Медоед 8 (СИ)

— Тиммейт, подключись к ноутбуку в квартире и дай запись всего, что там происходит, — приказал я.
— Делается, — произнёс Тиммейт, и я услышал.
Внутри плакала Ария, она стонала, а по квартире слышались шаги — тяжёлые и мужские.
— Ещё раз: тот, кто увёз Фому, он где⁈ — требовательно произнёс мужской голос.
— Он ничего не сказал, просто уехал! — выдал её голос.
  
— У, шлюха! — и послышался звонкий шлепок и следующий за ним усиливающийся женский плач.
— Твой Фома столько хороших людей на тот свет отправил, что даже если мы его десять раз убьём, ему мало будет!
— А второй — тот, он с оружием был? — спросил второй.
— Я не видела, — проскулила Ария.
— Что ты там не видела? Сейчас мы тебя впятером ебать будем, а потом маме твоей отправим по частям! — произнёс первый голос.
— Бабки где Фома хранит⁈
— В сейфе! — ответила она.
— Ну, с-сука, я тебе пальцы резать буду! Говори код!
— Не знаю! — проскулила она.
— Я знаю, — произнёс я, уже пожалев, что выложил пистолет в сейф.
— Медоед, доложить Дяде Мише, что криминалитет захватил заложников в квартире у Фомы? — спросил меня ИИ.
— Да, доложи. Пусть высылает спецназ Отеля ОЗЛ! — выдал я.
— Но ведь такого спецназа нет, — поймал меня на противоречии Тиммейт.
— Именно, — произнёс я, выходя из машины и снимая куртку, оставаясь лишь в футболке, штанах и обуви.
— А, понял! Это сарказм, — догадался ИИ. — Не хочешь взять меня наверх?
— Не хочу. Ты сломаешься, когда в меня будут стрелять, — произнёс я, закрывая всё это в машине.
И я поднялся по лестнице и подошёл к двери, приложив к ней ухо. Внутри ныла Ария и что-то бодро обсуждали бандосы. А я тихо вставил ключ в замочную скважину и повернул его, стараясь не шуметь. Дверь отворилась тихо в сравнении с тем, что там происходило, а заглянув в квартиру я увидел спину в кожаной куртке, у человека был автомат в руках, — однако он заворожённо наблюдал за тем, что было в зале.
Где сквозь крики и мольбы о том, что «не надо», летели удары по девушке, которая уже наверное пожалела, что выбрала для себя жизнь с Фомой.
Я приблизился сзади, бесшумно и улыбаясь, потому что бой надо было начинать в рукопашную, а одному моему умению теперь это очень и очень нравилось. И…
  
Глава 19
 
Гори но живи
 
И мой захват за кисть с оружием «часового» позволил мне ударить другой рукой по шейным позвонкам, пока он стоял ко мне спиной и смотрел туда где было интересней. А пока тело падало вниз, я уже наводил его ствол на свои цели.
Один из четверых снимал всё на видео, двое держали, растягивая её ноги, а третий… третий пристраивался.
Это была самая быстрая кара за съёмку и участие в порнографии и короткая очередь из «Кедра» с глушителем заставила любителя альтушек рухнуть на свою жертву головой, без теменной части, с огромной дырой во лбу. Насильник упал прямо между грудей Арии забрызгав её лицо и тело содержимым своего внутреннего мира…
И она завопила пуще прежнего, а я нажал ещё раз, но уже в оператора.
А эти двое, увидев меня, было дёрнулись. Тот, кто был левее, потянулся к АК, который стоял у окна, и рухнул, так и не дотянувшись.
— Не стреляй! — выпалил второй. Он стоял на коленях и поднимал руки правее от Арии, что барахталась под трупом.
И я опустил ствол и выстрелил в затылок часового. А потом снова поднял ствол на последнего.
— Не стреляй, мы не за тобой пришли! — произнёс он снова.
— Я вижу, — кивнул я на сцену насилия, которой так и так не случилось. — Ко мне с надроченными не ходят.
Умолчав о том, что теперь со стоячим хожу я, надо будет ракушку прикупить, а-то коллектив ОЗЛ не поймёт.
— Слушай, я всё скажу, только не убивай! — продолжил бандит.
— Точно всё скажешь? — уточнил я.
— Всё скажу! Клянусь!
— Кто такой Оракул? — спросил я.
— Я… Я не знаю такого, — выпалил он.
— А говорил, всё скажешь! — произнёс я, двухсотя последнего.
Я обернулся и шагнув в коридор к входной двери, закрыл её барашек. Потом прошёлся по комнатам и, увидев, что там никого больше нет, подошёл к Арии.
— Иди сюда, иди сюда, малыш? — позвал я её, и она прильнула к моей груди, марая меня кровью и слезами. На ней были лохмотья того самого худи, а я прижал её левой рукой к груди и машинально погладил по спине.
— Сейчас найди большую сумку и иди к сейфу. Код 2, 8, 2, 14. Оттуда всё клади в сумку и кричи, что всё готово, мы уезжаем. Давай! — хлопнул я её по спине, давая стартовую энергию в сторону спальни.
Адреналин всё ещё бил ключом. А я рассуждал: И так, что мы имеем?
Саломатин сдал СиСР компромат на секретный ОЗЛ, а те пытаются призвать к обнародованию нашу службу. Плюс к тому, похоже, сведения об агентах ОЗЛ получили все, кто был когда-либо обижен нашим «Лесом». И исходя из этого, мои какие действия сейчас?
Доклад наверх, эвакуация жены офицера и вооружения, выяснение личности пятёрки головорезов с целью выхода на заказчика. И всё это в обратном порядке.
И пока Ария собирала оружие и деньги в пододеяльник, потому что сумки у Фомы дома почему-то не было, я разложил всё найденное на полу, оттащив «часового» к кровати, чисто чтобы было удобнее ходить и не перешагивать через тело.
А я ведь только заказал сюда клининг, и всё оказалось тщетно, и тут до моих ноздрей донёсся запах — он скромно пробивался через запах пороха, словно признавая его право на пальму первенства. Воняло испражнениями и перегаром. Ну конечно же, почему бы не выпить, когда идёшь убирать киллера, который шесть лет держал твой город в напряжении. К слову, опоздай я на денёк — они бы как раз всё смогли бы. И Фому убили бы, и альтушек трахнули… Но жизнь такова — какова она есть и больше никакова — как писал современник.
И проводя мародёрские действия, я затрофеил новое оружие и, помогая Арии перетаскивать пододеяльник с добром Фомы, сложил туда «Кедр», АКС-74У, пистолеты: ПМ, ТТ и один «травмат» расточенный под 9-мм патрон ПМа. Была тут и выключенная рация фирмы «Баофенг». Были у бандосов и деньги — общей суммой 123 000 рублей и телефоны — три штуки, все дешёвые «кирпичи», эти штуки я отдам в отдел, пусть ковыряют. Из документов: права и паспорта.
Были ножи в количестве трёх штук и наручники в количестве двух спецсредств. Странно: зачем девку держали, когда могли приковать? Наверное им так было интересней, как и мне теперь ломать руки и шеи… К документам я не приглядывался, а вот к татуировкам был более внимательным. У троих на пальцах были набиты «перстни». А у двоих руки оказались чистыми. Эх… Ранее несудимые спортивные парни — лютая спайка с блатными. Часто идущие на всё ради лифта по блатной иерархии.
И лишь сложив всё добро в пододеяльник, я выпрямился и вытер руки о штаны.
— Ария, — позвал я, — одевайся, всё что своё, бери!
— Я готова, — пискнула она из спальни, смотря на меня окровавленным лицом.
И мы вышли из квартиры, закрыв дверь квартиры Фомы на ключ.
И, спустившись, я запихал «баул» в Крузак, а Арию посадил на заднее, где она продолжила хныкать.
— Как здорово, что ты пришёл, потому что ты прозевал звонок от Дяди Миши, благо у тебя есть я, и я взял трубку, — начал Тиммейт.
  
— И как переговоры? — спросил я.
— Тебе лучше перезвонить самому, — произнёс он, и я завёл машину и поехал в сторону Отеля ОЗЛ, набрав Дядю Мишу.
— Привет, что у тебя там, что-то срочное? — спросил он, явно будучи в пути.