Наследник Дракона (СИ)
Мейстланд-младший потёр глаза, покрасневшие от действия самокрутки, затушил её, и вновь спрятал в карман. Это была последняя. Больше у него не было. Быть может, он сварит из остатков хорошую такую бодягу, от которой он сей же момент почувствует, как ноги начинают неметь, а жизнь вокруг него станет совсем медленной и он погрузится в долгий сон, в котором он будет волен делать всё, что пожелает.
— Это ещё что? — спросил Айдан
— Терон что, не говорил, что помимо того что я бабник, так ещё и курильщик? — Корр посмеялся и поближе присел к костру.
— А мне все говорили, что Терон э это лютый бабник. Почему-то мне кажется, что ОН — твоя тень — отвечал Айдан, достав из-под доспеха серебряный амулет.
— Терон меня прикрыл, когда только из академии выпнули. Я стал по борделям таскаться. Об этом узнала мать. Все купцы Амхары уверяли её, что один из её сыновей таскается по домам терпимости. Вот Терон и прикрыл меня, сказав, что это он спустил все деньги на проституток. — Корр невесело улыбнулся, потирая ладони у языков пламени. Да, Тогда Эльвира Мейстланд что было силы отшлёпала Терона ремнём по мягкому месту. Корру было до сих пор стыдно.
— А из академии тебя выпнули не за пьяный дебош, так? — «Стал догадываться» Корр кивнул, и вновь поймал язык пламени в ладони, весело играя им.
— Я по дикой дурил в академии. Знаешь, где руну на дверную ручку наложу, чтобы обжигала. Где ветер в нужник подсажу, что бы все отходы сдуть. Где юбки девкам подниму. Помню, пришли к нам старожилы-маги, экзамен устроили. Я же ведь стихийный маг. Ну, и устроил ураган из огня. Всё аплодировали, хвалили, а до этого простой шторм затаил за дверью главного зала. Ну, старожилы открыли дверь, их ветром и снесло. Костей тогда не сосчитали.
Пил по-чёрному. Развлекался, воровал, играл в кости и карты, стольких девчонок из своей группы совратил. Как бастардом не обзавёлся, сам не знаю. В конечном итоге, архимаг Лина… взяла меня под своё крыло, мол, исправлять нерадивого ученика…. — Корр затих. На его вытянутом лице появилась тень прошлой радости и ностальгии, словно сейчас он не непонятно где, а там, в академии, рядом с Линой.
— И? — Айдан проверил Терон. Тот до сих пор спал.
— Я продолжил дурить. Пить, играть, воровать, сдавать экзамены и учить уроки. В конечном итоге, Лина вызвала меня к себе и спросила: «Что ты за идиот такой? Хороший парень, а за голову ни как не возьмёшься! Почему ты это делаешь?»
А я возьми и скажи: «Ну, так отшлепайте меня, так чтобы неделю сидеть не смог» А Лина на меня так посмотрела — Корр закусил губу — Жадно. Страстно. Игриво посмеялась и сказала, что лично возьмётся за моё обучение. Родители платили хорошие деньги. Тянула она меня по магическим дисциплинам и затянула к себе на ложе. Мы с ней были любовниками, Айдан. — Корр замолчал, взглотнул комок, подошедший к горлу, и продолжил.
— С ней было хорошо, п-понимаешь? С ней можно было забыть обо всём на свете. Лежать и слушать, как она сопит или же слушать, как стонет, как говорит со мной. Чувствовать её тело, запах, губы. Для меня это было слаще музыки и…и… я сказал ей…-
— Что любишь её? — закончил Айдан. Корр охотно закивал и продолжил:
— И она вышвырнула меня, как равную подстилку. Просто, выкинула. –
— А Вирна? –
— Я с ней переспал назло Лине. Так, чтобы все знали. А Вирна не дура, всем сказала, что я её жених. Потом, приехал Терон, и мы сбежали в Амхару. –
Помешав палки в костре, Корр закрыл ладонями лицо, и прорычал.
— А теперь мы непонятно где. А эти Лорды Тьмы, она заставили Лину изменить Рог! Боги, мы проиграли Айдан! ОНИ ВСЕ ПОГИБЛИ! — тогда Корр заплакал. Не навзрыд, просто слёзы полились из его глаз, и руки опустились от бессилия.
— Что бы с нами не произошло, Корр, мы должны всё вернуть назад! Понять, что произошло, и как это обратить. Мы не можешь просто взять, и порезать себе глотки от бессилия. Как ни как, мы — красные легионеры Кинхарта и Кровогорья. Мы справимся. — Айдан потряс Терона, и тот, наконец-то проснулся.
— На меня будто буйвол упал! Боги, где мы? –
***Хороший вопрос. Отогревшись у костра, троица поняла, что смена дня и ночи здесь застыла, либо длилась слишком долго. Продираясь через руины, они поняли, что что-то случилось с миром. Что-то, что исказило его до неузнаваемости.
— Старики в Карден-Холле рассказывали про это… мы даже стишки сочиняли.
Падут оковы,
Прячься, беги.
Тень шагает,
Молчи и не плачь.
Ненасытный свободен,
На колени пади и молись.
С ужасом близнецы переглянулись. Айдан же застыл на месте.
— Альвевианский цикл. Алые небеса, Слеза Мираны застынет вместе с глазом Дуратхара. Воды Адэонесы обратятся в кровь и Оковы падут. Ненасытный. Он свободен. — Перед глазами Корр встали строки на страницах древнего фолианта.
— Ненасытный не может быть свободен! Это…это же невозможно… — Терон присел на камень и оглядел Дейн-Пед
— Если город превратился в развалины… то сколько времени прошло? –
Ватага продолжила путь, пока в очередной раз не наткнулась на разрыв. Щель в пространстве, что гудела и резонировала зелёным свечением, таким же, что утянуло их сюда.
— Терон, ты кудой?! — Корр помчался за братом
— Рог, он зовёт меня! Он там! ЭТО МОЙ РОГ! — тогда троица помчалась вперед, и нырнула прямо в разлом.
***Терон как будто что-то тянуло к Рогу Алкирион. Неведомая нить, каждый раз сбивающая его с ног, вытягивающий жизненную силу так медленно, но так больно. Вновь они оказались в этой червоточине из волн зелёной энергии. И на этот раз Терон, да и Айдан с Корром видели не непонятное видение.
Орды ир-меров шагали по земле, выбравшись из Утробы, и Лорды Тьмы вели их за собой, возвышая тёмные стяги. Они не жалели никого.
Мелькнуло.
Семья в деревне садиться за ужин. Отец, старый солдат, налаживает похлёбку с мясом по мискам, и пятеро детей, со стариком и женой садятся за стол.
Мелькнуло.
Дом стал тёмным. Почти обвалившимся и обгоревшим. Еда в миске покрылась тёмным слоем мух. Они давно едят это мясо.
Мелькнуло.
На улице слышны крики и дикий рёв. Ир-меры с головами ворон и собак врываются в дом, и рубят всех своими тесаками. Они не жалеют никого. Режут всех без разбору. Детей. Женщин. Стариков.
Мелькнуло.
Теперь ир-меры пируют. Клювы этих тварей разрывают детскую плоть, которую отродья любят больше всего. Тела они утаскивают с собой, чтобы кормиться по дороге.
Мелькнуло.
Они оказались под водой. Втроём они стали плыть вверх. Там, за водной гладью слабо различался гром, и блики каплей на поверхности воды. Солнце так и не было видно. Только луна слабо светила, рассеивая мрак. Гром стал громче и отчётливее, когда до поверхности оставался буквально метр.
Всплыв первым, Терон принялся жадно хватать воздух. Раскат грома последовал за ослепительной вспышкой, но тут же был перебит гулом битвы и криками людей. Когда же Айдан Терон и Корр выплыли на сушу, на какую-то площадь посреди города, их сей же момент окружили стражники в синих доспехах, с копьями и мечами. На их латах красовались ласточки Синего Легиона Джейстена.
— Слуги Тай-Фера! — закричали они, намереваясь разрубить их пополам, но кто-то закричал
— Это же лорды Мейстланды! — Терон лишь успел оглянуться назад. Корр и Айдан выплыли на площадь и упали без сил.
***Айдан уже бывал здесь. Во снах. Чертоги Джерона. Дворец Джейстена. Столица Синего Княжества. Он очнулся, когда кто-то принялся трясти его за плечи. Грубо, как пленного. Терон и Корр были по разные стороны от него. Подняв свой взор, Айдан увидел те же колонны, что и во сне. Тот же Княжеский Трон, возвышавшийся на ступенях, и витрину за ним, где покоилась Юмкара.