Клуб "Твайлайт". Часть 1 (СИ)

— Я же тебе объясняю…
— Вещи собирай.
Игнат сунул руки в карманы спортивных брюк и пошёл наверх независимой «мужской» походкой, широко расставляя ноги. Вскоре из его комнаты донёсся грохот тяжёлого рока. Марина ходила из угла в угол и думала. Позвонить Георгию Терентьевичу? Нет, это только всё усугубит. Она должна сама уладить дело с мятежным подростком. По лестнице нарочито громко заскрипели шаги, хлопнула дверца холодильника. Есть один способ…
Марина дождалась, когда Игнат вернётся к себе, и проинспектировала запасы. Негусто, но кое-что придумать можно. Через час она постучалась в комнату мальчишки. Дверь была не заперта, и она сунула внутрь голову, «заискивающе» спросив:
— Игнатик, ты, наверное, проголодался с дороги? Я там… слоечки с сыром, салатик, сок свежевыжатый… Покушай!
Подросток ответил ей презрительным взглядом, подкатил глаза и надел огромные наушники. Марина ушла ждать в свою комнату. Около одиннадцати тихо скрипнула лестница и хлопнула дверь холодильника. На кухне было темно, только светилась панель на кулере. Марина включила свет, села за кухонный стол напротив Игната, застывшего с пирожком у рта.
— Послушай. Я не воровка, не сифилитичка и не охотница за богатыми стариками. Я НЕ любовница дядя Бори и никогда ею не была. Мне предложили работу, и я согласилась. Я пою в группе…
— Какой?
— «Большие Надежды».
— Никогда о такой не слышал. А это значит — говно твоя группа!
— Ну… — Марина подвигала губами — особых доводов в защиту родного коллектива у неё не было. — Это тоже временно, я скоро уезжаю в Индию — буду там учиться. Мне бы только немного пожить у вас. Давай заключим мирное соглашение: я готовлю, убираю, позирую дедушке, а ты меня…. терпишь.
— Дед тоже умеет готовить.
— Он мне сказал другое.
— К нам домработница приходит. Тебе сколько лет?
— Двадцать восемь.
— Может, ты и не врёшь. Насчёт дяди Бори — ты для него недостаточно старая. А в остальном… Ладно, — Игнат сделал многозначительную паузу и издевательски протянул: — за попытку — два с плюсом. Плюс — это за ужин, — он положил надкушенную слойку на тарелку, налил сока из запотевшего кувшина и поднялся, держа еду в обеих руках. — Ты лишняя на нашем празднике жизни! Спорим, ты тут и двух дней не продержишься?
— Ну… спорим, — немного угрожающе протянула Марина, прищурясь.
Игнат, видимо, такого ответа не ожидал, растерянно заблымкал симпатичными светло-серыми глазами, медленно повернулся и пошёл прочь.
Марина догнала его, положила на тарелку ещё один пирожок и сказала сладким голоском:
— С вареньицем. Детям обычно нравится.
[1] Оh lord, won't you buy me a mercedes benz! — англ. «Господи, пошли мне мерседес бенц!» Песня Джанис Джоплин, 1970 г.
[2] Компания, производитель гитар.
[3] Положение звукоснимателя электрогитары
  
Глава 16
 
Посёлок Кольбино, август 2017 года
Ренат всю ночь и всё раннее утро просидел над маркетинговым планом. Пора приступать к подготовке презентации для встречи со спонсорами, а у него нет окончательного решения по переводу клуба на новый формат. Он пытался просчитать возможность обойтись без простоя во время подготовки мюзикла, но ничего не выходит. Слишком много переделок нужно выполнить в здании «Твайлайта». Сейчас это двухуровневая площадка с хорошим уровнем акустики: звук не «гуляет», продуманы все мелочи — Ренат не зря практически жил на строительной площадке восемь месяцев, не пожалел денег на услуги дизайнеров. «Выполненный в стиле арт-деко с элементами лофта интерьер несёт на себе налёт фешенебельности, привлекающей ценителей утончённой атмосферы», пишут в статьях модные журналы.
Ренат подвинул к себе техпаспорт клуба. Бар, танцевальная площадка, сцена, зона отдыха, посадочные места, vip-зона… Чем больше проходит времени, тем чётче Муратов видит, что в своём нынешнем формате «Твайлайт» не может вмещать в себя сразу два концепта. И дело даже не в деньгах. Хотя и не без этого…
 
Да, они сейчас за два месяца делают годичный оборот некоторых клубов-«середнячков». Но не секрет, что основной доход приносит бар и кухня. Конечно, не меньше, а даже больше, чем «Твайлайт», зарабатывают караоке-клуб под тем же брендом и недавно открывшееся кафе «Кружка Мира» с горячими напитками со всего света: чай, кофе, матэ, ройбуш, какао, шоколад… Да, у Рената есть акции, иначе он не смог бы позволить себе дом, машины…
Однако за месяцы простоя клуб забудут. А ведь это его главное детище, его плоть и кровь, в буквальном смысле. Сейчас оба состава и администрация трудятся на износ. Три раза в неделю «Твайлайт» работает на резидентской программе, один раз на «завозе» — приглашённых звёздах, вторник — день свободного танцевального формата, понедельник — выходной. На летней площадке в тёплое время года проводятся фестивали начинающих исполнителей и коллективов, заработок на ней минимальный. А в статье «расходы» — закупка продуктов и алкоголя, зарплата персонала и артистов, вода и энергоснабжение, вывоз мусора, текущий ремонт, замена износившейся мебели и кухонного оборудования, стирка салфеток и скатертей и так далее. Плюс налоги и неминуемая мзда всем «доярам» — «…дателям» и «…взятелям».
Он потёр уставшие глаза. Легче построить новое здание, чем перекроить клуб. Тогда нужны не спонсоры, а инвесторы. На поклон к дяде? Ренат уже два года обходится без финансирования своих проектов Андреем Эльмировичем, вернул почти всю сумму, данную ему взаймы. Дядя будет только рад подбросить денег, посадить племянника ещё на одну невидимую цепочку. Но для Рената это сейчас подобно продлению тюремного заключения.
Он не может отказаться от мюзикла. Не может… и всё. В голове столько идей! В голове ни одной идеи, уже довольно долго — он просто осуществляет то, что придумал ещё в студенческие годы и за время скитаний по миру. Пять лет назад всё прекратилось: путешествия, поиски, отчёты частных детективов…идеи — он постарался обрубить все нити надежд, воспоминаний… теперь и снов нет, остались только письма и браслет. Браслет он продаст, с письмами сложнее — они стали привычкой, отдушиной, способом отвлечения, тем, что в психотерапии называется анти-деструктивной терапией. Но и с этим Ренат тоже разберётся. Он почти слез с иглы, с того самого дня, как послышался ему звук увертюры из соседнего сада — больше ни одного письма. И не одного отчёта о прочтении. Уже десять с лишним лет.
— Что это?
— Пол Маккартни и его «Вингз», «Город Лондон»[1]. Понимаешь?
— Угу. Почти всё. Мне нравится.
— Я скину тебе альбом.
— Давай.
— Ты музыкальный неуч. Мне за тебя стыдно.
— Эй! Зато я классику хорошо знаю!
— Через пятьдесят… нет, тридцать лет всё будет классикой! «Стенку» Пинк Флойд будут изучать в школах. Учись, пока я жив. Мой старый комп нормально работает?
— Да.
— Я тебе на почту буду каждый день высылать один урок. Музыкальный ликбез. Кто, когда пел, что пел, от чего загнулся. Шутка. Потом сдашь экзамен на профпригодность.
— Ренат, тебе заняться нечем? Скоро сессия, между прочим.
— Это тоже важно. Не спорь. Мы с тобой в последнее время почти не видимся, даже по телефону нормально не можем поговорить. Каждый день, проверяя почту, ты будешь думать обо мне.
— Я и так о тебе всё время думаю… Тебе неудобно? Так сидеть.
— Мне всегда с тобой удобно.
 
Марина посмотрела на него с улыбкой через плечо. Солнце плеснуло сквозь листву и превратилось в лазурь в её глазах с ресницами до самых бровей. Ветер шумел в ветвях. Первый тёплый майский день. Они сидели в университетском парке, на травянистом холме, с которого виден был студенческий городок.
— Ты зарос, колешься, но мне нравится. У меня от тебя мурашки, Мурашка.