Наследник Дракона (СИ)
Он воззвал к Свету и Крови. Слезам и Темноте. К огню и воде. Земле и воздуху. Тьма начала отступать. Тьма боялась избранника Старого Бога. Генералы Ненасытного, стоявшие на коленях перед троном Аэрона, в страхе побежали, бросая своего господина. Кто прыгнул в свет, а кто за спину Зеллана. Но в конечном итоге остались они вдвоём. Он — Царь Рассвета. Он — отец Тёмной Лжи.
Ненависть. Злость. Любовь. Страх. Сомнения. Дружба. Сила. Преданность. Он направил всё это во тьму. И расщелина за его спиной запечаталась, укрытая огненными озёрами, смертельными ветрами, ядовитой водой и горной породой.
— Я победил, Лок-Хай’Макар! — победно и игриво завопил Зеллан, когда Ненасытный со страхом глядел на него.
— Она оставила тебя, сын Алдира — произнёс он, сменив страх на гнев.
— Пусть я не смогу добраться до Мираны, я доберусь до тебя! — щупы из тьмы впились в тело Зеллана, уронив его на тёмный пол. Но души они не нашли. Он погиб много раньше, в тот момент, когда упал на колени, потратив все свои силы.
— Ты молодец, сын мой. — Алдир обнял Зеллана. Его мама стояла позади него, улыбаясь Её сын справился с великой задачей.
— Мы всегда верили в тебя — Силдур и Тэмар протянули ему закуску и пинту пива. Дориан как всегда ел апельсины, кидая шкурку от них в Аклегима, Вирна и Николас о чём-то шептались, и было видно, как рука капитана скользит магички под юбку.
— Победа… — столько горькое и сладкое слово слетел с его уст, солёных от слёз.
***Зашеир со злобой натянул на себя доспех. Хасид вошёл в его палатку рано утром.
— Пора, брат -
— Дюмаран ждёт -
***Сигурн вытер пот со лба. Горячей ветер ударил в лицо поднятой песчаной пылью и обветрил лицо с губами, развеяв светлые волосы за плечи. Гнедой конь под ним бодро шагал вперед. Луиза поспешила сменить наряд из шкур на привычный доспех красного легионера, с металлическими застёжками, ремешками, поножами высокого роста и кирасой по пояс, надёжно защищая грудь и спину. Данел ехал за ней. Песец выглядел скверно, бледная кожа и нога, отказывающаяся двигаться нормально, не сулили ему ничего хорошего, но он продолжал держаться изо всех сил, пытаясь сдержать брань в адрес песков и жары.
За ними шла армия двелкестов. За пару дней они собрали пять племён в пять тысяч воинов. Они считали Сигурна переродившимся Красным Орлом. Они пели ему, а вместе с ними пела и птица.
До сих пор капитан Коутрен не могла поверить в то, что Сигурн, её подчиненный. Потомок ЛжеНаследника! В это нельзя было просто взять и поверить.
— Почему сразу не рассказал? — как-то выпалила она
— Что бы ты сделала, расскажи я тебе сразу? — спросил он в ответ
— Убила бы… — ответила она, поняв смысл сказанного через секунду
— Я бы на твоём месте сказал бы так же… -
Больше они не говорили. Лишь изредка спрашивая друг друга, сколько ещё оставалось до Дюмарана. Вскоре, он наконец-то появился на горизонте. Скоро всё это закончится…
***Представители юга сошли на одном из холмов около Дюмарана. Оазис звался так, ибо с южного диалекта он звучал как: «Гавань Мира» Некогда здесь стоял город. Но он был затерян в песках Ваетира, заметён до самых высоких башен и домов, погребён вместе со своими жителями, их останками и богатствами. Даже сейчас, шагая по песку, там, где он был зыбуч, «счастливчикам» удавалось попасть в затерянные дворцы и лишь немногое выжившие рассказывали о страшных тварях, обитающих в тамошних руинах. Страшнейшие из ир-меров, что остались без покровительства своих старших товарищей. Бледные ир-меры.
Пашар и делегация семей Ваетира пришли одним из первых. За большим холмом песка виднелись башни старого города. Перейдя линию пригорка, они оказались в тени холма и руин, где на посветлевших от палящих лучей солнца камнях, причудливой круговой кладки, стояли лорды юга, и над ними возвышались их знамёна. Вряд ли здесь можно было похвастаться величием, ведь даже древние руины были в сотни, если не тысяч раз, величественнее самого Ваетира!
В центре площади перед входом в руины вышел один из старейшин Геторы.
— Ваетир созвал нас. Старики и молодые собрались, чтобы вновь решить судьбу юга. Ваетир выдвинет свои требование и дома либо согласятся. Либо откажутся.
— Помни, ты тоже южанин… — шептал Хасид, но Зашеир его не слушал. Уже не хотел.
Когда старейшина представил всех поочередности, назвав каждого лорда по часовой стрелке, он остановился на Пашаре.
— Твоё слово, Зашеир акадар Сальмед акадар Ельральк акадар Дакадарон акадар Пашар.
Прапраправнук Пашара вошёл в центральное кольцо перед руинами Гавани Мира. Знатные смотрели на него с презреньем, солдатам с недоверием, а просты люди. Которым было позволено собраться здесь, с непониманием. Люди, ремесленник и простые крестьяне пришли к этим руинам у Дюмарана, чтобы узнать, чем закончиться новое собрание. Караваны тянулись сюда неделю. «Резня будет знатной» голос Лоренца прозвучал в голове внезапно. Помотав головой, командир легиона остановился в центральном круге, оглядев всех с ног до головы. Лорды-ханивкары оделись в шелка и парадные позолоченные доспехи, с саблями золотого обрамления на лезвии. Головы они закрывали тюрбанами самых разных цветов. Старейшины-отцы носили длинные бороды и высокие шапки.
— Здесь я по одной цели — передать вам слова Её Императорского Величества, Хелены Кон-Итьен, Первой этого имени… -
— А где же Наследник Нерана?! — лорды Геторы поддались смешку и похохотали пару секунд.
— Решает судьбу честных людей. Нечего дракону судить шакалов. — отвечал Пашар
— Жалкий предатель! — ревели жители Ренеты
— Ублюдок! — кричали люди Сандрага
— Щенок! Как ты смеешь!? — лорды-южане обнажили полу-изогнутые мечи и сабли, старейшины похватались за кинжалы и трофейные кортики
— Я не закончил! — прокричал Пашар, и даже песок, поднимаемый ветром, наконец, улёгся в ожидании развязки.
— Когда-то вы все принесли клятву империи! Вы защищали её от Ли’Кар-каранских пустынников, а теперь сами превратились в разбойников и мародёров! Приди война в ваш край, так вы умрёте, пытаясь загрызть не врага, друг друга! Вы звались лучшими воинами легиона, но теперь вы кричите о правах юга! Вы преклонились перед чёрным волком, когда обещали вверить жизни в вечную верность белому волку империи! — в этот момент и сам Зашеир вынул меч, обратив его лезвием против Ирн'Лормов, Илзортов, Амохоров.
— Вы обратились ко тьме, присягнув ПАДШЕМУ! ВЫ УБИЛИ СЕЙДИЛЬ! А СОБАКАМ — СОБАЧЬЯ СМЕРТЬ! — что-то захлестнуло его. Ярость кроваво-алой пеленой застелила глаза южанина. Но пролить крови своих сородичей он не успел. Пески вьюгой снесли толпы людей с ног и из темноты руин вышли они. Ир-меры.
***Услышав визг, армия двелкестов понеслась к руинам Гавани Мира так быстро, что пески стали сотрясаться под их шагами. Ударив коня в бока, Сигурн одним из первых оказался в гуще битвы. Ир-меры, твари с головами зверей и людей одновременно, с болезненно-бледной кожей и примитивным оружием, эти чудовища вылезли из темноты руинных башен, разрывая живую плоть когтями и зазубренными мечами. Лорды бросились наутёк, расталкивая простых людей — свидетелей переговоров, переросших в резню. Стражники исполняли свою исконную работу, защищали благородную кровь и старейшин. Почти пять десятков тёмных тварей надвигались на Зашеира, с остервенелой злостью рубившего врагов одного за другим, с таким диким ревом, что даже кровь в жилах Сигурна стала застывать.
Увидев армию горцев во главе с человеком, увенчанным шлемом древнего героя Ваетира, лорды всех провинций опешили. Они не знали, куда им деться. В лапы чудищ или дикарей? У кого-то из них ещё осталась честь, и они рванулись на помощь Зашеиру, выкрикивая боевые мантры:
— Кандагар! Кандагар! — часть из них вовсе стояли на месте, когда отряды двелкестов с улюлюканьем и гавканьем понеслись на ир-меров.