Тупик для Дамы Пик (СИ)
— А… Садись, подвезу. Расскажешь все по дороге.
— Да что рассказывать… — Дина прикусила губу, вдруг осознав, что совсем не хочет делиться с Катей подробностями. Слишком уж это было для такого прагматика, как ее подруга. — Тебе из клуба позвонили?
— Ага. А я за городом была. Вот сразу к тебе рванула, даже умыться не успела.
— Хорошо время провела?
— Да ну… Не в восторге, если честно. Как бы тебе объяснить…
— Не надо, — усмехнулась Дина. — Я понимаю.
— Да? — передернула плечами Катя. — Вот и славно. Ты с Жекой говорила? Ой, с Евгением Павловичем?
— О чем? — напряглась Дина.
— Э… ну о том, что произошло. Это ведь несчастный случай, и ты…
— Он тебе позвонил? — Дина внимательно посмотрела на Катю и заметила красные пятна на ее щеках.
— Какая разница?
— Никакой. Ты знаешь, кто тот парень, с которым я была?
— Да, это друг его — Тимур Ардашев, — Катя чертыхнулась, объезжая колдобину. — Попал наш Женечка. У этого Тимура отец богатый… Тут надо по уму, понимаешь? Пусть они сами разбираются между собой. Просто скажи, что он тебя изнасиловать хотел, когда нужно будет. И деньги возьми.
— Какие деньги? — ошарашенно спросила Дина.
Катя щелкнула крышкой бардачка и вытащила конверт.
— За хлопоты, — хмыкнула она.
Дина повертела в руках белый конверт, а затем положила его поверх приборной доски.
— Останови здесь, я пешком пройдусь. И уезжай.
— Дин, ты дура? Что с тобой не так?
— Со мной все в порядке, Кать, — улыбнулась Дина и вышла из машины.
Дина сама не поняла, как сдала тесты. Пошла в первой четверке, сопровождаемая удивленными взглядами сокурсников. Отвечала словно в тумане, и даже если преподаватели и заметили ее отрешенность, то скорее всего списали на нервы. Больше шестисот вопросов и действия на автомате с ощущением того, что каждый пункт приближает ее к тому, чтобы все это поскорее закончилось.
Теплее, теплее, ближе, ближе…
И дрожь по всему телу от мыслей о Тимуре: как он там, как перенес остаток ночи, что ему назначили, и как скоро он встанет на ноги. Когда на экране компьютера возникло окно «Вы уверены в том, что ответили правильно на все вопросы? Тогда жмите «Далее», рука дернулась сама по себе, и палец нажал на кнопку. И только в этот момент Дина вдруг осознала, как опрометчиво поступает и как рискует собственным будущим, профессией, к которой стремилась с детства. Но как бы она ни была напряжена и взволнована, самые сильные эмоции были связаны с Тимуром.
— Силантьева, вы закончили? — донеслось до нее из-за преподавательской трибуны.
Дина тряхнула головой и уставилась в экран компьютера. «Поздравляем! Тест пройден успешно.» Она выдохнула и вытерла влажные руки о полы белого халата. На ватных ногах вышла из аудитории, попав в окружение будущих выпускников. Что-то отвечала взбудораженным сокурсницам, кивая и пожимая руки. Окончательный вердикт и оценку должны были объявить часа через два после того, как сдадут все остальные.
— Сколько у тебя ошибок было? — спрашивали со всех сторон.
— Я не помню… — совершенно искренне отвечала Дина. — Просто увидела, что сдала…
— Вот везуха тебе! Молодец! Держи свою сумку!
Дина кивала, продираясь сквозь строй однокурсников в таких же белоснежных халатах, с которыми еще совсем недавно бы осталась в коридоре, чтобы снова и снова повторять правила и теорию, успокаивать друг друга и строить планы. Но сейчас ей нужно было побыть одной. Потому что как бы она ни старалась влиться в жесткую действительность, где были экзамены, кредит, Катя с ее предательскими деньгами и отсутствие родительской поддержки, — ее неудержимо тянуло к человеку, которого она почти не знала, но чувствовала как саму себя.
Спустившись во двор училища, Дина села на скамейку и, стащив с головы медицинскую шапочку, вытерла лоб. Порывшись в сумке, достала телефон. Включив, увидела пропущенный звонок от матери. Пару минут набиралась решимости, чтобы перезвонить. Выслушивать возможные претензии не хотелось, но чувство вины все равно горячим потоком разлилось по венам.
— Мам, привет! Извини, что долго не звонила. У меня экзамены… тесты вот сдала…
— Дина! — голос матери был испуганным. — Дина, это ты? С тобой все хорошо?
— Да… Почему ты спрашиваешь?
— Я… я сегодня сон видела, — путанно начала мать, — плохой сон. Звоню тебе все утро.
— Экзамен, мам… Сдала.
— Это хорошо. Только мне… мне не по себе, дочка.
Дина вздрогнула. Дочка… Как давно она не слышала этого простого, но такого теплого слова в свой адрес. Ее короткое имя можно было произносить в разных тональностях, но только у Тимура оно выходило не рублено-жестким, а нежным: "Ди-на"… И вот теперь "дочка". Она сглотнула комок в горле и зачем-то сказала о звонке брата:
— Мне Коля звонил. Сказал, деньги нужны на ремонт. Я постараюсь…
— Сдурела?! — вдруг заголосила мать. — Не вздумай!
— Мам… — по щекам потекли слезы. — Мам…
На другом конце воцарилось молчание, прерываемое шорохами и всхлипами. Мать тихо произнесла:
— Я приеду к тебе послезавтра. Раньше не смогу. Напомни, как до общежития добраться…
— Мам, я в квартире живу. В своей… — осторожно уточнила Дина. — И я тебя встречу. Хорошо?
Если мать и была удивлена, то никак не показала этого. Не стала расспрашивать, лишь коротко попрощалась, пообещав позвонить, когда сядет в автобус.
Теплый ветерок трепал листву старого тополя над ее головой. Солнечные лучи скользили по траве, отчего желтые головки одуванчиков становились еще ярче. Неужели вчера лил холодный дождь, и казалось, что конца и края ему не будет? Кое-где земля была еще темной от впитавшейся воды, но ощущение наступающего счастья — как наступающего лета — согревало Дину похлеще майского солнца.
«Все теперь будет хорошо!» — подумала она, зажмурившись, словно кошка на завалинке. И тут же холодок пробежал по коже, вытаскивая из этого блаженно-дремотного состояния. Может, потому что облака закрыли солнечный диск, а может, что-то внутри вдруг настойчиво дернуло за нервные окончания.
Катя… Как же так? Как она могла предложить ей поступить настолько подло?! Разве друзья не должны поддерживать и вставать на твою сторону, тем более что ситуация настолько ясная, что и объяснять ничего не надо?
Дина покрутила телефон, но звонить не стала. Что она скажет подруге? Все уже и так понятно… Если верить в тому, что говорят психологи, то на место выбывшего из твоей жизни человека всегда приходит другой. Все зависит лишь от того, чего в данный момент ты хочешь. Получается, они с Катей свой выбор сделали…
Дина решительно поднялась и направилась в училище. Несколько сокурсниц, еле сдерживая радость, уже спускались навстречу по широкой лестнице.
— Динка, ты где гуляешь? Уф, все — отстрелялись! Есть предложение посидеть где-нибудь, ты как?
— Нет, сегодня точно не могу. Мне в больницу надо. Потом уж, когда все сдадим, — ответила она, стягивая халат.
— Да мы ненадолго! Время скоротать перед списками и консультацией. Ты вернешься?
— Конечно! — Дина аккуратно сложила халат и шапочку в пакет.
— Ой, слушай, Дин, — окликнула ее староста группы. У тебя же есть телефоны регистратур? Ты когда работу искала, прозванивала всех, помнишь? Скинь мне, пожалуйста! Хочу тоже подыскать себе вариант. Осталось-то всего ничего — защита практики и диплома! У-у!!! — она обхватила Дину за плечи и начала подпрыгивать в шутовском танце.
— Конечно скину, сейчас! — рассмеялась в ответ Дина.
— Тогда мы почапали! Кофеечку накинем! Пока-пока! — девчонки гурьбой вывалились наружу, и их веселый смех тут же разнесся по всей округе.
Дина подошла к окну фойе, открыла список контактов и отправила телефонные номера регистратур поликлинник старосте. Наткнувшись на имя Риммы Анатольевны, задумчиво погладила пальцем экран. Ночной разговор с Таней вспомнился в мельчайших подробностях. Пожалуй, Римма единственный человек, которому можно задать вопрос о бывших жильцах. Возможно, она сможет рассказать хоть что-то о том, что происходило в квартире, но тогда почему не предупредила об этом при первой встрече? Или бывшая хозяйка действительно не в курсе всех этих странностей, или у Дины с Таней совместное помутнение. Но тут уж, как говорится, из песни слов не выкинешь — квартира действительно обладает какими-то паранормальными способностями…