О, этот дивный, юный мир (СИ)

— Сукин ты сын, Витька. Ну, вот, Машенька, как я тебе это и говорил, Витька мужик фартовый и Фортуна от него, как и любая другая баба, просто млеет и целует его взасос. Так, дорогая моя девочка, а теперь давай срочно думать, как нам начать качать из той планеты, как там её Витька назвал, Колпин? Вот-вот, как нам качать из Колпина гелий три, которым он обещал меня завалить, с наименьшими затратами. Извини, но я в этом ничего не понимаю, но обещаю тебе изготовить для этого любое оборудование. Даже такое, которого ещё и в чертежах не существует, у меня знаешь какие мощности для этого имеются? У-у-у, просто шик!
  
Космос-адмирал Гагарина от избытка чувств вскочила со своего кресла, расцеловала в обе щёки Алексея и воскликнула:
— Алёша, да, нам теперь с Земли за методику короткого прыжка через риман что угодно пришлют! А Виктору за этот полёт командование военного космофлота точно присвоит адмиральское звание, да, и Никита Колпин не только будет восстановлен в своём прежнем звании кап-раз, но и получит звезду Героя Земли, только я думаю, что свою самую главную награду он уже получил, ведь теперь не только эта планета будет называться в честь него — Колпин, но и его манёвр войдёт в историю космонавтики, как прыжок Колпина. А на счёт оборудования ты хорошо сказал, оно нам теперь срочно понадобится и его придётся как раз изготавливать, но ты не волнуйся, все чертежи у нас давно уже имеются и нам не хватало только одного, научиться проводить корабли через риман на близкие расстояния. Очень многие учёные мужи считали, что для этого нужны особые корабли, правда, не могли сказать, какие именно, но Никита всем им натянул нос.
Первый и самый главный заместитель Виктора Боброва ухмыльнулся и сказал своей коллеге:
— Всё это прекрасно, Машенька, но как говорится, до Земли далеко, а до Бога высоко, поэтому давай, ты вызывай на совещание своих спецов, а я вызову своих. Пора готовиться к регулярным полётам на Колпин за гелием этот газ, как мне объяснили, зараза ещё та, но без него мы не сможем производить очень много нужных и полезных людям вещей. В том числе вам, космолётчикам. Вы же не откажетесь сменить батареи на своих малых летательных аппаратах на мини и микрореакторы?
Совещание в кабинете Алексея Кабанова началось буквально через четверть часа. Никита Колпин в это время уже готовился к завершающей фазе этого короткого, но крайне важного для всей пилотируемой космонавтики полёта, — к посадке. «Дракар» он посадил на ту же самую площадку с ювелирной точностью и вскоре они полетели в Персеполис, только теперь на голове Виктора красовалась капитанская фуражка, которую ему вручили космодесантники, охранявшие космопорт, на выходе. Встречали их без какой-либо помпы и это был единственный знак внимания со стороны тех людей, для которых слово космос не было пустым звуком, как и то, что они только что сделали. Виктор снял эту фуражку только тогда, когда вошел их общий с Виктором круглый зал заседаний и присоединился к совещанию. Учёные и инженеры из числа наземников уже давно нашли общий язык с теми разработчиками, кто работал исключительно на космос, так что к моменту его возвращения многое было уже решено.
Особенно Виктора интересовало даже не то, когда и как с Колпина начнут качать гелий три. Куда больше его интересовало совсем другое, когда космолётчики-исследователи смогут посетить самые интересные с его точки зрения планеты Любианской системы, третья и пятая от Любы, не только имевшие атмосферу пригодную для дыхания, но и кое-какую биосферу. Да, и многие другие планеты теперь также представляли из себя большой интерес, как сырьевые придатки Виктории, куда можно было начинать перебрасывать горнодобывающие комплексы, а также металлургические предприятия. Мария Гагарина, выслушав пространный и длинный вопрос Виктора, ответила:
— Не волнуйся, босс, уже завтра утром «Дракар» снова стартует с «Севера» в боевом режиме, но на этот раз в ходовой рубке будет сидеть в пилотских креслах столько пилотов, сколько в ней можно будет установить дополнительных кресел. Эти уже занимаются и к утру всё будет полностью готова.
После совещания, продлившегося до позднего вечера, Виктор вернулся домой довольно усталый. Никто из колонистов кроме того, что из космопорта «Виктория-Север» стартовал и потом вскоре вернулся назад космический корабль, больше ничего не узнал. Даже его домашние за исключением одного Игоря, но из него нельзя было вытащить слова и клещами. Поэтому Виктор ужинал не в кругу семьи, как это теперь бывало, а вместе с женой на кухне. Он очень проголодался за день и съев всё, что подола ему на стол Люба, попросил добавки. Та поставила перед ним тарелку с блинчиками, поцеловала в макушку и спросила:
— Устал, Витя? Небось весь день мотался?
— Н-н-нет! — Мотая головой смеясь воскликнул Виктор и пояснил жене — Понимаешь, ласточка, день сегодня какой-то странный выдался, с утра и до самого вечера в кресле просидеть пришлось. Даже спина, не говоря уже про зад, устала. Ну, а у тебя как прошел день, Любушка? Всё сделала, что намечала?
Жена тотчас принялась рассказывать:
— Ой, Витя, какие же они на Земле все нерасторопные. Мне сегодня трижды приходилось связываться с поставщиками. Они, видишь ли, никак не могут понять, почему нам обязательно нужны одни только военно-медицинские центры категории три «А», а они мне глазки строят и идиотские вопросы задают, мол, зачем вам они, у вас что там, война идёт? Я им объясняю, что Виктория это совершенно особый мир, в котором даже картошка вдвое быстрее растёт, а они, как говорит Полковник, дурака включают, мол причём тут картошка и такие медицинские центры, за которые нам придётся заплатить вчетверо дороже, чем за обычные. Мне после этого разговора так и захотелось взять в руки палку и полететь туда, чтобы объяснить им, что у людей на Виктории тоже метаболизм ускорился и потому они уже стали сильнее физически, а раз так то скоро начнут чувствовать себя героями и косяком пойдут различные травмы. Витя, может быть нам начать самим их производить? Я сегодня провела совещание, ко мне ведь присоединилось очень много учёных-роботов, и они говорят, что могут разработать категорию четыре «А» специально для нашей Виктории и это будет стоить намного дешевле.
Виктор внимательно выслушал жену, доел блинчик и улыбнувшись ей своей самой любящей улыбкой, сказал:
— Лапонька, жду тебя завтра вместе с твоими разработчиками ровно в одиннадцать. Это будет очень большое совещание по категории четыре «А». Военные медики и медики дальлётов на нём тоже будут, а вместе с ними Алексей со своим штабом. То, что ты говоришь, задача первостепенной важности и знаешь, Любаша, подумай над тем, чтобы создать мобильные медицинские центры этой категории. Такие, которые можно было бы послать куда угодно, а не везти людей в города и посёлки.
Жена Виктора пристально посмотрела на него и спросила:
— Так может быть мы тогда и увеличим заодно их количество, Витя? Чтобы люди и пяти минут в очереди не стояли? — Виктор согласно кивнул головой и она спросила — Ну, что, пойдём спать или у тебя есть ещё какая-то работа?
Тот загадочно улыбнулся и сказал:
— Любаня, а можно я приглашу тебя на прогулку? Сегодня такой чудесный вечер. Полнолуние и весь наш парк залит таким чудесным, серебряным цветом, что мне даже в дом заходить не хотелось, но ты ждала меня на кухне, да, и ужин ты приготовила мне просто шикарный. Ну, пойдём? На озеро, купаться голышом.
Люба моментально вскочила со стула и сбросила с себя пока что только передник. Они взялись за руки и тихо смеясь выбежали из кухни сначала на террасу, а затем побежали босиком по тёплой траве к озеру, которое зазывно отливало серебром в километре от дома. Через несколько десятков метров Виктор догнал жену, убежавшую вперёд и на бегу сбросившую с себя халатик, подхватил её на руки и рванул к озеру ещё быстрее. На берегу озера он остановился, упал на колени и стал целовать эту женщину, которой медицина, как и ему, помогла полностью сбросить все те годы, что они жили на Земле простыми обывателями.