Истории Предгорья (СИ)
- Ну, по крайней мере, мы можем диктовать условия, - сказал Ос устало. - И нам не придётся отдавать её прямо сейчас. Уже что-то.
- Отдавать? - в голосе князя была чистейшая, густая ярость. - Я надеюсь, господин первый советник, вы так пошутили. На будущее учтите - не смешно.
Ос едва слышно вздохнул. Ситуация была щекотливой настолько, что хоть плачь, хоть смейся.
- Ну, у демона может быть лишь одна истинная пара, - отметил Ар, решивший, очевидно, мужественно взять часть огня на себя. - Вполне очевидно, что княжна будет одним из условий Договора. Нравится нам это или нет, княже, мы должны быть готовы к этому.
- Драконы не становятся парами демонов, - отрезал князь.
- Прости, мой князь, - Казначей говорил устало и с горечью. - Но мы оба знаем: Иветта - не дракон.
Глаза Тира пылали первозданной яростью. Пожалуй, будь Казначей простым человеком, давно сгорел бы под этим взглядом. По счастью, Серого так просто было не пронять - сидел себе, искрил слегка. Не о чем говорить.
Драконы Княжеского совета смотрели куда угодно, но не на князя. Каждый из них не имел понятия, что тут сказать, и просто малодушно радовался, что сам не оказался перед лицом подобной катастрофы.
"А мы с Микой ещё что-то говорим о Фиа-те", - подумал Ос мрачно. - "Да нас можно ещё поздравить с везением! Отдать дочь в пару демону... для дракона - хуже просто не придумаешь".
- Нет, - сказал Тир предсказуемо. - Это даже не может обсуждаться.
- Мне это нравится не больше, чем тебе, княже, - Ар решил пойти до конца. - Но душа для демона - это, глядя объективно, даже больше, чем истинная пара для нас, драконов. Она всегда лишь одна, пусть и может переродиться за долгий век демона несколько раз. От неё просто не отказываются, какого бы пола, возраста или роду-племени она ни родилась в этот раз! А уж Иветта - девочка, и не мне вам объяснять, что это значит. Пока она ребёнок, но юность, в отличии от старости, дело поправимое. Она сможет продолжить их род, и это окончательно укрепит позиции Воонтэ как наследного принца - никто из его братьев ещё не обзавёлся и намёком на пару...
- Ещё раз произнеси имя Иветты в контексте размножения демонов - и потеряешь должность, - прошипел Тир. - Этого не будет! В конечном итоге, мы нашли Вете пару. Оборотня. Кто он там - хорёк, суслик, крысёныш?
- Хорёк, - подал голос Ис, до того молчавший. - Не повезло парню.
Ос мысленно согласился с Ледяным: чем бы ни кончилась эта история, для мальчика-оборотня жизнь в любом случае не припасла счастливого конца.
***
- Ласковой тьмы, брат, - улыбнулся Воонтэ зеркалу. - Не слишком отвлекаю?
- Интересно, если я скажу, что слишком, ты отстанешь? - фыркнул Лиибу и раздраженно почесал рог. Воонтэ мысленно ему посочувствовал: ещё помнил все прелести линьки, которой сопровождалось у демонов первое совершеннолетие.
- Нет, не отстану, но сделаю вид, что устыдился, - усмехнулся Воонтэ. - Нашёл?
- Обижаешь, - клыкасто разулыбался братец. - И ты правильно сделал, что не стал вмешивать в это дядю: ему пока не стоит знать, что ты встретил душу.
Воонтэ понимающе кивнул, благо с Лиибу мог обсуждать эти вещи вполне свободно - изо всех семи детей, которыми одарила Тьма нынешнего Вечного Царя, именно с ним - да ещё, пожалуй, с малышкой Мааки - у наследного принца сложились наиболее доверительные отношения.
Лиибу, несмотря на юный возраст, был умным и довольно уравновешенным (для демона, конечно же). Его, как и Воонтэ, весьма сильно волновало серьёзное обострение отношений между отцом и дядей. Учитывая тот факт, что Царём изначально должен был стать Лаари (и стал бы, не встреть их отец свою душу), это все было, мягко говоря, весьма некстати.
- Так вот, об этом твоём хорьке, - зевнул Лиибу. - Зовут Кихари Илвара, живёт с семьёй на территории Кленового Дома Лисьего Клана. Чист, как ни странно. Голову на отсечение не дам - по крайней мере, свою - но всё указывает на то, что парень действительно решил отправиться на Отбор, дабы продать княгине специи. Как я понял, его семья загрызлась с Кленовым Домом и попала в опалу; вот парень и решил спасти положение таким вот оригинальным образом. Вызывает уважение, кстати - хоть и клинически тупой поступок, но смелый и изобретательный. Может, и не зря мальчик совместим с твоей душой.
Воонтэ поневоле ощерился.
- Специи, говоришь... откуда их вообще берут?
- Выращивают на специальных фермах - ну, большую часть. А что?
- А ты не хотел бы слетать на земли Кленового Дома, брат? Крылья разомнёшь, в огненных чарах попрактикуешься...
Лиибу прищурил свои огромные глазищи.
- Ты хочешь...
- Сделай так, чтобы у почтенного семейства Илвара больше не было фермы, - промурлыкал Воонтэ. - И самого семейства тоже - за каким-нибудь исключением, чтобы этот облезлый крыс был послушен.
- Узнаю тебя, братик, - хмыкнул Лиибу. - Нежен, как гильотина.
- Таких нужно учить, - отмахнулся Воонтэ. - Пусть это послужит маленькой наглой крысе уроком: вот что бывает с теми, кто вмешивается в игры сильных мира сего, ничего в них не понимая.
[3]
Ирейн некоторое время с возрастающим подозрением наблюдала за стратегическими перемещениями мужа в пространстве. Тот походил туда-сюда, рассеянно склонился к ней, поцеловав в висок, а после перехватил Вету на руки и явно навострил куда-то свои невидимые крылья.
Княгиня прислушалась к эмоциям пары и окончательно насторожилась. Она была научена нелёгким опытом прошедшего года совместной жизни, который можно было засчитывать за двадцать, как у магов-межмировиков.
Тут, впрочем, не стоит понимать превратно. Тир был замечательным мужем, любящим, внимательным и настолько добрым, насколько это вообще возможно для мужчины его статуса и расы; однако, если у существа есть характер, есть и прилагающиеся недостатки. В этом смысле князь Предгорья, генерирующий сомнительные идеи со скоростью сорок штук на день, упорный и упёртый, как стадо зачарованных баранов, прущих через кажущиеся непроходимыми буреломы к метафизическим воротам, был совершенно невыносим. Что уж там говорить, если он даже Ирейн, человека, признал своей парой - вопреки, как она теперь понимала, почти всему? Ради одного этого факта она и научилась преимущественно смиряться с некоторыми решениями супруга, пусть это и было не всегда легко. Более того, совместная жизнь научила её вовремя определять признаки надвигающегося глобального кабздеца - и здесь они, кажется, все были налицо.
- Так, ну хватит этого представления, - она привычно упёрла руки в бока и выросла на пути Бирюзового дракона, аки карающий дух возмездия. - Тир, что произошло?
- Произошло? - разулыбался дракон. - Нет, я просто хочу...
- Посади Вету обратно, она никуда с тобой не пойдёт. Я всегда знаю, что ты что-то задумал - неужели забыл? Потому давай обстоятельно и с расстановочкой, с самого начала: что происходит?
Дракон прищурился, прислушался к её эмоциям. Он явно размышлял, стоит ли что-то объяснять или лучше, как обычно, притвориться чайником и оправдываться постфактум. Ирейн поспешила склонить чашу весов в сторону первого варианта.
- Тир, я очень устала, - сказала она, параллельно воскрешая в памяти страхи и тревоги минувшего дня, дабы дракон по связи ощутил её состояние во всех красках. - Я не желаю больше сюрпризов и испугана. Пожалуйста, вспомни обещание, которое давал мне в начале нашей совместной жизни, и скажи правду. Куда ты собрался забрать Вету?
Князь поморщился.
- Успокойся, это не займёт много времени. Просто заставлю этого маленького крысёнка признать её - и дело с концом.
- Что?! - Ирейн в который раз посетовала, что скучает по жизни в трактире именно вот в такие вот моменты. Там с этим было удобно: любое бредовое высказывание, выданное завсегдатаями или любимым супружником, всегда можно было запить достаточным количеством алкоголя. Как-то так складывалось, что после пятой-шестой рюмашки любая ахинея, даже самая забористая, обретала смысл, а желание убить говорившего если не проходило, то хотя бы ослабевало до удобоваримых пределов.