Танцы в формалине
Почему Влас и Дайна отказываются пить?
Чем так недовольна Белла?
Что несет Эмиль?
Серафима стала искать объяснений в лице Дениса.
– О чем они…
Денис уже наклонился к ее уху, чтобы ответить, но не успел – Андриан объявил о начале праздника:
– Все готово, друзья! Так… все уже закончили приготовления?
– Да! Мы все достали! – отозвался Клим.
– Превосходно! – отчеканил Андриан. – Тогда давайте присаживаться!
– О, да! Мои прекрасные, мы начинаем! Присаживаемся, ребятушки, ребятульки, мальчики-одуванчики, девочки-припевочки, мои нежные, присаживаемся! – пропел Эмиль.
Все расселись на застеленный пледами и куртками пол.
Серафима сидела между Денисом и Евой. Рядом с Евой лежала ее тетрадь с рисунками и карандаш. Дальше, от Евы и по кругу разместились: Андриан, Дайна, Влас, Белла, Эмиль, Ника, Мадлен. И рядом с Денисом, замыкая кольцо, устроились Леся и Клим.
Компания из двенадцати человек расселась. Ника уже открыла третью бутылку шампанского и начала выкручивать пробку из бутылки с красным вином. Ей на помощь подоспели парни: Андриан, Влас, Клим, Эмиль и Денис тоже принялись открывать все бутылки с алкоголем подряд, какие попадались им под руки.
Леся, Мадлен и Дайна разливали напитки в стаканчики. Ника же воздержалась от пластика и решила пить прямо из бутылок, которые отложила лично для себя.
– Ты будешь «Колу»? – поинтересовалась Серафима у Евы.
– Да, пожалуйста.
– Я налью.
– Спасибо большое.
Серафима взяла бутылку «Колы», резким движением открыла ее, дождалась, когда пузырьки стихнут, и наполнила белый стаканчик для Евы.
– Ты что будешь? – спросил у нее Денис.
– Давай шампанское. Ты сам будешь пить?
– Да, конечно.
– Хорошо.
Денис разил для себя и Серафимы игристый напиток.
Когда вся компания оказалась с напитками в руках, Андриан потянулся и отчеканил тост первым:
– За успешную сдачу сессии! За то, что мы непобедимы! Лучшие студенты! Мед и хим – лучше всех!
– Хим-тех – лучше всех! – вставил громко Эмиль.
– Да, конечно-конечно, – саркастично ответила Дайна.
– Мы все лучшие! – продолжил Андриан. – За вас, ребята! За самых лучших из лучших студентов! За то, что это дерьмо осталось позади! И за жизнь без нового дерьма!
Дайна, Мадлен, Ника, Клим, Эмиль, Влас и Денис поддержали лозунг Андриана:
– За жизнь без дерьма!
Раздались дружные вопли и смех. Они потянули свои стаканы и бутылки в самый центр круга, все чокнулись и принялись выпивать за первый тост этого вечера.
«За жизнь без дерьма…» – прозвучало в голове Серафимы.
Но что-то ей подсказывало, что это самое «дерьмо» только начинается…
* * *
Серафима взглянула на часы на телефоне – перевалило за десять вечера. Быстро…
Все общались, шутили, смеялись, выпивали. Выпивали все больше и больше… Ника так вообще прикончила уже вторую бутылку вина. И как в нее столько помещается?
Влас так и не прикоснулся к алкоголю. Как и Дайна – все это время сидела и дымила электронной сигаретой.
Свечи горят.
В комнате становится уже тепло.
Серафима снимает с себя пальто.
Леся опускает голову на плечо Клима и слушает разговоры. Влас, Андриан и Эмиль что-то бурно обсуждают на пару с Мадлен и Беллой.
Они громко говорят и каждый раз хохочут. А потом запивают новой порцией – то шампанского, то вина.
– Надо чего-нибудь покрепче…
С этими словами рука Ники потянулась за бутылкой виски, которую она придерживала рядом с собой, как личный запас.
Ева молча сидела, слушала разговоры и делала маленькие глотки «Колы». Иногда она брала в руки карандаш и продолжала рисовать уродливого младенца из музея, перенося его на бумагу из своей памяти.
Денис сначала бурно общался с друзьями, но потом заметил легкую тоску на лице Серафимы и решил уделить ей внимание.
– Все в порядке?
– Да. Отлично. Они… веселые…
– Они все давно не виделись. Ты сама знаешь, как учеба на втором курсе нас прижала.
– И не говори… сплошной стресс! Анатомия, гистология, физиология, биохимия – все вместе и сразу… это лишком круто!
– Именно. Времени на подобные тусовки совсем не оставалось, поэтому они сейчас готовы отрываться на всю катушку.
И снова раздался раскатистый смех в стороне – Мадлен легла на спину и схватилась за живот. Андриан и Эмиль вытирали слезы. Влас уже потянулся за вином, но остановил себя. Белла смеялась сдержанно, не проявляя свои истинные эмоции.
– Ты все еще бухаешь? – Мадлен взглянула на подругу, Нику.
– А чем мне еще заняться?
Ника икнула и протянула Мадлен бутылку виски:
– Будешь?
– Ой… а тебе уже хватит, я смотрю…
Мадлен хотела забрать у нее бутылку, но та хищно прижала ее к себе.
– У тебя своя есть!
– Ой! Иди в баню!
Мадлен не стала бороться за трезвость Ники, осознав, что война уже проиграна. А потому оставила Нику наедине со своими радостями – алкоголем.
– Тебе хорошо? – Клим прошептал это на ухо Леси.
– Да, – она ответила пустым тоном, – просто хочется спать.
– Мы можем уйти в любой момент, если захочешь.
– Не надо. Давай останемся. Мне тут нравится.
– Правда?
– Да, с ними весело.
Леся, устроившись поудобнее на плече Клима, прикрыла глаза, чтобы немного вздремнуть, если это вообще было возможно.
– Ты ей, значит, рассказываешь, рассказываешь все по билету, а потом она такая – это все чушь собачья, вообще не то говоришь, – смеется Мадлен.
И остальные смеются вместе с ней.
– А я такая – какого хрена!? Алло! Женщина! Я тебе только что рассказала все тазовые нервы! Что ты от меня хочешь, дурында? А она смотрит на меня, как на дурочку. Но все равно поставила тройку! И фиг с ней! Знаю, где яйца и член, а в остальном – природа поможет.
Андриан смеется первым, а за ним – Влас, Эмиль, Белла и Дайна.
Они наливают еще.
Андриан, Эмиль и Белла дружно пьют. Вокруг них постепенно скапливаются пустые бутылки.
– А у тебя, кто принимал? – спросила Мадлен у Андриана.
– Гураев.
– Точно-точно!
– Говорит такой: «Что проходит через аортальное отверстие диафрагмы?». Я отвечаю: «Аорта». Ну, это логично! Да?! А он такой: «Помойка у тебя, а не знания – вали отсюда». И тоже поставил три и отпустил.
Все смеются.
– А что еще должно проходить через аортальное отверстие? – не понял Эмиль. – Оно же – аортальное!
– Вот и я о том же!
Все снова смеются, и Серафима слышит слабый голосок Евы:
– Лимфатической проток, вообще-то…
Но ее голос утонул в цунами хохота.
– Так! Народ! За что еще выпьем? – Андриан сел на колени и наполнил свой стаканчик вином.
– Кто еще не говорил тост? – осмотрелась вокруг Мадлен. – Эй! Денис! Давай ты?! Скажи что-нибудь эпичное!
«И что ж ее так тянет к Денису?!» – озадачилась Серафима.
Все поспешили приготовить свои стаканы, а Денис застыл на месте, опустив голову, обдумывая, что ему сказать.
– Готов, Денчик? – поторопил его Андриан.
– Да… готов.
В классе наконец повисла тишина.
Хохот прекратился. Все смотрели на Дениса, ожидая его тоста.
Подняв стакан, он начал:
– За счастье не пьют – за него борются. За здоровье не пьют – за него молятся. За любовь не пьют – ею занимаются.
Послышались тихие смешки и неловкие ужимки.
– Давайте выпьем за мечты – пусть мечты сбываются! – закончил Денис.
– Как Боженька молвил! – пропел Эмиль. – Нежно! Лаконично! Брави брависсими! Пьем!
– За мечты! – прокричал Андриан.
– За мечты! – поддержала его Мадлен.
Серафима сделала два глотка шампанского и посмотрела на Дениса – судя по нему, он оказался вполне доволен своим тостом.
Вечеринка продолжалась.
Разговоры про учебу, экзамены и преподавателей постепенно сменялись на другие темы, более жизненные и личные. Алкоголь уверенно поглощался. Особенно в этом преуспевала Ника, которая уже лежала на спине и смотрела в потолок, словно уже «познала эту жизнь».