Клятва любви и мести (ЛП)
Дверные петли моего кабинета заскрипели, и, обернувшись, я увидел Эмилию, выглядывающую из-за приоткрытой двери. Ее волосы были растрепаны, шелковая ночная рубашка едва доставала до середины бедра. Как всегда, от одного ее взгляда у меня мгновенно встал член. Она заставляла меня забыть обо всем, что было не связано с ней.
Мой взгляд упал на тонкую царапину, украшавшую ее грудь, и мне стало больно. Мне не нравилась ее душевная боль, и я ненавидел ее страх, но мне нравилось, что она позволяла мне помогать ей. Что она нуждалась во мне. Мне нравилось подталкивать ее к тонкой грани боли и удовольствия и наблюдать, как она распадается на части из-за меня.
Я был бы для нее отдушиной, утешением, терапией. Я бы защищал ее от всего и вся, кроме себя.
— Иди сюда, крошка.
Она подошла ко мне через комнату.
— Почему ты еще не спишь?
Я обнял ее сзади за шею и притянул к себе.
— Просто заканчиваю кое-какую работу.
— У тебя задумчивый вид.
Она взяла мою свободную руку в свои и провела пальцами по моим разбитым костяшкам. Этот придурок из Клана изрядно разозлил меня, даже если он ни хрена нам не сказал. Она подняла на меня взгляд, сдвинув брови.
— Это был не Лука, — сказал я, прежде чем она успела спросить.
— Я так и думала.
— Ложь. Ты знаешь, что я бы причинил ему боль, если бы был с ним в одной комнате.
— Ты обещал...
— Вот почему я не был с ним в одной комнате. — Я погладил ее по щеке свободной рукой. — Почему ты не спишь, любовь моя?
— Мне приснился кошмар.
— Хочешь поговорить об этом?
Она покачала головой, и я догадался, в чем дело. Ее отец. Чувство вины, казалось, всегда преследовало ее, когда она засыпала. Последние несколько ночей ей было плохо, и я сказал себе, что именно поэтому не сказал ей о том, что Романо в городе. На самом деле, мне просто не хотелось пугать ее или причинять ей страдания. Этот мужчина был ее страхом, но он никогда бы к ней не подошел. Ей не нужно было знать, что его присутствие здесь не давало мне покоя.
— Ты умеешь стрелять, принцесса? — Я знал, что у нее есть основы, потому что она подстрелила Филиппа, когда сбежала из моего пентхауса.
Ее брови нахмурились еще сильнее.
— Да. Ренцо научил меня, когда мне было четырнадцать.
— Хорошо. — Я отошел от нее и подошел к своему столу, открыл ящик и достал девятимиллиметровый пистолет, который там хранил. — Я хочу, чтобы это осталось у тебя. — Я протянул ей пистолет, и она посмотрела на него, прежде чем обхватить пальцами рукоять. — Это просто мера предосторожности, но я хочу, чтобы ты всегда носила его с собой. Если кто-то попытается причинить тебе вред или схватить, сначала стреляй, а потом задавай вопросы.
— Ты хочешь дать мне пистолет? — Она приподняла бровь. — Ты ведь помнишь, как я однажды ударила тебя ножом, да?
Я выдавил из себя смешок.
— В последнее время ты не такая вспыльчивая.
— Разве?
Я сжал ее подбородок, касаясь губами ее губ.
— Ты бы ударила меня сейчас, крошка? — Я прикусил ее губу. — Ты бы попыталась убить меня?
— Нет, — выдохнула она.
— И почему, крошка?
Ее рука легла мне на грудь, а эти сладкие губы были так близко, что я мог вдыхать их запах, ощущать их вкус на своем языке.
— Потому что я люблю тебя.
Мой член дернулся. Мне понравилось слышать, как она произносит эти слова. Такие невинные, доверчивые.
Мои пальцы сомкнулись на ее горле, прежде чем я развернул ее и притянул к своей груди. Она ахнула, и я наклонил ее голову набок, покрывая поцелуями гладкую шею.
— Я чертовски люблю тебя, крошка. — Моя свободная рука опустилась на ее бедро, приподнимая шелк ночной рубашки. — А теперь наклонись над столом и раздвинь ноги.
Глава 23
Эмилия
Джио взял меня за руку и повел по коридору.
— Я не люблю сюрпризы, — сказала я. Этим утром я была уставшей и раздраженной, но было трудно не поддаться его детскому возбуждению.
— Мы уже выяснили, что на самом деле у тебя никогда не было сюрпризов. И, учитывая, что последний сюрприз был отложен...
— Однажды Ренцо выпустил лягушку в моей комнате и назвал это сюрпризом. — Мне было десять, и он поймал ее для меня; потом, когда он принес ее в мою комнату и раскрыл ладонь, чтобы показать мне, она тут же выпрыгнула. Я несколько дней толком не спала, все думала, что она заползет мне в рот во сне. — Так что, да, я не люблю сюрпризы.
Джио рассмеялся.
— Ну, я обещаю, что это не лягушка.
Он толкнул дверь, и меня обдало прохладным воздухом, когда я посмотрела вниз на бетонную лестницу.
— Это еще один жуткий подвал?
Не отвечая, он потянул меня вперед, вниз по ступенькам, в гараж. Пространство было заполнено несколькими быстрыми на вид машинами, но он прошел мимо них и остановился возле темно-фиолетового «Рейндж Ровера». Затем он взял меня за руку и положил мне на ладонь связку ключей.
Я нахмурилась, глядя на брелок, потом на него.
— Я не понимаю.
Его губы изогнулись.
— Это твоя машина.
— Ты... купил мне машину?
— Да. — Он купил мне машину. Целую машину. Моего любимого цвета.
— Фиолетовую.
Его губы изогнулись.
— Я в курсе.
— Фиолетовый — мой любимый цвет.
— Я знаю.
Я никогда не говорила ему об этом.
— Как…
— Я наблюдательный.
Я покачала головой.
— Это... — Это уже чересчур. Щедро. Прекрасно. И бессмысленно. Я прикусила губу, не желая растоптать его подарок. — Но я не умею водить, Джио...
— Я знаю. — Он убрал мои волосы за ухо и наклонился, целуя сначала в щеку, затем в подбородок, в шею… Я склонила голову набок, по моему телу пробежала легкая дрожь. — Вот почему я собираюсь научить тебя.
— Что? — Я отстранилась, чтобы встретиться с ним взглядом. — Серьезно?
— Садись, принцесса. — Он мотнул головой в сторону машины, и я практически взвизгнула, когда обвила руками его шею и прижала к себе.
Для некоторых людей это, возможно, не самый большой жест. Покупка машины была приятна, но научить меня водить… Это была свобода, открытая дверь в клетку, которая всегда была заперта. Он доверял мне, давал мне возможность сбежать, в которой мой отец всегда отказывал мне. Это был жест, который говорил о том, что он понимает меня и мои потребности. Что он не будет заковывать меня в цепи.
Я ударилась спиной о борт машины, прежде чем его губы накрыли мои.
— Садись в машину, пока я не трахнул тебя, принцесса.
Я улыбнулась, затем прикусила его нижнюю губу и нырнула под его руку. Машина была такой большой, что мне пришлось практически карабкаться в нее. Джио сел на пассажирское сиденье, олицетворяя спокойствие. Я бы на его месте определенно не была спокойной. Было похоже, что в ближайшие две минуты я убью нас.
Он взял с центральной консоли брелок и нажал на него, открывая дверь гаража. Затем помог мне завести двигатель.
— Теперь жми на газ и крути руль. Спокойно.
Я нажала на газ, и машина рванулась вперед.
Он рассмеялся.
— Осторожно.
Пару минут спустя я уже ехала по подъездной дорожке со скоростью улитки.
— Может, мне съехать на обочину и пропустить их? — Спросил я, кивая головой в сторону зеркала заднего вида и черного внедорожника, маячившего позади меня.
— Нет. Они едут за тобой, крошка.
Я нахмурилась, не отрывая взгляда от дороги.
— Зачем?
— Безопасность.
— Но у меня есть ты. — И пистолет, который в данный момент упирается мне в поясницу.
— Это просто мера предосторожности.
Как бы это ни раздражало, я знала, что его властность вызвана заботой и любовью, а не желанием заманить меня в ловушку или контролировать. Мы подъехали к воротам, и я ожидала, что он скажет мне развернуться, но вместо этого они начали открываться.
— Подожди, мы поедем туда?
— Теперь ты освоилась.
— По прямой, без других машин!
Он усмехнулся.