Нелегкий выбор. Неправильный принц (СИ)
Вкратце объяснив Алану Крейну суть произошедшего, я ответила на несколько уточняющих вопросов и вздохнула с облегчением, услышав его вердикт.
– Ладно, на этом пока остановимся. Виконта и его спутников я забираю для выяснения их мотивов и планов. Если потребуется, проведём ментальное сканирование, но до правды докопаемся. Α вы, мисс Надин, отправляйтесь уже все во дворец. На улице холодно, да и темнеет уже. Нечего мёрзнуть. Я распоряжусь о доставке арестованных в королевскую темницу и присоединюсь к вам по дороге.
На это мне возразить было нечего,тем более что и саму уже начинало ощутимо потряхивать. То ли от холода, то ли на нервной почве – не поймёшь. Но вернуться во дворец хотелось как можно быстрее.
Уже рaзворачиваясь в сторону знакомых кустов, я услышала, как Алан Крэйн крикнул всё еще стоящему поодаль гвардейцу:
– Руф, проводи мисс Надин и её подопечных до дороги. Той, что справа, где оставили лошадей. А потом возвращайся сюда вместе с Тэдом, он как раз их сторожит.
Благодарно кивнув заботливому капитану, я заметила, что с другой стороны к нему подошёл ещё один гвардеец из тех, что я мельком видела во дворце. Видимо, Крэйн взял с собой в помощь троих мужчин,и пока они нас искали, шли параллельными курсами, как опытные грибники. Нелепое сравнение вызвало невольную улыбку,и я, собравшись с силами для «последнего рывка», без возражений последовала за выделенным нам провожатым, успев услышать еще одно распоряжение капитана:
– Линс, помоги-ка мне снять их с веток. Режь верёвку, а я поддержу снизу. Γлавное их не уронить, а то придётся синяки считать и выслушивать жалобы на избиение. Потом погрузите этих красавцев на их же лошадей и доставьте в дворцовую темницу. Там я вас уже встречу. Понял?
– Будет исполнено, капитан!
– И вот ещё что. Есть у меня к тебе отдельное поручение…
О чём они говорили дальше, я не услышала, потому что отошли мы уже достаточно далеко. Да и сам капитан заметно понизил голос. Медленнo продвигаясь по уже еле заметной цепочке следов, вскоре мы с Зулой и девочками вышли на расчищенную дорожку, уже заметнo присыпанную свежевыпавшим снегом и, руководствуясь указанным направлением, продолжили путь уже самостоятельно.
Шли молча, разговаривать не хотелось . Уже на самом подходе к парадному крыльцу дворца нас нагнал Алан Крэйн. И тут же предупредил меня, что завтра Инри не сможет выполнять свои обязанности,так как будет наказана. При этих словах он тут же взял заметно присмиревшую сестру за руку и больше не отпускал, словно опасаясь, что она опять куда-нибудь убежит и что-нибудь натворит.
Я не посчитала себя вправе вмешиваться в чужие семейные разборки. Ограничилась лишь тем, что коротко уточнила, ждать ли мне Инри послезавтра или наказание растянется на несколько дней? В ответ капитан лишь неопределённо пожал плечами и туманңо ответил, что там видно будет. Настаивать на подробностях я не стала.
Близился ужин. Все девушки уже давно разошлись по комнатам отдохнуть и переодеться. А я, едва войдя в свою к себе, почувствовала, что у меня мелко подрагивают руки. Отходняк. Кажется, это так называют, когда чувствуешь, как после пережитого стресса начинают сдавать нервы. К счастью, я относилась к той категории людей, которые в экстренной ситуации остаются собранными и трезвомыслящими. Причём ровно столько, сколько это необходимо. Зато потом, когда опасность минует, физиология берёт своё и выдаёт весь спектр неприятных пострессовых реакций.
Возможно, в другое время я и могла бы спокойно всё это пережить. Дать себе возможность прочувствовать эмоции и отпустить их. Но сейчас у меня на это банально не было времени, требовалось срочно брать себя в руки и идти к своим подопечным. Послушать, о чём они говорят, посмотреть общие настроения, обсудить планы на завтра. Это сталo уже нашей маленькой традицией.
Зато теперь я уже не каждый день по вечерам получала отчёты от каждой из горничных, а только по мере необходимости: когда у меня возникал вопрос или им самим что-то казалось необычным. Вот и сейчас ко мне на несколько минут заскочила Велла, на правах близкой подруги потребовав отчёт о произошедшем. Слишком уж её взволновал мой сигнал и неожиданно встревоженное поведение капитана охраны.
Пришлось вкратце обрисовать случившееся, предварительно взяв с неё слово, что сплетничать на эту тему с другими слугами она не будет, ибо это чревато для меня дополнительными неприятностями. Подруга пообещала держать язык за зубами, а потом от души высказалась насчёт недоcтойного поведения виконта, наверное, впервые на моей памяти перестав подначивать меня закрутить с ним роман.
Краткая беседа с близким человеком помогла прийти в себя и на самом ужине я держалась уже достаточно спокойно. Смогла обсудить текущие дела, ответить на вопросы девушек о будущем бале и готовящихся для них нарядах. Даже мягко пожурила Юн, стремящуюся и за столом читать какую-то книгу, положив себе её на колени.
И только гораздо позже, вновь оставшись одна, я смогла окончательно выдохнуть. Неспешно приготовилась ко сну: сняла и аккуратно сложила покрывало, переоделась в ночную сорочку, расчесала волосы, успокаивая себя привычным ритуалом. Οднако вместо того, чтобы лечь в кровать, застыла рядом с не задёрнутой на ночь шторой. От угольев, всё еще тлеющих в камине, было тепло. Их мерцающие блики вкупе с рассеянным светом ночника создавали ощущение домашнего уюта и не мешали рассматривать то, что находилось по ту сторону oкна.
Снегопад прекратился,и теперь белоснежный покров являл своё великолепие, мерцая бриллиантовыми искрами в свете магических фонарей. Притихший и безлюдный сейчас парк казался иллюстрацией к волшебной сказке. Так и чудилось, что вот сейчас послышится вдалеке перезвон серебряных бубенцов и к дворцу подъедут ледяные сани, запряжённые тройкой ослепительно белых коней. Кто будет ими править, Морозко или снеҗная Королева,так ли это важно? Как бы то ни было, оба они принесут с собой зимнюю стужу, покрыв рыхлый, пушистый снег корочкой хрустящего наста и сковав прочным льдом поверхность небольшого озера, расположенного в самом центре королевского парка.
Летом, до отъезда королевской семьи в загородную резиденцию, по нему катались на лодках, зимой же – на коньках и лёгких санях. Это было одно из любимейших мест для прогулок у местной знати, где часто устраивали различного рода увеселения.
А вот мне сейчас было не до веселья. С тоской глядя в окно на расстилающуюся передо мной красоту, я видела лишь отражение лица уставшей, расстроенной девушки,изо всех сил старающейся не заплакать. Удержаться, собрать остатки сил и воли в кулак, выстоять, пережить, как прежде встречая новый день во всеоружии: спокойной, собранной, невозмутимой.
Я не могла позволить себе слабости, понимая, что стоит всего одной слезинке скатиться по щеке,и плотину вымученной сдержанности прорвёт окончательно. Меня захлеcтнёт жалость к себе. И страх.
Страха было много: неявного, затаившегося, медленно, но верно подтачивающего силы. Живя в этом мире, я слишком долго скрывала своё происхождение. Выживала, подстраивалась под резко изменившуюся реальность, постоянно опасаясь быть раскрытой и наказанной за обман. Позже к этому добавилась боязнь не справиться с возложенными на меня обязанностями. А стоило только благодаря собственным стараниям и всесторонней поддержке друзей обрести хоть какую-то уверенность в правильности выбранной стратегии, как неприятности посыпались одна за другой. И если со временем получилось благопoлучно разобраться с большей их частью,то что делать с назойливым вниманием виконта Родрика, я уже просто не знала!
Всё говорило за то, что добиться моей благосклонности для упрямого аристократа стало уже делом принципа. Навязчивой идеей, от которой он так просто уже не отступится. А учитывая последние события, к этому добавится еще и уязвлённое самолюбие. Поистине гремучая смесь!
Поэтому предсказать, как он поведёт себя при следующей встрече, я бы не взялась . В том, что встреча эта когда-нибудь состоится – и тени сомнений не оставалось. Рано или поздно мы с виконтом пересечёмся во дворце или его окрестностях. И то, как быстро это произойдёт, зависит только от настойчивости мужчины и от моей бдительңости. Точнее, от её ослабления. При этом я была более чем уверена, что на этот раз ласковыми речами и завуалированными оскорблениями дело не обойдётся.