Библиотека современной литературы. Выпуск 10

Ах, какая невероятная штука – жизнь! И до чего же всё-таки она интересна!
«Чем?» – спросите вы. «А всем!» – не задумываясь отвечу я. Главное в том и заключается, чтобы она не проходила впустую. А уж чем заняться, каждый человек определяет для себя сам, соответствуя своему внутреннему миру и настрою. Мне, например, совершенно небезразлично и интересно, что на дворе глубокая осень. И пусть холодно, и по-осеннему сыро и слякотно. Но я не огорчаюсь. Лучше повспоминаю, порассуждаю, да и напишу что-нибудь.
  
– Голубушка моя, на то она и осень, – поправляя чьи-нибудь обронённые невзначай мысли, любила говорить моя добрая тётушка Настя (Анастасьюшка, ласково я называла её про себя). – У всякой поры своя радость и печаль своя, – и добавляла: – Ежели у человека душа есть. А без сердечности да без души нельзя. Такой человек нищим да бедным вырастает. Душа мягкости да благодушия требует. К себе – строгости, ежели по-Божьему. А как же без этого? – И в этот момент вопрошающе смотрела на меня.
Я слушала её рассудительную неторопливую русскую речь и, хотя мало в то время ещё понимала своим детским умом жизнь, утвердительно кивала головой. И сейчас, умудрённая опытом жизни, понимаю: всё сказанное, хотя и неосознанно, я уже тогда внимала. Всё осталось жить в душе помимо моей воли где-то в подсознании. Многолетний итог прожитой ею жизни, рассуждения и живые примеры, встретившиеся на пути, остались со мной навсегда.
А сегодня – радость! Под утро вдруг неожиданно выпал снег. Много-много снега. Выйдя на улицу, я увидела картину особой таинственности, величия, спокойствия. От белизны и чистоты на душе стало необыкновенно светло и приятно. Я долго рассматривала неописуемое явление и любовалась, и восхищалась прекрасным творением природы, словно видела и ощущала всё в первый раз. Белые шапки лежали на неподвижных ветвях деревьев, на крышах, соседнем заборе, на земле. О, какое волшебство и краса! Куда ни кинешь взор, настоящая завораживающая сказка обнимает душу! В миг ощущения величия, гармонии почувствовала невероятный взлёт, порыв души и невольно вспомнила нашего гения – великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина, воспетые им дивные творения с волшебными завораживающими сюжетами картин русской природы и, конечно же, его добрые сказки с любимыми персонажами. О, какие это чудесные произведения: «Сказка о Золотом петушке», «…о рыбаке и рыбке», «…о царе Салтане», «…о мёртвой царевне и семи богатырях», «…о попе и работнике его балде». Его великолепная, полная силы, красоты, гармонии, музыкальности и таинственности, поэзия «У Лукоморья дуб зелёный», уводящая в бесконечно-сказочный, особый мир всего чистого, необычайно-возвышенного и прекрасного, на котором мы воспитывались с самой колыбели.
Когда-то эти завораживающие картинки сказочных сюжетов нам воспроизводили, пересказывая на свой лад с особенной душевностью, бабушки и дедушки. Читали, уводя в атмосферу таинственности и загадочности, родители. Преподносили уроки добра воспитатели на занятиях в детском саду и учителя на уроках в школе. А мы, затаив дыхание, доверчиво вслушивались в каждое слово и терпеливо ожидали доброго окончания, проживая вместе с положительными героями весь их путь, желая, чтобы непременно победило добро.
О, не передать, какую безмерную радость я испытывала, когда самостоятельно научилась читать! И много-много раз прочитывала, перечитывала и уже сама бежала в библиотеку за новой книгой. И этот процесс познания прекрасного мира продолжался всегда и явился важной связующей нитью и продолжением до бесконечности. Потому что на следующем этапе я знакомила со сказками уже своих подрастающих дочку Людмилу и сына Виктора. Затем настала долгожданная пора увлечь сказочным миром внука Андрея. А сейчас я испытываю искреннее чувство наслаждения, что снова могу окунуться в дивный мир волшебства и путешествовать, познавая мудрость сказок, вновь проживая волнующие моменты нежности, сердечности и любви вместе с внучкой Анастасией!
Получается, что сказки мы читаем, перечитываем и обращаемся к ним, совсем не замечая этого момента на протяжении всей жизни. Именно из сказок, как из волшебной музыкальной шкатулки, где хранятся переливающиеся драгоценности и бриллианты, в определённый миг мы бережно вынимаем что-то очень дорогое, ценно-необходимое и полезное, пригодившееся для жизни. Добрые сказки невольно уводят в мир прекрасного, далёкого-далёкого детства, возвращая к истокам, и бережно хранятся нашей памятью:
Оттого и памятью хранимы песни детства, речка и луга, белые ромашки, нежность мамы – всё тепло родного очага.
Мне б на миг вернуть мою обитель,
В уголочек детства заглянуть.
Там живёт мой главный утешитель,
отблеск радости и ласковость живут.
Там, в моём далёком-далёком детстве – незабываемая добрая сказка! Там искрящаяся и особенная сказка-быль, мой праздник! Он живёт со мною до сегодняшнего дня в тёплых воспоминаниях и картинках из милого и дорогого детства со сказкой реальной жизни. Думаю, именно там, где начинается становление, где начинается личное, начинается Александр Сергеевич Пушкин.
Может быть, кто-то очень удивится, но я помню себя трёхлетней. И именно с этого момента начинается моя память – яркая, зрительно запоминающая все впечатляющие моменты жизни, красоту природы, моё мировосприятие всей окружающей действительности с огромным чувством любви к родному Вятскому краю, к тем местам на Уржумской земле, где родилась, выросла и живу. Здесь моя благодатная колыбель… Родина! Вятская земля – маленькая частица нашей большой, могучей, необъятной, дорогой и любимой России! Здесь моя добрая сказка жизни!
Моё детство… Ах, какое же оно солнечное, доброе и ласковое среди неповторимой красы вятского раздолья! И совсем несправедливо умолчать: счастье мне подарили мои дорогие родители Михаил Никонович и Таисия Ефимовна, моя любимая тётя Анастасия Никоновна, простые вятские предки-крестьяне, мои милые дедушки и бабушки Никон Кузьмич и Матрёна Андреевна. Все из древнего рода Соболевых, проживавших в маленькой вятской деревеньке Мангашиха (ныне Русское Тимкино). Это и мои добрые предки (родители мамы) Ефим Харламович и Пелагея Егоровна Бабины из деревни Средняя Кизерь. Все они когда-то жили на Уржумской земле и оставили свой добрый след.
Я родилась 20 ноября 1955 года (в год 10-летия Победы) в живописной деревеньке Тюм-Тюм, расположенной на правом берегу реки Вятки на Уржумской земле в семье интеллигентов-медиков. Тюм-Тюм – историческое место Вятского края. За песни народа его ещё называют «певучий родник»! И это действительно так. Но сейчас я расскажу о другом. И немного предыстории.
Их, дипломированных специалистов, направлял на работу в деревни Райздравотдел, и туда, где больше всего требовалась медицинская помощь малограмотному населению. Вот так мои родители и оказались в Тюм-Тюме. Мама работала медицинской сестрой-акушеркой (с осени 1940 года), а папа – фельдшером (с июля 1941 года) в населённых пунктах Окунево и Синцово Лебяжского района. А начиная с 1942 года – в деревнях, сёлах и починках Уржумского района: Кисели, Николаевский, Александровский, Толгозино, Колмасы, Калиновский, Русский Турек, Тюм-Тюм, Батино, Рудники. Некоторые из этих населенных пунктов безвозвратно исчезли с карты Вятской земли. И чтобы помочь человеку выжить или благополучно появиться на свет, родителям приходилось добираться в основном пешком, зимой – на лыжах наперевес с ружьём и зажжённым факелом (защищаясь от волков), иногда (если повезёт) на лошади (до самого отдалённого Калиновского – семь километров), и днём, и ночью, и при любой погоде.
  
Приказ свыше никогда не обсуждался. Так требовало время, и они всё успевали. И хозяйство домашнее вести, дом и сад в порядке содержать, и добрые сказки детям читать, и любимым увлечением душу порадовать, и праздники праздновать. И выжить в этих тяжёлых условиях деревенской вятской действительности им всегда помогал огромный оптимизм и особенный настрой. Долгими вечерами, когда уже вся семья была в сборе, родители и даже мы, младшие дети, пели под гитару, балалайку, мандолину. Папа виртуозно играл на разных струнных инструментах. Учась ранее в Ленинской школе Уржума, он был одним из организаторов и участников струнного оркестра. В подтверждение этому событию сохранилась фотография, датированная 5 января 1938 года.