Бухта Магнолия. Магия, чистая и злая
Она отогнала эти мысли прочь. Жалость к себе – полное убожество.
За несколькими столами сидели мужчины и женщины и играли в покер, маджонг или в кости. Другие приходили сюда, чтобы напиться или одурманить себя чем-то другим: «Серебряным дымом» или искристым порошком – и то и другое добывалось из огня драконов. Или предавались плотским удовольствиям.
В дальнем конце бара на диванах Кари заметила двоих мужчин, которые развлекались с «женскими оболочками». Безгласные существа сидели в тонких платьицах, в париках и с румянами на щеках. Тем не менее сразу было видно, что они не настоящие люди – так неподвижно и безучастно они замирали на коленях у мужчин. «Оболочки» были не рожденными существами, а сотворенными магическим способом, их покупали за очень большие деньги. У них не было собственной воли, не было ни чувств, ни души… И хотя их тела состояли из плоти и крови, по сути «женские оболочки» были лишь куклами. У Дайширо имелась добрая дюжина таких, часто он отдавал их своим солдатам, чтобы те могли испробовать действие своего оружия на настоящей плоти.
Большинству посетителей в «Люминере» хватало ума опускать глаза, пока Кари обшаривала взглядом все уголки помещения. Завсегдатаи уже знали Кари, а всем остальным один ее вид говорил, что с этой девушкой лучше не шутить. Облегающее платье из бирюзового шелка, до колен, с открытой спиной, длинные светлые волосы были зачесаны на одну сторону, так что спина оставалась на виду. Или, вернее сказать, видна была татуировка – пестрая райская птица, узор от плеч до талии, – знак, подтверждающий, что Кари была райской птичкой из клана Скарабеев.
И никто – действительно никто – не хотел бы столкнуться с дочерью дона Дайширо Немеа и навлечь его немилость.
Кари с наслаждением втянула воздух, который вдруг наполнился ароматом свежего граната, душистых палочек и магнолий. Ах, этот сладкий страх.
Тут она заметила молодого человека у стойки бара; он смотрел на нее, не опуская глаз. Он прямо-таки уставился на нее с вызывающей улыбкой на губах. Харуо тоже на него сразу обратил внимание. Он подошел к Кари ближе и застыл, положив ладонь на пояс, где торчали его любимые игрушки – ножи разной формы и величины. Большинство людей этот жест заставил бы в страхе скрыться в уборной, но парня у стойки он совсем не впечатлил.
– Подождите здесь, – приказала Кари своим телохранителям.
Тотчас Харуо встал перед ней, оттесняя в сторону.
– Давай я его сначала проверю, – предложил он куда более мягким тоном, чем перед этим.
Пару секунд Кари колебалась, последовать ли его просьбе. Может, оказать ему любезность, позволив поиграть в защитника? Но потом все же закатила глаза и зацокала каблучками к стойке бара. Села на табурет рядом с незнакомцем. Не успела толком устроиться, как к ней подвальсировала леди Винн, владелица «Люминера».
– Добрый вечер, мисс Немеа. Какая честь приветствовать вас в нашем заведении, – прошептала она.
– Как и каждый месяц, – ответила Кари.
Улыбка Винн казалась вымученной.
– Как обычно или я могу угостить вас напитком? – машинально спросила она.
Обычной была ежемесячная дань, которую леди Винн платила клану Скарабеев за покровительство.
– Я бы выпила джина, – согласилась Кари.
– Конечно, лучший джин из наших погребов только для вас, – прошелестела леди Винн и обозначила поклон.
Не успела она повернуться, как к бармену обратился мужчина, сидевший по левую руку от Кари:
– Пожалуйста, два джина. – И, обернувшись к Кари, продолжил: – Я угощаю.
– Не надо, – отрезала она, даже не взглянув на молодого человека. – Меня угощает заведение.
– Заведение меня наверняка простит, если я возьму оплату на себя.
Кари неторопливо повернулась к нему и посмотрела прямо в лицо, на котором проступил убийственный отпечаток превосходства. Брови парня элегантно разлетались над прямым носом. Черные волосы падали на правую сторону лба и прикрывали ухо. Кожа была темнее, чем у Кари, а глаза черные, как море во время грозы ночью. Это был самоуверенный нахал, из тех, кому достаточно лишь приподнять уголок губ или просто подмигнуть – и женщины уже выстраиваются в очередь. Черт побери, и он об этом знал. И действительно, когда их взгляды скрестились, его губы растянулись в кривую улыбку и он ей подмигнул. Кари пришлось взять себя в руки, чтобы не фыркнуть.
– Как насчет одной партии? – спросил он все с той же самонадеянной улыбкой, доставая из кармана колоду карт с драконами на рубашке.
Кари заметила, что Харуо и Генджи заняли места с краю и следили за каждым ее движением. Стоило этому незнакомцу перейти границу, он и глазом моргнуть не успеет, как нож воткнется ему в лоб.
– Я не играю, – заявила Кари.
– А что делает в игровом заведении человек, который не играет? – упорствовал тот.
– А вот это тебя не касается, – закрыла она вопрос и положила ладонь на стойку так, чтобы он увидел ее запястье, на котором красовался знак рода Немеа – скарабей, держащий в лапках полумесяц.
Собственно, в этот момент парень должен был осознать свою ошибку, извиниться и как можно быстрее пересесть куда подальше. Или вообще улизнуть из бара. Все знали, на севере Бухты Магнолия три клана были настолько могущественны, что даже правительство и его государственные воинские формирования оставляли их в покое, и клан Скарабеев был сильнейшим из трех.
Но парень лишь поднял брови. Скорее всего, он просто не опознал этот знак? Вполне возможно; по крайней мере, Кари до сих пор ни разу не видела этого парня в кварталах мафии.
– А жаль, – сказал он и положил свою ладонь рядом с ее.
Кари чуть не столкнула его с табурета, чтобы показать, кто тут главный в квартале дона Немеа, но ее внимание привлекла брошь, приколотая к его рукаву. Крошечный значок, блестящая ониксовая поверхность которого почти сливалась с чернотой его куртки. Лилия, обрамленная огнем.
Она задержала дыхание, мысленно считая до трех. Дайширо предостерегал ее от «лилий». Что означал этот символ, Кари не знала. «Лилии» были не кланом, не предприятием, а тайной организацией, которая проворачивала свои делишки незаметно для всех. Официально ее не существовало – и Кари понятия не имела, чем они занимались, и тем не менее горящая лилия означала могущество. Дайширо сказал ей лишь однажды: «Держись подальше от „лилий“. Это члены тайного синдиката. Что бы ни случилось, моя райская птичка, не связывайся ни с кем из „лилий“».
В голосе Дайширо она уловила тревогу. А больше Кари ничего и не полагалось знать – уж если глава клана Скарабеев выказывает хотя бы искру волнения о чем-то, это «что-то» таит в себе огромную опасность.
– Точно не хочешь сыграть? – еще раз спросил молодой человек.
Кари сглотнула. Она знала, что надо сделать. Вежливо попрощаться, встать и уйти, чтобы обо всем доложить Дайширо. Но ей стало слишком любопытно, что делает агент синдиката «Горящая лилия» на территории Немеа, а еще больше ей хотелось узнать, чего ему надо именно в этом паршивом игровом притоне.
И она кивнула:
– Одну партию. Но должна тебя предостеречь: я превосходный игрок и, пусть ты здесь явно новенький, снисхождения от меня не жди.
Пока он тасовал карты, леди Винн поставила перед ними два бокала с напитками. Харуо и Генджи все еще стояли с краю барной стойки. Наверняка они оба отправят Дайширо детальный отчет о случившемся. Объяснять дону, почему она пустилась во все тяжкие, согласившись на игру с незнакомцем, не доставит Кари никакой радости.
Агент раздал карты:
– Можно спросить, как тебя зовут?
– Зачем? – Кари пожала плечами.
– Разве не приятнее будет играть, называя друг друга по имени? Я, конечно, могу называть тебя «мисс Немеа», если тебе это польстит.
– Кари, – сказала она подчеркнуто безучастно. – А ты?
– Йонас.
– А твое настоящее имя?
Он заморгал:
– Что, извини?
– Ты меня прекрасно понял, Йонас.
Казалось, он в смятении.
– Наэль, – произнес он через пару секунд и протянул ей руку. – Хотел бы я знать, чем себя выдал.