После развода с драконом, или Девять месяцев спустя (СИ)

Но я не отчаивалась.
В конце концов, вода камень точит.
А кленовый сироп размягчает даже самые суровые сердца!
Направилась к поместью через рощу, по тропинке, едва заметной под багровым ковром опавших листьев тропинке. Ветер шумел в ветвях деревьев с кроваво-красной кроной и, будто озорной мальчишка, срывал ажурные листья и бросал их под ноги коню.
Услада для глаз!
  
Когда впервые приехала сюда, деревья стояли голыми, а на земле местами белел снег. Оказалось, что провинция Северия часто подвержена ледяным ветрам, которые приходили с Калладских гор.
Выжить здесь было сложнее, чем в Илланоре, ведь там никогда не было снега. Несмотря на то, что в Северии было ветрено и холодно, здесь занимались земледелием и собирали хорошие урожаи, потому что земля была плодородной. Последнее и благо, и беда.
Семена калладского клёна, которые приносило ветром, быстро прижимались на благодатной земле. Дерево обладало невероятной выживаемостью, и там, где оно укоренялось, уже ничего не росло. Корни горного клёна выжигали всю флору в радиусе двух метров. Местные жители отчаянно сражались с калладским клёном за каждую пядь земли и проклинали «калладскую чуму».
Потому доходность обширного поместья была крайне низкой, а его обладатели предпочитали жить в тёплом Илланоре.
Никто даже не подозревал, какое сокровище росло в этих землях!
Вдыхая невероятный аромат ни с чем несравнимый аромат сахарного клёна, я спешила вернуться к сыну, даже не подозревая, что моя с таким трудом налаженная жизнь с этого дня рухнет в тартарары.
 Глава 10 
Когда въехала во двор, сразу заметила распряжённую карету и позвала:
— Вань?
Из конюшни, вытирая крупные натруженные руки, вышел немногословный слуга. Он ни разу не упрекнул, что я называла его не Ивином, как в Илланоре, а Ванюшей, казалось, молчаливо одобряя это.
Мне казалось, это имя ему больше подходило. Какой из него Ивин? Добрейшей души человек и могуч, как богатырь из сказок. Ванечка и есть!
— Прими Чижика, — попросила я.
Мужчина торопливо приблизился ко мне и помог спуститься на землю, а потом подхватил коня под уздцы и буркнул:
— Беда, леди Дуня. Лорд пожаловал.
Меня будто к месту пригвоздило. Во-первых, Иван впервые за несколько месяцев произнёс целых пять слов подряд. Что подтверждало — ситуация аховая. Во-вторых, у меня не возникло даже малейшего сомнения, какой именно лорд нагрянул в поместье, несмотря на то, что осенняя грязь на дверцах кареты полностью скрывала герб.
— И чего вдруг понадобилось этому переветнику? Неужто про малыша пронюхал?
Иван мрачно переступил с ноги на ногу, показывая, что думал так же. Я отрицательно покачала головой:
— Не волнуйся. Никому не позволю отобрать моего сына.
Ваня шумно выдохнул, молча радуясь моему настрою, и веселее повёл коня к навесу. Я догадалась, что в нашей маленькой конюшне уже нет места для Чижика.
— Надо гостя… — Мрачно глянув на окна, сжала хлыст: — … Поприветствовать.
Решительно направилась к дому, намереваясь вышвырнуть бывшего муженька, который оставил на моём запястье постыдные отметины, которых я не заслужила. Приходилось скрывать их за широкими браслетами и кожаными поручами. Как назло всё это раздражало нежную кожу, и места, изуродованные магическим клеймом, жутко чесались.
Каждый раз, расцарапывая себя в кровь, я поминала Кэннона крепким словцом, которое мгновенно прижилось среди домочадцев. Разумеется, я умолчала, что оно означает, ведь леди ругательств не произносят.
Но сейчас мне безумно хотелось разрушить эту догму до снования!
Поскольку, распахнув дверь в гостиную, я увидела гроб. И, разумеется, не сдержала короткое, как выстрел, слово из своего мира.
А кто бы остался невозмутим?
Гроб был выполнен из красноватого дерева и украшен серебром. Вокруг него стояли мужчины, и я даже со спины узнала самого высокого и широкоплечего. Кэннон собрал волосы в хвост, и у меня чесался язык, чтобы порекомендовать для полного образа добавить рога и копыта.
Странно, что моё восклицание незваные гости оставили без реакции, продолжая смотреть на гроб. На меня никто из присутствующих не обратил и малейшего внимания. Предположив, что они молятся, я пожала плечами и направилась через гостиную к лестнице, ведущей на второй этаж.
С гробом и гостями потом разберёмся. У меня дитё не кормлено!
Малыш мог проявить недовольство этим вопиющим фактом с минуты на минуту, а «пожарная сирена», как я прозвала крик сына, сейчас очень некстати.
— Оля, — я скользнула в полутёмную спальню и сразу начала раздеваться. — Только не пугайся. В гостиной у нас гроб…
— Гроб⁈ — округлив глаза, сдавленно пискнула она.
— Ага, — мрачно кивнула я и прилегла рядом с ещё спящим малышом. Молоко уже подтекало, грудь ныла, поэтому я спешила покормить сына. — А ещё лорд Кэннон Бэрнст. И, к сожалению, он рядом с гробом, а не внутри.
— Что вы такое говорите? — испуганно пролепетала Оля.
Она поспешно прикоснулась указательным пальцем точки между бровями, — молитвенный жест, принятый в Илланоре, — а потом уточнила:
— А кто в гробу?
— Не знаю, — сдавленно просипела я, поскольку сынок почуял мать и присосался маленькой пираньей. — Некогда было уточнять. Ой… Ну и хищник растёт!
Судорожно втянув воздух, я прикрыла глаза, вспоминая дочь. Настюшка в младенчестве была милым и невероятно спокойным ребёнком. Она с самого рождения спала по шесть часов между кормлениями, а то и больше. Я очень переживала, что девочка голодна, и будила её для кормления. А потом плакала, потому что малышка не брала грудь.
Погрузившись в воспоминания о прошлой жизни, задремала, а проснулась, когда Оля потрясла меня за плечо:
— Леди… Лорд требует вас.
Я широко зевнула, а потом поправила одеяльце сына и, любуясь малышом, ласково прошептала:
— Прямо-таки требует? Что же, папочка сам напросился.
Кажется, кто-то желает на самом деле разбудить во мне зверя.
 Глава 11 
Итак, у меня не больше двух часов, чтобы выставить бывшего мужа Эфдокии за дверь. Вместе с гробом и спутниками! И я собиралась сделать это как можно эффектнее, поэтому попросила Олю:
— Неси алое платье.
— Леди? — Оля изумлённо округлила глаза. — Вы хотите вернуться к лорду?
У меня вырвался короткий смешок:
— С чего бы?
— Это ваш самый дорогой наряд, — она пожала округлыми плечами. — За его пошив пришлось три вогли отдать! Мне до сих пор дурно от одной мысли об этом! Зачем такая роскошь в Сиверской глуши? А вы ждали, что однажды лорд Бэрнст вернётся?
— Ты невероятно догадлива, — иронично улыбнулась я и пододвинула к себе хлыст, чтобы не забыть взять с собой, погладила обмотанную кожей рукоять. — Только одно упустила в цепочке умозаключения. На красном не видно крови!
— Этра с вами! — сдавленно охнула Оля и коснулась пальцем лба.
— Богиня всегда с нами, — я отзеркалила её жест, а потом поторопила: — Скорее, до следующего кормления не так много времени. И принеси два куска плотной ткани. Будет жаль испачкать мой единственный достойный наряд молоком.
Когда Оля помогла мне одеться, я подхватила хлыст и поторопилась спуститься.
Не потому, что так велел тот блудный кот, что ждал внизу, а чтобы поскорее выставить из дома гостей и их жуткий «багаж». Тот всё ещё стоял в гостиной, а вот мужчин рядом уже не было. Один из спутников лорда стоял у окна, сам Кэннон восседал в кресле, и мне стало интересно, где сейчас носило остальных.
Мне не нравилось, когда по моему дому сновали чужие.
  
Лорд Бэрнст заметил меня и замер. Его тёмные глаза чуть расширились, кадык дёрнулся. Мужчина внимательно, не моргая, осмотрел меня с головы до ног, а потом вынес вердикт низким хрипловатым голосом:
— Хорошо выглядишь.
Я изумлённо приподняла брови. Даже не поднялся, чтобы поприветствовать хозяйку дома и не извинился за вторжение. Всё ещё считает себя моим мужем? Я мигом с него спесь собью!