола ползла по моим сапогам, обвивая икры. Рукоять топора скользила в потной ладони, пока я тщетно пыталась вытянуть ноги.
Но когда я подняла голову, чтобы позвать на помощь, Драйстен и Элестор исчезли.
Вместо них стоял Рен — блистательный, в своем черном торжественном наряде с церемонии нашей связи, с обсидиановой короной, сияющей на голове. Он улыбнулся, но улыбка была неправильной, слишком холодной для его лица. Так он улыбался, когда мы только встретились, с горечью и скорбью. Я моргнула, и изысканная одежда исчезла, сменившись его туникой и кожей, а плащ потянулся по земле.
— Рен, — жалобно простонала я, широко расставив руки, чтобы удержать равновесие.
Еще один миг, и он весь в крови, ужас стекает по его щекам. Еще миг, и его церемониальные одежды вернулись, но в нем больше не было улыбки для меня, лишь холодный расчет во взгляде. По его лицу скользнуло отвращение, и он сделал шаг ближе. Его запах казался странным, и мне потребовалось время, чтобы осознать — это из-за отсутствия моего запаха на его коже.
— Это была ты? — спросил он, в следующее мгновение его изысканная туника исчезла, и в руке блеснул топор. — Ты предала меня?
— Что? — Я покачала головой, но Рен обхватил мой подбородок, сжав его так сильно, что по лицу полоснула боль.
— Это и был твой план с самого начала? Заманить меня в Эферу, чтобы мой брат мог уничтожить меня? — Холодный, невыносимо холодный голос бога, потерявшего слишком много.
Бога, которому больше нечего было терять.
Сердце грохотало в ушах, я снова попыталась покачать головой, но его карающая хватка не дала мне пошевелиться. Солнечный свет резал глаза, а приторный аромат полевых цветов стал невыносимым, пока я и вовсе не перестала чувствовать его запах. Неужели он в это верил? Что моя любовь к нему была лишь фарсом, игрой в войне королей?
Трещина расколола мою грудь.
— Конечно, нет. Я твоя, твоя пара, твоя esha…
Его рука сомкнулась на моем горле, сжимая до тех пор, пока слова не оборвались судорожным вздохом. Крошечная косточка в шее хрустнула, жгучая боль разошлась от позвоночника к голове, и мир пошатнулся. Глаза Рена лихорадочно блестели в ярком солнечном свете, его бледная, как луна, кожа покраснела от гнева. Мои пальцы впились в его запястья, пока я боролась за каждый глоток воздуха.
— Ты для меня — ничто, — прорычал Рен. — Вообще ничто.
Мои руки обмякли, голова закружилась от нехватки кислорода, и я не сопротивлялась, когда его хватка усилилась. Вместо этого я собрала последние силы, чтобы поднять руку и коснуться его щеки, так же как при нашей первой встрече.
Когда я верила, что могу уничтожить его одним прикосновением.
Как же я ошибалась.
Рука на моем горле дернулась, хватка ослабла, и я со свистом втянула воздух полной грудью. Что-то теплое брызнуло мне на лицо, мы оба посмотрели вниз, на стрелу, торчащую из его груди. Темный, неземной металл выскочил, закрепляя её, и цепь оттащила Рена на шаг назад. Лед застыл в его глазах, когда он пошатнулся, еще одна стрела пробила его руку, отбрасывая её в сторону.
Я упала вместе с ним. Горло саднило. Мой крик был похож на хрип раненого зверя, когда мои руки скользнули по металлу. Между нами разлилась лужа крови. Еще одна стрела, и всё же его лицо не изменилось. Даже когда его руки раскинулись в стороны, а золотой меч блеснул в утреннем свете. Я обхватила его грудь руками, прижалась щекой к его щеке и крепко зажмурилась, ожидая последнего удара.
  
Нас не разлучат, не в этот раз.
Но удара не последовало. Я повалилась вперед, грязь забила мне нос, когда Рен исчез, а солнце в миг погасло. Женский смех зазвучал в моих ушах, нечто среднее между леденящим ужасом и добротой. Кашляя, я поднялась на колени и провела рукой по лицу, убирая грязь из глаз.
Не по-настоящему. Это было не по-настоящему. Иллюзия, трюк. Но не реальность. И всё же трещина в моей груди не затягивалась. Паника, разлившаяся по телу, не утихала.