Операция "Контрольный в сердце" (СИ)

 – Вэл! – притягиваю мексиканку к себе за шею. – Полегче, – улыбается мне. – Я ненавидела тебя! Ты знаешь, – шепчу ей на ухо. – Мне не нравится, к чему ты клонишь, – отстраняется она. – Ты ведь трахалась с моим Беном. Я тебе смерти желала. Но теперь, я хочу плакать, потому что ты уезжаешь! – всхлипываю. – Какая же ты пьяная, – хохочет Валери. – Я не пьяная! У меня к тебе чувства! – целую ее в губы. Она заливается смехом. – Пообещай, что будешь приезжать. – Ну, ради таких лобызаний! Сам Бог велел, – гладит меня по голове. – Я поеду, – киваю. – Да. Тебе явно уже хватит. Такси вызвать? – Поймаю на парковке, – снова целую Валери в щеку, прощаюсь с ребятами. На улице почти никого. Таксист дремлет в своей машине. – Куда едем? – пробуждается. – В Уэстчестер. К аэропорту. На стоянку полицейских вертолетов, – быстро набираю номер диспетчера Анны. Точно знаю, что она работает сегодня. Прошу у нее посмотреть в смене ли сегодняшней ночью Дилан Шерман. Она говорит, что на смене. Понятия не имею, какими будут мои действия. Я просто хочу посмотреть на живую копию моего любимого мужчины.
  
Называю номер своего значка на пропускном пункте, и прошу позвать Дилана. Спустя двадцать минут ко мне выходит он. Выше Бена на целую голову, а в остальном очень похож. Те же губы, нос, широкий лоб с длиной морщинкой вдоль…
 – Привет, – киваю ему. – Привет, – сводит широкие брови. – Холи, да? – Не думала, что запомнишь, – знакомы мы были всего несколько минут. – Когда твоя жена каждый вечер тычет тебе в лицо фотографиями ее бывшего мужа с нынешней девушкой, тут волей-неволей запомнишь. Даже родинку на шее, – добавляет. Я чуть улыбаюсь. – Ты по делу? – Да, – киваю. – Есть время? – Пойдем, в комнате отдыха хорошая кофеварка, – пропускает меня в небольшое одноэтажное здание рядом с ангарами. – Как дела? Последний раз, когда я видел Бена, он сказал, что Джастис хотела тебя убить. – Не думаю, что убить… – сажусь на лавку у стола. – Не будь я ловчее, точно получила бы заряд биты в голову. – Свихнулась, – качает он головой. – Мы на стадии развода. Она лечится сейчас в Нью-Джерси. Что-то вроде маниакального расстройства. Никогда не ожидал такого от нее. – Отчего же? Она уже угрожала мне. И не один раз, – опускаю голову. – Ты просто не знаешь. – А теперь не хочу знать, – наливает мне кофе. – Как Бен? – Не знаю, – хмыкаю. – Вы расстались? – чуть ли не давится кофе копия. – Можно и так сказать. Он в Ираке сейчас. Уже четвертый месяц. Ни слова, ни вслух, ни шепотом, ни на бумаге, – сжимаю кружку. – Ты приехала поплакаться мне? – улыбается. – Нет, – качаю головой. – Приехала спросить все ли в порядке с твоей женой, и может, мне пора перестать оборачиваться на каждый шорох, в ужасе, что где-то за моей спиной твоя благоверная с битой. – Можешь ходить спокойно. Она под наблюдением врачей, – кивает. – А еще… – поднимаю голову. Мой взгляд цепляется за его. Я скажу это! Я скажу это! – Я приехала посмотреть на тебя. – Что, прости? – пялится на меня. – Как так вышло, что вы с Беном так похожи? – В общем, слушай, – пододвигается ближе. – Сначала, мы были совершенно непохожи. Приехали в Джерси с разных концов галактики. У меня были черные волосы, большой нос и не было ушей. Но, когда мы с Беном совершили свой первый полет, неведомая сила объединила нас, потом перемешала, и разделила вновь. И потом мы стали такими похожими, – заканчивает шепотом. – Дурак, – прикрываю рот ладонью. Смеюсь. – Никакой серьезности, – качаю головой. – Просто так вышло, Холи, – жмет плечами. – Сам не знаю, как так мы встретились, жили в одной комнате, и были лучшими друзьями. Нас путали. Порой Бен летал за меня на учениях, а когда-то и я вместо него. – Почему ты позволил женщине встать между вами? – Не знаю, – качает головой. – У меня нет ответа. И никогда не было. Я сам себе ответить не могу. Может, я просто знал, что они не любили друг друга… Я не знаю. Это самая большая ошибка в моей жизни, и я больше не хочу об этом. Я ведь тебя совсем не знаю, – улыбается. Бен улыбался также! – Ладно, – встаю. – Все, что мне было нужно узнать, я узнала. Могу ходить по улицам спокойно, – киваю. – Спасибо за кофе, – протягиваю ему ладонь. – Не за что, у нас его много, и он весь на халяву, – жмет мою руку.
Дилан дожидается вместе со мной такси, еще раз прощается, и я спокойно уезжаю домой. Еще пару бутылочек Фостера, и я засыпаю, обняв горячего Оскара.
Утро не самое приятное. Хотя, когда это похмелье было приятным? У меня твердая уверенность. Я слишком сильно соскучилась по своему мужчине. Безумно хочу его увидеть. Если нам еще не сообщили о его смерти, то он определенно жив.
Я поеду! Я поеду к нему. Поеду за ним!
====== Часть 81. Лагерь ======
На часах половина шестого. Стою на парковке нашего департамента. Смена вот-вот начнется, но Джона еще нет. Когда он не начальник смены, то приезжает чуть позже. Его Кадиллак долго ищет место, и наконец останавливается.
 – Джон! – выбрасываю сигарету в урну, допиваю остатки кофе в моем стакане. – Эй! Джон! – быстро бегу к нему. – Ты чего тут? – похлопывает меня по плечу. – Нужно поговорить. – Что ты натворила? О, Господи! Почему с тобой столько проблем? Холи, что на этот раз? – он уже предвкушает что-то страшное. – Мне нужно к Бену, – выдыхаю. – Он приехал? – Джон впивается в меня взглядом. – Нет. В том то и дело. Я хочу к нему. Я хочу! Понимаешь? – крепко сжимаю его плечи. – Не могу без него! – У тебя, типа… Эмм… Волосы грязные? – морщится Джон. Все-таки заметил. – Да! – фыркаю. – А ещё я зубы не чистила уже два дня. У меня жуткое похмелье, на завтрак съела сэндвич с несвежим тунцом и луком. Пломба выпала, и я, кажется, сломала ногу, пытаясь забраться в чёртов Рендж Ровер этого идиота! – ворчу. – Может, возьмёшь отгулы? – Может, отвалишь? Лучше позвони своему другу и прикажи вернуться! – скидываю кеды, топчусь по холодному асфальту босыми ногами. – Эй! Я твой шеф! – издевается Джон. – Эй! Ты был на нашей лжепомолвке! – кривляюсь. – Ты неадекватна! Я не пущу тебя на улицы! – грозит. – Никогда. – Ты неадекватна, я не пущу тебя! – передразниваю его. – Всё, иди домой. И оплаты не жди! – рычит. – Оплаты нет, Бена нет… И счастья нет. Ни хрена нет! – опускаюсь на скамейку. – Джон! Пожалуйста, умоляю тебя! Позови его обратно! Я умру без него! Я не хочу потерять двоих родных людей в Ираке! – на глазах слёзы. Я крепко обнимаю Джона. – Холи. Я просил, приказывал. Он упрямый. – Трус! – хнычу. – Эй! А я могу взять отпуск? – Вообще-то ты обязана взять отпуск, – шепчет Джон. – Мне же никто не запретит поехать за ним? – хлопаю ресницами. – Разве, что твои родители? – жмёт плечами. – Мне двадцать пять! Я помолвлена! Могу делать что хочу, и ехать за своим идиотом-женихом хоть куда! – встаю. – Так что поцелуй меня в русско-ирландский зад! – А? – Джон в шоке. – Ну, не ты, а кто угодно! Нет, не ты! – мотаю головой. Что я несу? Это всё похмелье. – Забудь, шеф. Я домой. Одобри, пожалуйста, моё прошение на отпуск. Я пришлю его тебе, как только просплюсь, – неожиданно икаю. Шеф смеётся, закрыв ладонью лицо. – Вали, О’Доннелл! – качает головой.
И началось! Километры собранных справок, разрешений, счетов, направлений, отметки о пройденном инструктаже. И вот я в тренировочном лагере на краю Северной Каролины. Меня отправят в тот самый Кемп-Букка, туда где сейчас Бен. Или где был Бен. Я не знаю. Надеюсь, он все еще там!
Третью неделю провожу в морге. Он учебный. Пытаюсь вернуть себе навыки полученные в университете, которые, я подзабыла за три года служения патрульным. Снова хожу на уроки по судмедэкспертизе и анатомии, посещаю уроки самообороны, стрельбы. Теперь в моих руках не только Глок и Беретта, но и снайперская винтовка, которая сейчас на вооружении у пограничников. Именно с такой они поражают незаконных мексиканских эмигрантов. Она довольно-таки тяжелая, своенравная. Спусковой крючок жестко возвращается на свое исходное положение, здорово щелкая по пальцу. На ногте уже коричневый синяк от постоянного долбления о железяку.
  
Наконец, после утомительнейшего дня проведенного в аудитории, и расслабляющего душа, сажусь перед ноутбуком.