Только для твоих лап (ЛП)

Однако они так и не узнали, кто был крот. Когда Каттер не приехал, опасаясь худшего, Клейтон организовал арест Марони и послал тактическую группу за их информатором. Как только они вошли в дом осведомителя, он взорвался, убив всех до единого из спецназа. К тому моменту информатор был уже мёртв. Они нашли останки его тела. Его шея была сломана. Убийство спецназа было обыденной жестокостью.
  
Они подозревали, что крот сообщил Марони, чтобы тот уезжал из города, но, к счастью, Марони не двигался достаточно быстро. И они заподозрили, что крот убил информатора, прежде чем тот получил возможность говорить.
Ходило множество слухов, что кротом был Каттер. Он как будто прошёл через тщательное расследование со стороны внутренних расследований, но они так и не смогли ничего доказать. После всего, через что он прошёл с Брюсом, никто, честно говоря, не думал, что Каттер был кротом.
Клейтон был вынужден уйти в отставку. Он взял на себя вину за гибель спецназа. Старый орёл был в ярости и не мог это забыть. Каттер полагал, что последние три года он был одержим этим делом.
Какое-то время Каттер не мог справиться с тем, что с ним случилось. Он был развалиной, пока Ганнер не взялся за него и Каттер последовал за ним в Лос-Лобос, чтобы начать жизнь заново.
Однако затем Клейтон тайно появился, кто-то его убил, женщина, работавшая на Марони, пропала без вести, АСР подозревает, что всё связано с делом Марони, и в его квартире было найдено неопознанное оружие. Незадолго до этого в его квартиру ворвались хорошо вооружённые агенты АСР и подстрелили его серебряными пулями. Похоже на то? Да, похоже.
Люси прикусила щеку, Каттер нетерпеливо фыркнул, ожидая, что она что-нибудь скажет. Она ничего не знала об этом, а здесь думала, что знает о нём почти всё! Она была такой наивной. Её ежиха мяукнула, сочувствуя её сильному волку. Ничто из того, что он ей сказал, не заставило её полюбить его меньше. На самом деле, она может даже любит его немного больше.
— Итак, ты думаешь, что Клейтон всё ещё расследовал это дело? Всё ещё искал крота?
— Да, я не думаю, что он когда-либо перестал бы. Я снова и снова повторял ему, что это не его вина, но он ничего не мог с собой поделать. Он чувствовал вину за то, что случилось с этими агентами, и вину за то, через что я прошёл. Трудно поверить, но я ему нравился.
Люси бросила на него укоризненный взгляд.
— В это нетрудно поверить, ты удивительно милый.
Каттер хмыкнул.
— Я думаю, что только ты и Клейтон когда-либо верили в это, и он убил бы меня, если бы я когда-нибудь сказал кому-нибудь, что, по моему мнению, он нашёл меня милым.
— Разве внутреннее расследование не занималось этим делом?
— Нет, ответственный парень был непреклонен, что это я, он просто не мог этого доказать.
— Это вздор! — воскликнула Люси страстно, и она почувствовала, что её глаза вспыхнули в темноте своего зверя. — Ты бы не стал мучить себя!
— Он считал, что это крайний способ доказать мою невиновность, — ответил Каттер с отвращением.
— Так что, возможно, Клейтон что-то понял, а мы понятия не имеем, что именно. Может, Диас сможет...
Каттер яростным взглядом заставил её замолчать.
— У Диаса уже есть подозреваемый. Он не будет расследовать дальше. Я почти уверен, что найденный мной пистолет — орудие убийства.
— Конечно, это косвенная улика.
— У меня есть связь со всеми жертвами, много денег на моём банковском счёте и орудие убийства в моей квартире. Слишком много всего, что нужно объяснять.
— Тебя пришили…
— Подставили.
— Тебя подставили. Что теперь?
Каттер сжал и разжал кулаки.
— Теперь мне нужно выяснить, кто это сделал.
Люси подошла и встала перед ним. Каттер внимательно наблюдал за ней. Она положила руку ему на плечо, его мускулы напряглись под её прикосновением.
— Я никому не скажу, что ты здесь. Ты можешь оставаться столько, сколько тебе нужно.
— Спасибо, — пробормотал он. — Я знал, что могу положиться на тебя. Я уйду, как только...
— Нет.
Каттер вопросительно приподнял брови.
— Нет?
— Нет, с твоими травмами, я хочу, чтобы ты остался здесь, чтобы я могла присматривать за тобой.
К тому же его присутствие в её доме приносило ей бесконечное личное удовлетворение. Люси ещё не была готова отпустить его. Вероятно, у неё не будет другого такого шанса.
— Я чувствую себя хорошо, немного болит, но хорошо. Пули меня почти не остановили. Они ничему не препятствовали, если ты уловила мою мысль.
Каттер пошевел бровями, и да, Люси поняла, что он имел в виду — чёрт возьми, она проснулась этим утром с «уликами», прижавшимися к её ноге.
— Я имею в виду, что я всё ещё могу трахаться…
— Хорошо! Но, конечно, сейчас ты себя хорошо чувствуешь, но кто сказал, что твоя нога через пару дней не отвалится?
Люси посмотрела на него широко раскрытыми глазами.
Каттер недоверчиво усмехнулся, прежде чем выражение его лица стало ещё более неловким.
— Это возможно?
Наверное, нет, но она не собиралась признавать это и позволять ему бегать по городу, тем более что за ним охотятся.
— Кто знает? Не так уж много перевёртышей переживают серебряные пули. Ты, наверное, выжил только из-за упрямства.
— Я не хочу потерять ногу. Думаю, мне лучше остаться здесь.
Каттер сказал это не очень любезно, но Люси и её ежиха прыгали от радости. Это были не самые лучшие обстоятельства, но, эй, нищие не могут выбирать.
— Хорошо, я собираюсь подготовиться к работе, и когда я вернусь домой сегодня вечером, у нас будет долгий разговор о том, что, чёрт возьми, мы собираемся делать.
* * *
Каттер стукнул кулаком по двери ванной. Он знал, что Люси слышит его. Даже сквозь толстую дверь и текущую воду она могла слышать его.
Она сказала ему, что собирается на работу. Он ответил ей, что это плохая идея. Она настояла на том, что ей нужно уйти. Он запретил ей идти. Она стала очень раздражительной из-за его произвола. Каттер сказал ей, что привяжет её к кровати, если понадобится. Люси рассердилась и побежала в душ. «Ага, он не мог понять, как он мог справиться с этим по-другому».
Он присматривал за ней, пытался позаботиться о ней, а она была просто своевольна. Его волк заворчал. Если бы зверь добился своего, они бы просто привязали её к кровати и полностью проигнорировали спор. Это сэкономило бы время.
Люси заперлась в душе. Каттер в поражении вскинул руки и спустился вниз в поисках еды. Проклятая упрямая женщина, которая не сделает, как он ей сказал.
Каттер ел свою третью миску сладких хлопьев, когда Люси влетела на кухню. Она выглядела розовощекой и сияющей в синих брюках и бледно-голубой рубашке с принтом ромашек. Она лучезарно улыбнулась ему, и его гнев на её твердую решимость пойти на работу растаял. Он бросит вызов любому мужчине, чтобы тот не поддался её солнечной улыбке. Не то чтобы у них был шанс, у него было огромное и тревожное желание убить любого человека, которому улыбалась Люси. Проведение ночи в её постели, в окружении её запаха и с её мягким телом, прижатым к нему, только заставило его желание к ней взлететь до небес.
Каттер ответил ей улыбкой, и на её щеках залился радостный румянец.
— Ты не пойдёшь на работу, — грубо прорычал он.
Улыбка на её лице угасла, и она поджала губы.
— Пойду.
— Это может быть небезопасно для тебя, — рассуждал он, когда его волк лаял на него, ища подсказку. — Люди знают, что ты, ну, ты знаешь, что мы… — он неуверенно замолчал.
— Точно!
— Что?
Люси налила себе кофе в походную чашку, терпеливо объясняя.
  
— Если они ищут тебя, а я не появляюсь на работе, разве они не будут немного подозрительными?
Каттер фыркнул.
— Ты даёшь Диасу огромную честь соединить эти две вещи.
— Кроме того, Рик уже видел меня сегодня. Он знает, что я не больна.
— Мудак, — пробормотал Каттер себе под нос. «Этот грёбаный лев был полон решимости разрушить его жизнь». — Мне это не нравится. Я говорю тебе остаться здесь.