Бывшая жена (СИ)

— Завтра, после обеда. Адрес уточню позже.
— Благодарю.
Понимаю, он может и отказать. Кому охота связываться с властями. Но все же надеюсь…
  
Глава 20
 
ДЕНИС 
Встреча с Яном проходит в невысоком здании в самом сердце города: в старом районе, приятном глазу.
Крохотная парковка здесь только для своих, естественно, она заполнена до отказа, но Огнев об этом нюансе позаботился заранее, предупредив, чтобы для меня оставили место в углу. Вшивая мелочь, но солидность и респектабельность Огнева в моих глазах стали еще крепче. Этот степенный молчаливый мужик добился успеха не только в охранном бизнесе, но и в свое время вошел в сферу переработки сырья, а теперь является владельцем крупного нефтеперегонного завода.
  
Так что Огнев мужик непростой и в своих кругах довольно известный и влиятельный. И то, что он согласился на встречу со мной сегодня, можно смело окрестить чудом.
Я глушу мотор, смело шагая к высокому крыльцу в обрамлении мощных кованых перил. Прохожу внутрь.
— Добрый день, — раздается слева от меня скрипучий и жесткий голос охранника. — У вас назначено?
Поворачиваю голову в сторону хмурого мужика за добротной стойкой. Крепкий. Сканирует меня глазами.
— Добрый. Да. Денис Багров. Я к Огневу.
— Документы, пожалуйста.
Распиливает меня холодным пронизывающим взглядом, пока я задумчиво изучаю его воинственное лицо и достаю паспорт.
Настенке такой экземпляр не подойдет. Ей надо так, чтобы как можно незаметнее, мягче, что ли…
Охранник быстро сверяет данные и благосклонно кивает, раздается тихий глухой звук срабатывающего переключателя.
— Второй этаж, прямо по коридору до упора. Пятый кабинет, — громыхает мужской голос.
— Благодарю.
И не раздумывая, устремляюсь к лестнице.
Достигаю нужной двери быстро: здесь не запутаться. Огнев в цветастой рубашке с коротким рукавом опирается бедрами о подоконник, разговаривает по телефону. Знаком дает понять, что скоро закончит. Суровый лысый мужик. Закаленный жизнью. Кажется, что такую ледяную глыбу не растопить ничем, и этот айсберг сможет затопить любой корабль.
— Денис, добрый день, — Ян кладет телефон на стол, протягивает мне ладонь, — присядем.
Не то предложение, не то приказ. Но мне до лампочки.
Я через стол пожимаю в ответ крепкую шершавую ладонь.
— Вы меня, наверное, и не вспомните, — начинаю я.
— Помню-помню, мы с вами еще спорили, кому отдать третье место, — вдруг улыбается эта скала. Да, он настолько самоуверенный, что пытался в моем рейтинге мне же диктовать, какие агентства охраны заслуживают встать на пьедестал почета. Причем его фирма оказалась лишь на втором месте, о чем он, вероятно, тоже не забыл…
Слово за слово, пара шуток, чтобы разрядить атмосферу, и я перехожу к делу.
— Мне нужен телохранитель для жены. Загвоздка в том, что она стала объектом пристального внимания чиновника.
— Не вижу проблемы, в моем штате только обученные ребята с лицензией и приличным опытом за плечами. Оградить женщину от посягательств ни для одного из них не проблема. А то, что ваш сталкер госслужащий, на руку ему точно не сыграет.
— Ему на руку, может, и не сыграет, но вывернуть неприятную для него ситуацию в его же пользу — возможно, попытается. Еще у меня есть проверенная информация, что несколько лет назад…
Лицо Огнева вытягивается по мере моего повествования. Я рассказываю о том случае, когда дело замяли, и показания женщин, которых удерживали силой за городом, слушать никто не стал.
— Еще обстоятельства осложняются тем, что мы временно в разводе. И мне предстоит дать отпор в рамках правового поля.
— «Временно»?
Уголок губ Огнева лукаво кривится, взгляд живой и заинтересованный.
Я лишь развожу руками:
— Уж как вышло.
— Я все понял. Вы считаете, что действия моих сотрудников могут спровоцировать конфликт интересов.
— Именно.
— Скорее всего, посягательства на вашу бывшую жену прекратятся, когда станет ясно, что за нее есть кому вступиться. Что касается отпора, тут важно не заиграться.
Мы еще некоторое время обсуждаем с Огневым положение дел, и он обещает прислать человека уже сегодня.
Я в итоге спускаюсь к менеджеру и оформляю договор.
АНАСТАСИЯ 
Раньше человек в черном костюме за чьей-либо спиной вызывал у меня ехидную ухмылку. Нет, я понимала, что в некоторых случаях это действительно необходимость, но чаще — пустой каприз и показатель статуса, когда реальной опасности нет. Мне всегда казалось, что это из другого мира, и ко мне никакого отношения иметь не может.
Однако сейчас я безумно благодарна Денису: чувствую себя защищенной перед встречей с Ольховским.
Единственное — мне бы хотелось внести коррективы в одежду Эдуарда. Так зовут моего охранника. А то этот мрачный черный костюм, сканирующий взгляд, сложенные в замок ладони, якобы неприметный наушник… аж глаз режет, честное слово.
Я не собираюсь о своих проблемах кричать на всю округу, офис или нести это в команду. Было бы здорово, если бы мужчина был намного неприметнее. Хорошо, что он не из тех громил, кого показывают в клипах и нашумевших блокбастерах о защите президента, а вполне себе обычный мужчина среднего роста и с поджарой фигурой. Я обязательно уточню этот вопрос, возможно, достаточно будет просто озвучить свою просьбу охраннику.
Как я и думала, наличие неподалеку от меня жутко заметного и внушительного Эдуарда вызвало сначала многозначительные переглядки ребят, а затем и шквал ехидных вопросов.
Я отшутилась как могла, но после моей раздраженной фразы «так надо», ребята перестали меня мучить.
Лицо Ольховского надо было видеть. Злой и взбешенный, он быстро совладал с эмоциями и нацепил на лицо равнодушную маску. Кроме меня, этого, как и следовало ожидать, никто даже не заметил. А я в который раз мысленно передала Денису искренние благодарности.
Словно почувствовав, что я о нем думаю, Дэн решает именно в этот момент прислать мне короткое сообщение:
Багров: «Все норм?» 
Я: «Да, отлично:)» 
Багров: «Я рад». 
Прячу телефон, переписываться мне сейчас некогда. Эдуард осторожным внимательным взглядом ощупывает все вокруг.
Я уж представила, что Ольховский устроит скандал, мол, никаких Эдуардов быть здесь не должно, и придется открыто вступать в конфронтацию, но благо этого не произошло.
Он даже не общался со мной, что не могло не порадовать. До определенного момента... К вечеру, когда съемки объявили законченными, Ольховский материализовался у меня за спиной, но сюрпризом это не стало: я уже подметила, как насторожился Эдуард.
— Что ж. Должен поблагодарить вас за отличную работу, Анастасия Борисовна.
От его насыщенного глубокого голоса на душе становится сыро и зябко. Да и вообще создается впечатление, что мы не в столице в теплый летний вечер, а далеко за городом, ночью, на болоте, где промозгло и холодно, ветер яростно путает волосы, покусывает кожу, и вот-вот меня накроет счастье угодить в зыбкую трясину. Каждое слово, взгляд и даже вздох становятся испытанием. Я боюсь. В моей жизни такого не было никогда. Ни один мужчина, ни один человек не вызывал чувства ослепленной тревоги настолько, что безостановочно колотится сердце и волосы встают дыбом. Ни один взглядом не вспарывал мое спокойствие и не пожирал глазами так голодно и неприятно, как это делает Ольховский.
— Благодарите, — пожимаю плечами. Поскорее бы от него избавиться и убраться отсюда.
— Вы прекрасно выстроили сюжет. Я с нетерпением буду ждать смонтированную версию, — мурлычет этот оборотень. При посторонних — обходительный, достойный и вежливый, а наедине…
  
Внутри все трясется. Как вспомню о жесткой веревке, обмотанной вокруг моих запястий… Только присутствие охранника придает мне сил и уверенности.
— Моя помощница пришлет вам электронную версию, — роняю холодно. — Доброй ночи, Илья Захарович. Мы с командой уезжаем.