Вперед, Команданте (СИ)

Еще, на той же студии мне дали возможность прочесть рукопись одного русского эмигранта, предварительное название «Расстрельное лето». Россия, 1918 год – и отважный офицер Белой Гвардии спасает свою невесту из лап чекистов, которые показаны такими негодяями, что даже Аль Капоне бы стошнило от омерзения. Проект кажется мне очень интересным – хотелось бы взглянуть, что будет в итоге.
И если, те, кто просмотрит эти фильмы, станут меньше верить в свою коммунистическую или католическую Идею – значит наш труд не пропал зря.
Его Святейшество Пий Двенадцатый.
Глава Церкви летит в обитель всемирного зла, чтобы посадить на цепь красного зверя.
Папа Римский спешит выразить покорность коммунистическому дьяволу.
Заголовки иностранных газет. Вызывают мысли о справедливости божьей кары для таких как месье Фаньер. Который, даже став паралитиком, не только не унял свой поганый язык, но принялся извергать еще больший поток грязи – и на коммунистов, и на Святой Престол. Если бы можно было поступить с этим дешевым писакой так, как во времена Лютера с теми, кто посмел бы лишь заикнуться о «лжеисидоровых декреталиях»! Непогрешимость Папы и его право говорить от лица всей Церкви – освящена веками, и никому не дозволено в этом усомниться! (прим. авт. – «лжеисидоровы декреталии» – тексты, сочиненные в IX веке неизвестным автором (или авторами) от лица Исидора Севильского, святого и чудотворца, жившего тремя столетиями раньше. Обосновывали первородство римского понтифика как главы Католической Церкви – до того он считался лишь «первым из епископов». Именно на эти «декреталии» ссылались последующие Папы, утверждая свою власть. Впервые были названы фальшивкой во время Реформации, окончательно же подлог был раскрыт в XVII веке, тогда же стали из «исидоровых» – «лжеисидоровыми»).
Нет, Папа не был коммунистом, боже упаси! Если бы в интересах Церкви было выступить против, если бы, например, в Рим по итогу Великой войны вошли американцы… Но взглянем правде в глаза: если большинству нашей паствы сейчас предложить выбор между верой Христовой и надеждой увидеть царство Божие не после смерти, а в жизни земной – далеко не факт что Вера победит. Ну а в СССР после великой и славной Победы – Сталина почитают не меньше чем святого, и спорить с этим не стоит даже пытаться; слава Господу, что в Москве не возражают против нашей заботы к тем немногим, кто еще пребывает в католической вере (на западных советских территориях). Конечно, если и в этой истории через тридцать лет будет Горбачев… тогда и посмотрим. Если Церковь сохранит силу, не подвергнется гниению либерализма – который сейчас более опасен для Святого Престола, чем коммунизм!
Идея о созыве Второго Ватиканского Собора посетила Папу еще в 1948 году, тогда же была создана и подготовительная комиссия. Но окончательное решение, Собору быть – было принято, когда Пий Двенадцатый узнал о будущем (и о возможном скором окончании своей земной жизни). Мир услышал об этом решении осенью 1953 года, и подготовка шла (как бы сказали советские) ударными темпами: было разослано почти три тысячи писем прелатам и аббатам, резиденциальным и титулярным епископам, нунциям, викариям и апостольским префектам, генеральным настоятелям братств и конгрегаций, а также богословским и юридическим факультетам католических университетов. Все они могли высказаться по той или иной проблеме – но темы для будущего обсуждения утверждал лично Папа и узкий круг отобранным им лиц, чья верность Святой Вере (и консервативные взгляды) не вызывали сомнений.
Неожиданной помехой было внезапное ухудшение здоровья Папы. В январе 1954 года глава Римско-Католической Церкви начал стремительно худеть, побледнел, его начали мучить бессоница и хроническая икота. Папский лейб-медик – врач Галеацци-Лизи – попавший на столь высокий пост исключительно по дружбе с Пием Двенадцатым, проявлял вопиющую некомпетентность и только и мог, что прописывать пациенту чай с ромашкой и витамины. К счастью, на этот раз (в отличие от иной истории) высокопоставленный пациент был подготовлен к случившемуся заранее. Поэтому он сразу связался с советским правительством и попросил о помощи передовой советской медицины. Из дружественного СССР прибыла комиссия из самых компетентных врачей, в которую входил и небезызвестный Святослав Князев, ранее отслуживший на борту «той самой» таинственной подводной лодки «Моржиха»…
 
Светила советской медицины (приглашенные им на помощь врачи-итальянцы не решались оспаривать их мнения, а папский лейб-медик и вовсе принимал участие в консилиуме лишь как зритель) порекомендовали свои методы лечения, включавшие питье ледяной воды маленькими глотками и применение нескольких ультрасовременных советских лекарств. Состояние здоровья Папы действительно вскоре улучшилось, кровоизлияния в желудок на сей раз удалось избежать, сон наладился, икота прошла. Также понтифика предупредили об опасности, связанной с подъемом и переноской тяжести – даже пришлось назначить специального человека, чтобы переносить книги и папки с документами (прим. авт. – в нашей истории в декабре 1954 Папа получил повреждение внутренних органов при переноске слишком тяжелых документов – диафрагма зацепила часть верхней стенки желудка и разорвалась, надо было проводить сложную операцию).
Наконец, 29 июня 1954 года Второй Ватиканский собор был объявлен открытым. Первой (и главной) темой был решительный отпор «модернистам» и либералам – желание реформировать Церковь, «в сторону от вековых христианских традиций», равно как и даже намеки на объединение с иными религиями, были объявлены ересью. В то же время подчеркивалось, что к Православию это не относится, и Святой Престол не возражает против попыток проложить путь к единству с ним. Поскольку Православные Церкви объявлялись «сестрами» Римско-Католической, имеющими с ней общие традиции, духовное и богословское наследие, их молитвы и таинства получили «частичное признание благодатности». В отличие от протестантов – деятельность которых, как Папа знал, всего через полвека приведет католическую Церковь к полному упадку и потере авторитета. Исключение было принято для немногих, признающих принцип рукоположения епископов – они также считались «частично признанынми».
Были приняты декреты «О миссионерстве», «О пастырском служении епископов в Церкви», «О подготовке к священству» и декларации «О религиозной свободе», «О христианском воспитании» и «Об отношении к нехристианским религиям». Основные догматические и литургические традиции РКЦ признавались единственно верными и не подлежащими изменению. За немногими исключениями: так, в некоторых странах, где влияние РКЦ только начинало распространяться, было позволено использовать в богослужении местные языки наряду с латынью – но никак не вместо нее! Также разрешалось сохранять некоторые свои традиции тем церквям, которые вступили бы в унию с католической церковью. Все религии, кроме христианства, по-прежнему объявлялись ложными, а их последователи – заблуждающимися, была подтверждена ответственность иудеев за распятие Христа. В то же время РКЦ не возражала против сотрудничества с другими религиозными и нерелигиозными организациями в мирских делах, служащих общему благу, и даже одобрила это. Было вынесено решение о налаживании лучших отношений с Православными церквями и о необходимости усиления миссионерской деятельности церкви, к которой теперь разрешалось привлекать и католиков-мирян. Признано ненужным вести эту деятельность в среде православных христиан, зато следовало усилить среди протестантов, мусульман, а также в Африке, Индии и Китае.
 
Усиливался контроль за моральным обликом пастырей божьих. Скандалы по причине разврата и гомосексуализма священнослужителей – и в прежние века были не самой лучшей страницей в истории Церкви, но теперь они и в будущем станут одной из мин под ее основами! А что в Канаде творилось – конечно, Папа знал о неуместном рвении господина Дюплесси, но подлинным откровением была информация из будущего, что «даже много лет спустя, люди на улице будут плеваться вслед католическим священникам» – что никак не могло быть терпимо! Скандала избежать не удалось и здесь – но в отличие от той истории, виновными оказались отдельные лица квебекской епархии, а никак не Святой Престол, восстановивший справедливость. И впредь во избежание подобного, церковному руководству всех уровней, вплоть до высшего, вменялось в обязанность немедленно проводить расследование всех подозрительных случаев, скрывать которые от вышестоящего взора запрещалось под страхом отлучения. Ну а деятельность епископов в таких ситуациях должна была расследоваться напрямую Ватиканом.