Книжный в Лисьей Бухте
— Ну как, очарована? — весело спросил Джейкоб, но Анне показалось, что в его голосе слышится и гордость.
Слева простирался океан — бескрайний, бирюзовый. Справа тянулась болотистая местность. Дорога вела в небольшой симпатичный, будто с картинки, приморский городок. Наверняка его фотография красуется в каком-нибудь словаре рядом с выражением «деревенское очарование».
— Красота! — искренне выдохнула Анна.
Они направились в город. Россыпь домишек пастельных цветов со сланцевыми крышами. Лазурная, как на Карибах, вода. Мощенные булыжником улицы. Крики чаек. Джип миновал заведение «У Теда: рыба с картофелем фри» (владеет закусочной, а таксует так, для души?), милейший розовенький паб с неожиданной вывеской «Душа моряка», магазины товаров для серфинга и ларьки с мороженым. Фургончик на пляже рекламировал пиццу, приготовленную в дровяной печи. А дальше, у мыса, в бирюзовое море упирался пирс.
Джейкоб затормозил.
— Тут на джипе не покатаешься, — объяснил он и ткнул пальцем в сторону ближайшей мощеной улочки. — Тебе вон туда. Покедова!
— Спасибо, — процедила Анна.
Она вытащила чемодан из багажника и хлопнула дверцей чуть сильнее, чем следовало. А затем потопала по булыжнику. В конце ряда розовых магазинчиков с небесно-голубыми навесами стояла книжная лавка «Смелые мечты». А снаружи, раскрыв руки, ждала тетя Джози.
Анна бросилась к ней на шею.
— Прости, милая! — воскликнула тетя. — Я уж собиралась выезжать, но тут прорвало трубу. Пришлось все чинить, отмывать. Хорошо хоть Джейкоб подсобил.
Джози помахала рукой куда-то в направлении улицы.
— Джейкоб! Маме привет! А Бетти пусть приходит послушать сказку, как обычно.
Анна почти не обратила внимания на отъезжающую машину. Наконец-то она с тетей Джози, которую не видела без малого пять лет — с тех пор, как та в последний раз приезжала погостить в Лондоне. Тете минуло пятьдесят, в уголках глаз собрались морщинки, а в пышных кудрях прибавилось седины. Однако она так и осталась прежней чудесной тетей Джози с глазами цвета морской волны, которая будила Анну посреди ночи, чтобы вместе полюбоваться полной луной. Она баловала племянницу монетками и конфетками, ведь жизнь слишком коротка, чтобы отказывать себе в приятных мелочах.
Тетя крепко прижала ее к себе. Анну окружил звон бус и знакомый запах пачули и ванили. И внезапно от тепла, аромата, тетиных объятий, красоты бухты и кошмарных событий, которые остались дома, захотелось расплакаться.
— Все в порядке, милая, — прошептала Джози ей в макушку. — Теперь ты здесь, а лето только начинается.
Глава 3
Первым, что привлекло внимание Анны в «Смелых мечтах», был запах: аромат страниц книг, знакомый еще с детской библиотеки, смешивался с солоноватым привкусом моря и слабыми нотками пачули. Ну конечно, Джози зажигала в магазине благовония!
По окружности эркера с витражными стеклами тянулся диванчик. Напротив него, на другом конце магазина, стояла потертая деревянная кассовая стойка. И, конечно, здесь была куча книг. Медленно, завороженно шагая вперед, Анна рассматривала огромные стеллажи — они тянулись от обшарпанного деревянного пола до балок потолка. Все были набиты битком — из некоторых тома едва ли не падали. На полках покачивались вывески, расписанные вручную витиеватым почерком Джози: «Поэзия», «Детективы и триллеры», «Морская история». По углам зала ютились коробки, в которых лежало еще больше книг. А на полке у дальней стены стояли закупоренные пробками стеклянные бутылочки.
— Бутылки желаний! — объяснила Джози, опираясь на кассовую стойку. — Нужно написать на листочке свою мечту, положить внутрь и бросить в море. Вот только я постоянно забываю этим заняться.
Анна продолжила осматривать магазин — переполненный книгами, но такой уютный. Ее внимание привлек раздел с вывеской «Русская литература». Для столь небольшой лавки коллекция казалась на удивление огромной. Стеллаж занимали толстенные тома — Толстой, Достоевский, Чехов — и менее известные произведения. Анна вспомнила: ее тетя всей душой любила русскую литературу и даже читала ей русские стихи, когда она была маленькой.
— О-о, приметила классиков? — поинтересовалась Джози, подойдя ближе. — Оно и понятно. Ты ведь все-таки моя племянница.
— О чем ты? — спросила Анна, ведя пальцами по корешкам.
— Начнем с того, что тебя назвали в честь Анны Карениной! — просияла тетя. — Милая, я выбрала тебе имя, подходящее нашей родословной. Разве мама тебе не рассказывала?
Анна приподняла бровь. Джози порой любила преувеличивать.
— Нет. Она говорила, что меня назвали в честь ее лучшей подруги из университета.
— Ну, отчасти идея все-таки моя, — загадочно протянула тетя. — Сначала я предложила назвать тебя Настей. Это сокращение от «Анастасия», имени пропавшей царевны. Но твоя мама отказалась.
— Наверное, оно и к лучшему, — ответила Анна. — А что такого с нашей родословной?
— Я уверена: среди наших предков были и русские. На стороне твоего отца ни у кого нет таких скул. Анна, я так рада, что ты приехала! Знаю, в последние месяцы тебе пришлось нелегко, но я чую: вскоре удача будет на твоей стороне. Судьба неспроста привела тебя в Лисью Бухту. Иначе почему мне в тот день захотелось позвонить твоей маме?
— Это просто совпадение, — пробормотала Анна.
— Ничего подобного! Это судьба. Мы с тобой очень похожи. Мы умеем мечтать. Как там говорил Пушкин? Вроде бы «Лучше мечтать о тысяче снов, которых никогда не было, чем никогда не мечтать». Это про нас, Анна! Мы — мечтатели, и…
Ее прервал резкий звон колокольчиков. Со стеллажа неподалеку спрыгнул черный кот и прошествовал к Анне и тете, гордо подняв хвост.
— А вот и Пушкин собственной персоной, — сказала Джози, когда кот начал тереться о ноги Анны.
— Пушкин? — переспросила та.
Затем наклонилась и почесала кота за ушком. Он был крупным, с густой пушистой шерстью и роскошным хвостом.
— Маскот магазина, — пояснила тетя. — В прошлой жизни наверняка был царем. Такой аристократ! Не ведись на его мурчание — он осуждает всех и каждого.
Пушкин понюхал руку Анны и мягко заурчал в знак одобрения, будто она прошла какую-то проверку. Правда, кот не показался ей аристократом — просто милым и домашним.
— Дай-ка проведу тебе экскурсию, — предложила Джози и взяла племянницу под руку. — Начнем с морской истории.
Она указала на отдел у двери, полный потрепанных карт и книг с названиями вроде «Корабли, изменившие мир» и «Судовые приметы».
— Туристы его просто обожают, — загадочно усмехнулась тетя. — А ведь сами ходят в море разве что на рыбацкой лодке старины Билла! А он в последнее время едва от берега отплывает.
— Здесь правда живет рыбак по имени старина Билл? — изумилась Анна.
— Лисья Бухта полна эксцентричных личностей, — отмахнулась Джози, явно не осознавая, что сама тоже принадлежит к их числу. — Русские книги ты уже видела. Еще у нас много сентиментальных романов. Классика вроде Остен и сестер Бронте, а также более современная литература для туристов и молодежи. Вот здесь, в углу, стоят книги местных авторов. А самые великолепные издания располагаются на витрине.
Тетя указала в сторону витрины посреди зала. На ней гордо красовались подарочные издания романов Федора Достоевского, а рядом висели листовки мероприятий магазина — собраний читательского клуба «Остров сокровищ» и детективной игры по мотивам «Макбета». Вокруг примостилось несколько разномастных стульев.
— А это что такое? — спросила Анна, указав на симпатичное украшение, которое покачивалось над кассовой стойкой. Латунные месяц и звезды на красном шнурке.
— Мое сокровище! — пояснила Джози. — Подарок от подруги Тамсин. Предсказывает погоду лучше любых прогнозов — даже штормы, пришествие которых синоптики яростно отрицают! Никогда не выхожу на улицу, если эта штучка не сулит хорошего.
